Глава 11

Больше всего угнетало, что мне с этим мужчиной придется таскаться по городу до самого вечера. Но то ли морда лица у меня была слишком кислая, то ли сам Себастьян, наконец, понял, что он не очень-то и приятный человек, но прогулку мы завершили слишком быстро.

Ловчий практически сразу направился в сторону гостиницы, лишь несколько раз обернулся, убеждаясь, что я ползу следом.

— Голодная?

— Что? — я удивленно подняла на него взгляд.

Мужчина недовольно закатил глаза и как для барана повторил:

— Спрашиваю. Голодная ли ты? А все! Не важно. Идем.

И не дожидаясь от меня ответа, ловчий повернулся на пятках и толкнул дверь в трактир. После жаркой улицы внутри большого зала царила прохлада.

Мадам Пашири широко улыбнулась, завидев Себастьяна. И тут же скисла, заметив меня. Никогда, видимо, не пойму ее отношения ко мне.

— Два фирменных блюда, вина, стакан сока и десерт для девушки, — тут же распорядился Себастьян, кинул монетку на столешницу.

А когда хозяйка таверны отошла, с усмешкой посмотрел на деньги, которые я пододвинула к нему.

— Что это?

— Я плачу за себя сама.

— Не вижу в этом никакой необходимости. Забери.

— Но…

— Ивилай Фран, — протянув мое имя, он подался вперед. — Неужели ты думаешь, что знатный путешественник обеднеет от подобного жеста?

— Скорее боюсь, что это выльется в какую-то непредвиденную услугу.

— Об этом можешь не переживать. Считай это жестом доброй воли.

Чувствуя себя мышью перед удавом, спорить перестала. Если ему так хочется, пусть платит. Мне как-то вообще до светлячка.

Вскоре перед нами установили глубокие блюда с рагу и чаши с напитками. А вот десерт «для девушки» выглядел совершенно не аппетитно. Не удивлюсь, если мадам Пашири туда еще и плюнула.

— Вы же, кажется, совсем недавно выступали против алкогольных напитков, — хмыкнула я, наблюдая за тем, как Себастьян пьет вино.

— Это когда?

— А когда заселялись. Просили исключить алкоголь и заменить на воду.

— С таким проводником ни то что пить начнешь, с демонами якшаться станешь.

— А вот это сейчас обидно было, — буркнула я, утыкаясь в тарелку.

— Думаешь нам не обидно было, когда пришлось двадцать минут рыбой дышать. Да еще и ты народ своими возгласами привлекала. Ни колдовать, ни нос зажать.

Я хохотнула, утыкаясь в чашу с соком. Ловчий укоризненно покачал головой и вернулся к трапезе.

— На наш праздник пойдете?

— При одном условии, — вновь усмехнулся мужчина, явно показывая мне, что не только угрюмым быть может. — Ты не пьешь ничего крепче сока.

— С какого это перепуга?! — выдохнула я, а потом встретилась с хитрым прищуром ловчего. — Вообще-то, вы тоже пили!

Ухмылка стала еще шире:

— А делала вид, что не помнишь.

Я как можно безразличнее пожала плечами:

— Некоторые вещи лучше не помнить.

Дальнейшей реакции от Себастьяна я попросту не ожидала. Даже дернулась, когда он резко отодвинул стул. То с какой скоростью ловчий встал из-за стола даже молниеносной назвать сложно. Он просто взлетел. Прямо как гарпия вместе с медной чашей. И с не меньшей скоростью двинулся к мадам Пашири, что стояла за стойкой.

Доедала я в спешке.

Стоило оказаться под лучами солнца, которое уже начинало медленно клониться к западу, как из-за поворота вынырнул Шарль. Но в этот раз мне повезло, он прошел мимо, как ни в чем не бывало.

Ух, ну и ловчий! Ему с одного раза удалось сделать то, что не удавалось мне на протяжении года. Да я ему за это даже скверный характер простить готова!

