Глава 15

Домой я шла с таким страхом, который даже на площади не испытывала. Папа всю дорогу молчал, сестры тихо перешептывались. И только не отстающие и на шаг Кира с Хейлой ободряюще поглядывали и время от времени похлопывали по плечу.

Сейчас я чувствовала себя как самая настоящая ведьма, которую вели на костер. Впервые за все время. Жуть.

Дома отец уселся в свое любимое кресло у камина, откинул со лба волосы и облегченно выдохнул. Сестры заметушились по дому: кипятили чай, доставали из шкафов печенье и сладости. Подруги примостились на лавке у окна, а я не могла себе найти места.

Только когда все уже сидели за столом, а я сжимала в руках чашку с обжигающим мятным чаем, началось.

— Ловчий, значит, — угрожающе протянул папа.

Я выпрямилась, поджала губы и кивнула.

— Ты знала?

Вновь кивнула.

— И не сказала?!

— Папа, есть вещи, о которых я просто не могу рассказать. Не потому что не хочу, а потому что не могу, — как можно спокойнее проговорила я.

Сестры затихли, Кира втянула голову в плечи и только Хейла спокойно продолжила пить чай, закусывая его печеньем с шоколадной крошкой.

— Зачем он здесь? Второй путешественник тоже ловчий?

— Да, ловчий. О цели их визита не могу сказать. Но могу уверить в том, что тут они не из-за меня. Как видишь, Себастьян даже от всего этого меня спас.

— Вижу, — угрюмо констатировал папа. — Как я понимаю, и та ночь, что ты домой не явилась, была вовсе не из-за проблем с магией?

— Да. В ту ночь прибыли ловчие.

— И от тебя я, конечно же, ничего конкретного не добьюсь.

Я отрицательно покачала головой:

— Мне, правда, очень жаль, что пришлось врать и умалчивать. На это были и есть очень веские причины. Но я могу тебе поклясться, что мне совершенно ничего не угрожает и не угрожало.

Угрожало, но не мне. А вам.

Папа вздохнул, встал из-за стола, обвел собравшихся взглядом:

— Мне трудно это признавать, но вы все уже взрослые. Линель и вовсе уже замуж выскочила и своего нянчит.

Старшая сестра улыбнулась поверх чашки и кивнула. Насколько я поняла, она оставила ребенка на соседку, чтобы быть тогда и сейчас рядом с нами.

— Я очень вами горжусь, дочки, — глаза папы подозрительно блеснули. — И теперь я должен признать то, что и самая младшая из вас больше не ребенок. Иви, ты стала достойной Фран, и я безумно этому рад. Очень надеюсь, что и после моего ухода вы не перестанете общаться и поддерживать друг друга. Потому что только в этом заключается значение слова «семья».

— Папа! — выдохнула возмущенно Алия, вторая по старшинству.

— Дай договорить, — поднял руку он. — Я никогда этого прежде не говорил, но я горжусь быть вашим отцом. А вам, девочки, — папа повернулся к Кире и Хейле, — просто спасибо. Я рад, что у моей младшей есть такие друзья.

Я сидела спокойно еще несколько секунд, а потом разревелась как маленькая девочка. Слезы текли ручьем от запоздалого страха, от чувств, которые пробудила речь отца, и от осознания всего.

Обнимаясь с сестрами и подругами, я хоть как-то смогла успокоиться. А потом подошла к папе, прижалась к нему и вместо всего, что хотела сказать, просто всхлипнула.

— Ты достойная ведьма, Иви, — хмыкнул папа, обнимая меня за плечи. — А теперь хватит тут раскисать, лучше реши свои дела с ловчими и порадуй отца интересной историей.

Я рассмеялась и, встав на носочки, чмокнула его в колючую щеку.

Мы еще долго говорили, делились историями, выпили много чая. Мне дорогого стоило убедить всех, что все хорошо. Вот только себя не удавалось.

Чем ближе приближался час встречи с Себастьяном, тем хуже я себя чувствовала. Интуиция вопила об опасности, да только я понять не могла откуда ждать удара. Все улеглось, ведьмой меня не считают, мать Шарля скоро найдут.

Отойдя от всего этого, я даже не знала, какое наказание требовать для этой женщины. С одной стороны, я понимала ее обиду на меня, ведь Шарль вел себя совсем не так, как хотелось бы его матери. А с другой, я не могла так просто спустить с рук “клевету”.

Надеюсь, что мэр или Итан сами изберут для нее наказание. А мне придется только согласиться с ним. Все же решать чужие судьбы я не хочу.

К «Прыгающему фениксу» я пришла на закате. Опоздала, но никак не могла убедить папу, что все уже позади, а я все еще нужна ловчему. Подруги вызвались меня проводить и ушли только тогда, когда мы увидели мужскую фигуру у гостиницы.

Я выдохнула, обняла Киру с Хейлой и поспешила к главе ордена.

— Спасибо.

Это было первое, что я произнесла, остановившись рядом. Ловчий окинул меня взглядом, вздохнул и взлохматил волосы пятерней.

— Опоздала.

— Знаю. А где Фобас?

— Соскучилась? — иронично хмыкнул мужчина. — Его все еще нет в городе по официальной версии. Но свою часть работы он выполнил. Пойдем.

Себастьян развернулся на пятках и направился вниз по улице.

— Куда? — я нагнала ловчего через мгновение. Сейчас не хотелось язвить, спорить и даже говорить. Но нас все еще связывала проклятая магическая клятва.

Но мужчина не ответил, дошел до восточных ворот. А я замерла, окликнутая стражей.

