ГЛАВА 8. Парить в небесах это прекрасно, но реальность не дремлет.

Я стояла, сжатая в объятиях Линара, и не могла произнести и слова. Один раз я уже поддалась искушению его черных глаз, влюбляясь без остатка, но тогда… у меня было смягчающее обстоятельство — я не знала правды, сейчас мне многое известно, сейчас все было по-другому. Да, я прекрасно отдавала себе отчет в том, что делаю и… пыталась запомнить все: его запах, тепло его рук, голос, нашептывающий что-то на ушко, и нежность в его глазах… все до того момента, как придется уйти. И, может быть, навсегда. И да, я не верила ни единому слову. Но мне, как никогда, хотелось поверить…

— Зачем ты здесь, Ливи? — спокойно так, ласково.

— Не только ты ищешь пути, чтобы все исправить, — улыбнулась, мягко отодвигаясь. Его взгляд, скорее удивленный, был направлен на меня.

— Под этими словами вряд ли мы понимаем одно и тоже. Но скажем так, 1:1, счет равный, — Линар улыбнулся в ответ, как ни странно, смотрелось искренне. — Так что ты искала?

И я решила рискнуть, говоря полуправду:

— Во сне я видела украшение и хочу взять его. А еще книгу в желтом переплете. Это память о родителях, о прошлой жизни и теплые воспоминания.

Лицо Линара просветлело, не знаю, чего он ожидал, но явно не этого. Колдун улыбнулся и потянул меня за руку наверх.

— Так и быть, я позволю тебе взять… То, что ты ищешь. Не буду препятствовать, помогу найти, если хочешь, — его глаза блестели, а рот кривился в улыбке.

Шаг вверх на одну ступеньку и еще вверх. Меня шатало от пережитых эмоций, да и идти за Линаром не хотелось. Но я старательно передвигала ноги, и мы довольно быстро поднялись вверх по загадочной лестнице в не менее загадочную комнату, которой «просто не может быть».

Светлая комната, но не единого окна! Довольно обширная, довольно обычная, довольно простая и пустая… Стеллажи до самого верха, наполненные книгами и ни одной лестницы, зато мягкие удобные кресла по углам… Колдун заметил мое смятение, улыбнулся как-то загадочно и, подняв руку, щелкнул пальцами. Книга с самого верхнего ряда медленно спустилась в его раскрытые руки. Улыбка стала шире, а взгляд пронзительнее. Он настойчиво смотрел на меня, ожидая реакции. А что я?! Книга, как книга, в темном желтом переплете с ржавыми металлическими уголками, с целым набором иллюстраций на кожаной обложке. Скажем прямо, иллюстрации показались странными, дикими, пугающими. Тело юной девы, оплетенное корнями растения, сверху кусочек луны… Немного страшненько, загадочно, но не более того. Но главное, никаких воспоминаний!

— Так ты не помнишь… — немного грустно, но не более того…

— Да, я помню не все, — меланхолично произнесла и прошлась по помещению, внимательно осматриваясь. Стеллажи, стеллажи, стеллажи… Магические вязи по стенам и на книгах… Как тут можно что-то отыскать, да и нужный мне предмет был там — внизу, а искать его при Линаре я не собиралась. Впрочем, как и выдавать то, что пытаюсь найти.

А поэтому, громко втянув в себя воздух, с умным видом на челе, принялась рыться в «предоставленном в распоряжение» богатстве. На полках, до которых дотянулись руки. Книг было много, только для меня знание, хранившееся внутри их, было бесполезным. Вязь магов была мне знакома… отдельные слова всплывали в памяти, но прочитать… я была не уверена, что смогу прочитать и понять смысл.

— Оливия, что-то не так? — усмешка! Усталость?!

— Нет, все в порядке, — довольно нервно произнесла я. У него все просто, как будто и не было тех слов в «У Ведьмы». Линар подошел сзади, и это его внимание и близость изрядно нервировали. Я ничего не забыла, больше не боялась, но не забыла.

— Чем эта книга с рецептом яблочного пирога в пятидесяти трех вариациях тебя так расстроила? — и снова насмешка. Или сожаление, тихое, едва ощутимое в голосе.

Вздрогнула, осознавая, и поставила книгу на полку, протягивая руку к другой.

— Так, что тут у нас? — хмыкнул колдун. — Кровавое жертвоприношение. М-м-м, не плохой выбор.

И вот как, спрашивается, подобное оказалось на одной полке?!

Я дернулась от страха, пытаясь запихнуть книгу на прежнее место. Руки дрожали, и первая попытка провалилась с треском. Но все же я справилась с эмоциями и втиснула книгу в ряд к себе подобным. А Линар смеялся, громко и нагло, выводя меня из хрупкого состояния только-только снизошедшего спокойствия.

— Принцесска, а эта книга про рукоделие. Вот смотри, — колдун ткнул пальцем в широкую размашистую магическую вязь на обороте, и взглянул на меня. Говоряще так взглянул, с надеждой. Темнота застыла в его глазах, но резкие, размашистые движения выдавали нетерпение.