Думала я так ровно до момента, пока Себастьян не появился на улице и с самой милейшей улыбкой, на которую только был способен. А после предложил провести ему очередную прогулку по городу.

В общем, к моменту, когда начало темнеть, а мы подошли к главной площади, я готова была выть от усталость. Уже не интересовал результат второго конкурса среди невест для сына мэра, не хотелось праздновать день Защитниц. Хотелось упасть носом в подушку и забыться сном.

— Ивилай, здравствуй!

Я обернулась и к собственному удивлению обнаружила перед собой Итана. Сын мэра держался, как и всегда, хорошо, теперь еще и улыбался мне.

— Приятного вечера, — поприветствовала я парня, с которым много проводила времени в детстве.

Потом же отец обвешал его учителями, и нам стало совершенно не до игр.

— Я ждал, что ты примешь участие в этом конкурсе, — открыто и с легким заигрыванием улыбнулся мужчина. — А ты меня проигнорировала.

— Это не для меня, — развела руками. — Да и мы с тобой уже лет так семь только на улице здороваемся.

— Зато как чудили в детстве, — рассмеялся Итан. — Вспомни только, как сбежали в лес вечером, надеясь отыскать волшебный цветок кораха. Ох, и получили тогда по заднице от отцов. Или когда ты убедила меня, что видела, как гончар в своих горшках золото прячет. Сколько мы тогда их перебили?

Я не сдержала смешка. Это точно! Нам было до безумия весело. Еще и Хейлу временами с собой брали, подбивали на шалости. Кира, к сожалению, была спокойнее и не поддавалась на выдуманные нами авантюры. А мы втроем громили все, что плохо лежало.

Вот только Итан не знал, что я ведьма. Я не смогла ему признаться. И теперь понимаю — к лучшему. Вряд ли бы он смог со мной так открыто общаться, зная правду. Хотя… Нас все равно развело временем.

— Итан, — мужчина протянул руку в сторону.

Могу поклясться, что еще минуту назад Себастьяна там не было. Что он отходил к лотку с напитками. Зато теперь ловчий, как ни в чем не бывало, оказался у меня за спиной.

— Видел вас в доме отца, но познакомиться так и не удалось.

— Ничего страшного, — коротко кивнул глава ордена и ответил на рукопожатие. — Исправим это сейчас. Себастьян.

— Наслышан о вас, — понизил голос Итан. — Благодарю за то, что явились в наш город с проверкой. Все же надеюсь, что никакой пакости обнаружить не удалось.

— В Лефорде чисто. Но я задержусь еще на несколько дней. Надо закончить кое-какие дела.

Сын мэра понятливо кивнул и в дела главы ордена лезть не стал. А потом опять повернулся ко мне и широко улыбнулся:

— Все же жалею, что не увидел тебя среди тех девушек, Иви. Думаю, тогда бы и выбирать не пришлось.

Он галантно, будто на королевском приеме, перехватил мою руку и мягко прикоснулся к ней губами.

— Ты весь город любовным зельем опоила, что ли? — пренебрежительно фыркнул Себастьян, стоило Итану отойти от нас на несколько шагов.

— А что, есть причины меня в этом подозревать?

— Вначале тот парнишка из таверны, теперь сын мэра. И что же ты в самом деле не на конкурсе?

— Думаю, что если сейчас подойду и скажу, что передумала и хочу участвовать, то меня допустят!

— Иди!

— А вот и пойду!

— Ну и иди!

Я резко развернулась на пятках и шагнула было за Итаном, когда мне на плечо с хлопком опустилась тяжелая рука.

— Тогда лишишься работы проводника, — раздалось за спиной.

Что означало «и никаких тебе денег, жадная ведьмочка».

— А зачем вам проводник, господин путешественник? — фыркнула я, бросая взгляд в сторону ловчего. — Особенно такой, после которого о городе остается ужасное мнение. Да еще и напиться появляется желание!

Себастьян скрипнул зубами, но руку с плеча не убрал:

— Я не допущу, чтобы такая, как ты, стала во главе города.

Вот это был удар если не ниже пояса, то под дых точно.

Скинув с плеча мужскую руку, я повернулась к нему лицом и процедила сквозь зубы:

— Вы уж, дорогой наш путешественник, определитесь, чего хотите! То посылаете на конкурс. Теперь отговариваете. Каким же будет ваш следующий шаг?!

Если он что и сказал, то я не услышала. И пусть жесткие, очерченные бликами костра губы и не изогнулись даже. Зная возможности этого типа, он еще и чревовещателем оказаться может.

Но прогремевший голос распорядителя конкурса невест перекрыл все. Он приветствовал собравшихся тут и поздравлял с наставшим днем.

Себастьян так и смотрел на меня, пока в воздухе раздавалось имя за именем. И кажется выдохнул, когда не услышал среди них моего. Будто бы ожидал, что я каким-то неведомым образом уже успела записаться и сразу попасть в победители.

Только на фамилии Фран вздрогнул. Это прошла Нира.

А потом я просто развернулась и быстрым шагом затерялась в толпе. Было шумно: кричали проигравшие, гремела музыка, шипели костры. Городские маги и магиссы устроили настоящее огненное представление. В темнеющем небе летали сотканные из жидкого пламени драконы, фениксы и светлячки.

От волшебства, охватившего площадь, забурлила кровь. Уже было совершенно не важно, что я только что сцепилась с ловчим. Неважно, что вел он себя слишком странно даже для себя самого. Существовала только я и гремящая музыка.

Ноги болели от танцев, горло — от визгов и криков. Я чувствовала себя счастливой, пока не поймала в толпе изучающий взгляд янтарных глаз.

Они пронизывали насквозь, выворачивали наизнанку. И я не понимала, нравится мне это или нет. Такое пристальное внимание настораживало.

Хотя, чего я хочу! Я ведьма, а он ловчий. Неудивительно, что следит. Небось ждет, пока я сотворю что-нибудь этакое.

Я усмехнулась и незаметно щелкнула пальцами. Себастьян дернулся в мою сторону, а в следующий момент парень, пробегающий мимо ловчего, споткнулся на ровном месте и облил содержимым стаканов сапоги охотника.

Тихо подхихикивая, я поспешила убраться как можно дальше. Еще не хватало получить месть за месть от одного ловчего.

У меня праздник. А этот неопределившийся мрачный тип пусть хоть подавится своей злостью.

* * *

С момента праздника Защитниц прошло целых два дня. Дня, которые я потратила на семью, подруг и Руну.

Именно с последней я играла в догонялки, лавировала между деревьями, когда внезапно влетела носом в нечто темное и твердое. Поклясться могу, что тут только что была звериная тропа! А теперь… теперь стоит ловчий.

Себастьян выглядел мрачным и недовольным жизнью. Ну, то есть особо ничего не поменялось.

Руна вылетела из кустов со счастливым визгом. Затормозила от меня в нескольких сантиметрах и тоже выжидательно посмотрела на мужчину. Видимо, вспомнила его и решила лишний раз не рисковать.

— Что-то не так? — я отступила на шаг и подняла взгляд.

— Вижу, ты решила бросить работу проводника.

— Да. Вы видели весь город, его окрестности, а по лесу и сами неплохо ориентируетесь. Так что не вижу смысла и дальше вас нагружать своим обществом, господин ловчий, — процедила я сквозь зубы, полностью выражая свое отношение к этому мужчине.

— Это все прекрасно, ведьма, — не остался он в долгу. — Да вот только отчет от Фобаса пришел. Ведьмы не замешаны в пропаже магисс. Собирайся, мы отправляемся к гарпиям.

— Ч-то?

— Хочешь получить свою свободу?

— Это уже шантаж!

Руна вздыбила шерсть, оскалилась, зарычала. Себастьян сверкнул в ее сторону взглядом, а потом повернулся ко мне.

— Отправляемся на рассвете. Опоздаешь хоть на минуту…

Я вспомнила его угрозу касательно его людей и моей семьи, по спине поползли ледяные мурашки.