— И что? — обиженно пожала плечами.

— Ясно, — хмыкнул он. Его взгляд обжигал. Такой темный, с искорками смеха внутри расширившихся зрачков.

Линар безмолвно притянул меня к себе, крепко обнимая. Пальцы легли на белые локоны, запутываясь в нежных прядях. Обжигающий кожу рот скользнул к шее и нежно вниз — очень влажно и дико. А потом к губам, заставляя вздрогнуть от переполнивших в одно мгновение чувств желания и предвкушения.

— Я ненавижу себя за слабость, — Линар с трудом дышал. Слова вырывались из него хрипло, рвано. И в них было бешенство и злость. А руки, они настойчиво сжимали в объятиях, не желая отпускать. Трогали грудь, плавно водили по линии позвоночника. — Из-за тебя я чувствую себя глупцом, теряю мозг, а после бешусь от невозможности ощутить тебя рядом. История повторяется, Ливи, история повторяется…

Линар с трудом оторвался от меня и, тяжело вздохнув, отступил назад. Я видела, с каким трудом он возвращает себе спокойствие, как затухает его взгляд, превращаясь в ледяной, наполненный высокомерием. Но я так же и знала одно — он меня хочет так же сильно, как я хочу его. А значит… его слова в «Ведьме» ложь! Все до последнего слова! И стало тепло-тепло, грудь перехватило от глупой радости, и отчего-то стало нечем дышать. Я видела, как бьется жилка на его виске, как меняются глаза, и потухает искра возбуждения. Но еще я знала, что теперь я точно вспомню все! И изменю мир! Ради него я точно знаю… я способна изменить мир! Теперь, когда разум ко мне вернулся, я решила действовать:

— Наверное, книга не здесь, — произнесла тихо и, не прощаясь, двинулась к выходу. Кожа горела от его ласк, а на лице цвела глупая улыбка. И слезы радости стояли в глазах. Только вот, Линар не был бы Линаром… если бы все не испортил.

— Не питай иллюзий, Ливи, — глухо произнес он мне в след. — Я отпускаю тебя сейчас, но это не значит, что подобное повторится. И, хорошо подумай насчет кольца. В теневом мире оно, — колдун замялся, — не имеет силы… и теряет свои возможности. Теневой мир состоит из магии и он высасывает ее из всего магического. Подумай, почему маги не остались там навсегда?! А значит времени у тебя немного. Вечно таить кольцо от меня у тебя не получится.

Я поспешила, прилагая максимум усилий, чтобы не упасть. Ступени лестницы больше не казались безопасными, да и вниз отчего-то страшнее, чем вверх. И я принялась спускаться, стараясь не оглядываться. Только вот взгляд Линара жег спину. И хотелось, жутко хотелось посмотреть на колдуна.

Быстро спустилась и юркнула в привычный пролет между стеллажами. Он видит? Ну и пусть. Поспешно бросилась к нужной секции и поспешно сгребла две небольших коробочки. Я точно знала, что внутри. И безумно надеялась, что именно это Линару не интересно. Впрочем, я собиралась отбиваться, если придется. И вышла из «сумрака» к основанию лестницы. Только вот ее уже не было, как не было и загадочной комнаты, и Линара. Вот так просто — пошла вон! Все в стиле Линара!

Что ж, колдун, ты правильно сказал, мы еще встретимся… В конце концов, в твои игры можно играть и вдвоем! Не умеешь справляться с собственными желаниями? Так это ничего, это просто замечательно! Будем пользоваться всем, включая и нечестные методы!

И распахнула дверь хранилища, шагая в пустоту коридора. И не останавливаясь ни на миг, решительно прошла вдоль помещения, стремительно преодолевая длинный путь к выходу. И да, ни разу не обернулась! Быстро, но гордо шествуя, как и положено коронованным особам, на выход. Коридоры музея сменились улицей с пронизывающим насквозь ветром, а храбрость и гонор — пустотой в душе и болью в сердце.

Следовало бы не думать и быстрее бежать отсюда, раз уж несказанно повезло, но я почему-то медлила, гордо расправляя плечи и подставляя лицо холодному потоку воздуха. С одной стороны все же холодно, с другой — лицо перестало гореть... Только вот маленькие, крохотные снежинки парили как ни в чем не бывало… в разгар лета! Холодный. Белый. Самый настоящий снег. Снег в разгар лета!

Я оторопело застыла, пытаясь осознать происходящее. И тут раздалось тихое:

— Оливия.

Вздрогнула, но не обернулась. На плечи лег мягкий, согретый теплом чужого тела плащ.

— Не стоит мерзнуть. Голубая кровь — хрупкая субстанция.

— Но ведь на дворе лето.

— Лето это когда тепло, солнечно и радостно?! Нет, сейчас не лето…

Я стремительно обернулась, но за спиной никого не было. Линар испарился. Вот тебе и нет магии днем?! У кого-то нет, а вот у некоторых имеется! И тут пришло осознание — он меня отпустил. Просто отпустил.