— Вы не человек, — выплюнула я. — Люди хоть что-то чувствуют.

— Это ли не ведьма пытается обвинить меня в бессердечности? — с ухмылкой поинтересовался этот тип. — Расскажи еще мне, насколько это человечно использовать магию на беззащитных людях.

— Тот мальчишка не пострадал, — выдала я, вздернув подбородок.

— Разговор окончен, Ивилай Фран! На рассвете.

Он развернулся и растворился. Нет, не открыл портал и не исчез в воздухе. Просто ушел. Но видимо, застилающие глаза слезы просто скрыли от меня этот момент.

Я опустилась на землю, обняла Руну и беззвучно разрыдалась. Хвостатая подруга мурчала мне на ухо, терлась мордой о щеку и словно щенок виляла хвостом.

— Ничего не понимаю, — призналась я ей спустя несколько минут, когда из глотки перестали вырываться беззвучные рыдания, уступили место внятной речи. — Его как будто временами блоха какая кусает. То нормальный мужик, то последняя сволочь. Я тоже не подарок, но… Да, договор. Да, клятва. Но гоблин его дери, это ведь не значит, что нельзя нормально.

Говоря это, понимала, что и сама себя вела порой как дура. То пакостила, то огрызалась. Но он ведь тоже не в сторонке стоял!

Но больше всего смазывал картину тот проклятый поцелуй. Мужчина играл для ведьм, показывал, что привязка сработала. Ведь так?

Руна не могла мне ответить, только терлась, пытаясь успокоить.

А уже через полчаса я спешила домой. Хвостатая подруга проводила до опушки, убедилась, что со мной все хорошо. И лизнув на прощание ладонь, скрылась в чаще.

Предстояло самое сложное — разговор с отцом.

Первым делом я заскочила домой, переоделась, умылась ледяной водой. И только потом направилась в кузню папы. По дороге молила магию сделать так, чтобы там он был один.

И в этот раз повезло.

— Привет, — я проскользнула внутрь, споро прикрывая за собой дверь. — Не занят?

— Нет, Иви. Что-то срочное?

— Угу, — я плюхнулась на лавку у окна. — Я завтра утром ухожу в горы.

— Зачем? — папа отложил молот, повернулся ко мне и сложил руки на груди.

Я знала его эту позу. В такие моменты нельзя было спорить или что-то утверждать. Только просить.

Робко улыбнувшись, я махнула рукой в сторону:

— Наш путешественник очень заинтересовался гарпиями. И очень хочет с ними познакомиться.

— Иви, ты же понимаешь, что если прогневишь Защитниц…

— Я знаю. Не переживай, я проведу инструктаж…

— Иви! Если хочешь знать мое мнение, то я против.

— Пап, ты ведь знаешь, что жизнь в столице не такая уж и дешевая, — надавила я на самое слабое его место. — А с этого дела я могу поиметь неплохо денег.

— Мы можем вернуть…

— Даже слышать не хочу! — я вскочила с лавки и отразила папину позу. — Я не только для себя стараюсь! Не маленькая, помочь хочу!

— Понимаю, что не маленькая, — грустно вздохнул он и попытался улыбнуться. — Иви, пообещай, что в случае чего бросишь его там и сбежишь.

Я хохотнула, представляя эту картину, но под суровым взглядом кузнеца, посерьезнела.

— Папа, я обещаю, что все будет хорошо. Вернусь целой и невредимой.

Он еще раз вздохнул:

— Ты вся в мать. Она тоже меня никогда не слушала.

Это оказалось больнее, чем я могла подумать. Папа не так часто о ней вспоминал, словно выкинул из своего сердца. А теперь…

Я отвернулась, чтобы сдержать рвущиеся наружу слезы обиды.

Плачущая ведьма! Да где вы такое видели?

— Прости, — он оказался рядом, обнял, поцеловал в макушку. — Я не хотел, Ивилай.

— Я знаю, пап, — прошептала я, отгоняя обиду поганой метлой. — Все хорошо. Я люблю тебя.

— И я тебя, дочка. Возвращайся скорее.

— Увидим гарпий и вернемся, — пообещала я, обнимая отца. — Все будет хорошо. Вот увидишь.

Он только укоризненно покачала головой и тяжело вздохнул.

А на рассвете следующего дня я уже стояла за северными вратами. Холодный совершенно не летний ветер пронизывал насквозь. Не спасали от него ни плотные штаны, ни кожаная курточка. Прижимая к боку сумку, топталась у стены, дожидаясь ловчего.

— Опаздываете, — буркнула я, когда мужчина появился из-за врат, и поплелась в сторону гор.

Ловчий нагнал меня спустя минуту. Впервые за время нашего знакомства на его лице цвела довольная улыбка.

Еще бы! Почти разгадал одно из своих самых сложных дел. Вот только чего радовался — непонятно. Ладно бы действительно ведьмы за этим стояли. А он сейчас практически идет войну крылатому народу объявлять.

Псих.

— Ты уже бывала у гарпий?

— Нет.

— Тогда куда ты меня ведешь?

— Необязательно что-то знать, чтобы быть правым, — протянула я, намекая еще и на его промах с преступником.

— Ну конечно, — фыркнул мужчина. — Слова магической клятвы ты тоже из воздуха взяла?

Я пожала плечами:

— Неужели вы думаете, что первый у меня?

Себастьян кашлянул от неожиданности, а я рассмеялась. Все же было что-то веселое вот в таких вот моментах. Невесело только получать похожие выпады в ответ. Хотя… Не всегда.

— И кто же был у тебя первым, Ивилай Фран? — источая сарказм, поинтересовался мужчина.

И мне почему-то жутко захотелось поделиться с ним историей.

— Лет пять назад в наш город прибыла ярмарка. Торговцы, фокусники, звероловы, даже несколько магов. И была там начинающая дрессировщица Дана. Девушка привезла с собой детеныша мантикоры, который впоследствии перегрыз прутья клетки и сбежал. Мы с Руной натолкнулись на него в лесу. А потом и на саму Дану, которая оказалась не столько магиссой, сколько ведьмой, но умело скрывала это. Я до сих пор не понимаю, как окружающие маги не признали в ней другую силу. Мы договорились, что если когда-нибудь еще встретимся в этой жизни, то обязательно поможем друг другу, что бы ни потребовалось.

— Трогательно, — сухо констатировал факт Себастьян. — А не поняли они скорее всего из-за какого-нибудь мощного артефакта. Только ведьма признает ведьму. Это как с рыбаками.

— Или ловчими.

— Или да, — слишком спокойно согласился мужчина.

А я бросила на него недоверчивый взгляд.

Что, даже не подденет и не попытается отомстить за слишком резкие слова? Или стоит ждать подлости покрупнее?

Например, бросит меня в горах и поминай как звали.

Себастьян молчал пока мы медленно поднимались на ближайшую гору, не проронил ни слова пока шли вдоль обрыва, не укорил, когда я споткнулась и чуть не спровоцировала оползень.

— Да что с вами такое? — не удержалась я, когда солнце уже приближалось к обеду, а мы были по моим расчетам где-то на половине пути. — Сами на себя проклятия завязавшегося языка наложили?

— Иногда люди молчат, ведьмочка. Тебе бы очень не помешало этому обучится.

— О, ну наконец-то, — облегченно выдохнула я. — А то уже подумала, что вы сломались.

— Замолчи!

— Эй, это несколько грубо, — возмутилась я. — Да, я понимаю, что мы тут вместе в какую-то игру «допеки соседа» играем, но вы нарушаете несуществующие правила.

— Да тихо ты!

— Нет, я серьезно…м-м-м…

Возмутиться еще сильнее не вышло, потому что ладонь ловчего закрыла мне рот, а под спиной оказалась отвесная каменная стена.

И только в полной тишине я услышала то, о чем, видимо, и хотел предупредить мужчина.

Шаги, от которых вздрагивали горы.