— Ивилай! — охнул знакомый стражник. — Как я рад, что все обошлось! Мы корзинку уже домой тебе отправили с посыльным. Не обессудь.

— Да за что? Спасибо.

— Это тебе спасибо, земляника просто чудо, — отозвался напарник.

А ловчий, почему-то, вздрогнул.

До первых деревьев добрались молча. Мне на встречу вылетела Руна, с разбегу ударила головой в ногу и недовольно зарычала.

— Да все хорошо с ней, — недовольно огрызнулся Себастьян. — Потом пообщаетесь. Где тут можно поговорить так чтобы не нарваться на парочки, блуждающие по сумеркам в лесу?

— Я покажу.

И повела к месту, которое мы с подругами назвали «своим». Вечером никто так далеко не забредал. А я еще умудрилась и гримуар из тайника забрать. Теперь шла по тропинке и прижимала его к груди, как любимую игрушку.

На поляну со столетним дубом мы вышли спустя минут двадцать пути. Руна не отставала, явно желая убедиться в правоте Себастьяна.

Мужчина остановился перед деревом, сел на один из огромных выбившихся из-под земли корней и протянул перед собой ноги.

— Так как клятва обязывает сообщать тебе всю информацию этого дела, а оно, я надеюсь, подходит к концу, то постарайся помолчать, пока я рассказываю.

Не скажу, что его тон меня задел. Я пожала плечами и опустилась прямо на остывающую землю перед деревом, прислонилась спиной к шершавой коре и замерла. Рысь легла рядом, положила голову на колени.

— Как ты знаешь, Фобас по наводке Верховной отправился к ведьмам, которые не явились на шабаш этого года. Но ни одна из них не оказалась той, что нужна нам. Проверив свою старую знакомую, Фобас решил поделиться с ней проблемой, — Себастьян скривился, — за что уже получил выговор, но возможно получит и награду. Являясь сильной видящей, она раскинула карты и задала вопрос Магии…

Повисла пауза, словно ловчий подбирал слова и не мог найти нужные.

— И?.. — поторопила я его, чувствуя, как от вечерней прохлады начинают замерзать кончики пальцев.

— По отпечатку ауры, который передала нам Дэрия, она смогла провести некий ритуал, о котором раньше никто не слышал. Ловчие допустили огромную ошибку, — он сказал это с настолько каменным лицом, что я почувствовала себя овечкой на заклании. Сейчас как достанет огромный нож, чтобы этот секрет не вышел за пределы ордена…

— Так, раз вы тянете время, давайте я вам помогу, — предложила я, вставая с земли и на всякий случай отходя в сторону на несколько шагов. — Начните с того, что объясните мне, как работает эта самая пересылка чужой ауры. Потому что я этот момент не до конца понимаю.

Себастьян поджал губы, потом вытянул их в трубочку и, наконец, заговорил:

— Для подобной манипуляции потребуется два мага и один артефакт. Мага-посыльного связывают ритуалом с артефактом, делает это маг-завязочник. Поверх привязки набрасывается заклинание активации. Как только маг-посыльный активирует это заклинание словом или зашифрованным действием, то на артефакт пересылается сжатый отпечаток ауры человека, который в этот момент прикасается к магу-посыльному. Подобное часто практикуют боевые маги на войне или шпионы в чужих государствах.

Я кивнула в знак того что все поняла.

— Хорошо. И что удалось узнать той ведьме?

— У человека, чую ауру передал нам артефакт, отсутствуют магические потоки.

Кровь застучала в ушах, руки сами сжались в кулаки.

— То есть, — как можно тише и спокойнее протянула я, — все это время вы гонялись за ведьмами, гарпиями, магическими созданиями, а преступником оказался человек без дара?!

— Да.

Ловчий мог бы выглядеть сейчас побитой собачонкой, но именно у этого мужчины даже подобное состояние было похоже на нечто серьезное и величественное.

— И как же вы, стесняюсь спросить, пропустили столь маленькую и совершенно незначительную деталь? — елейно поинтересовалась у поднявшегося на ноги мужчины.

— Никто не разбирал ауру похитителя на составляющие, потому что все было и без того ясно. Раз воруют сильных магисс, то делают это не голыми руками, иначе они бы сбежали и отбились. Вышли на связь, в конце-то концов.

— Прекрасно, — я сложила руки на груди, стараясь не сильно кипеть от гнева, — и как тогда простому человеку без магии удалось отловить магически одаренных дев? И главное, на кой ляд ему это было нужно?

— Вот мы и подошли к самому главному на сегодня, — Себастьян взлохматил волосы пятерней. — Я допустил ошибку, что искал именно мага или ведьму. В Лефорде не так много одаренных, и они невиновны. А вот простых жителей я не сверял… В общем, мы восстановили день пропажи Дэрии в мелочах и пришли к выводу, что пропала она не так далеко от одной из таверн. Это было время ужина. По словам Фобаса, его сестра с самого утра ничего не ела…

— То есть пока вы гонялись за мной, девушка гуляла по городу? Одна? Без сопровождения? У вас же была целая толпа людей.

— Которая гонялась за той, кто должна была оказаться преступницей.

— Вы ведь не все мне рассказали!

— Мне удалось определить чья именно аура была передана нам Дэрией. И все то время, что мы с тобой мило беседуем, артефакт определяет местоположение преступника.

— То есть вы не знаете где он? — я вскинула брови, а потом удивленно ахнула. — Неужели… Мадам Пашири?!

— Да, Ивилай. Дэрия передала нам именно ауру хозяйки таверны «Прыгающий феникс».

— Но…

У меня не вязался образ хрупкой женщины с подобным преступлением. Да, она не была бескрылой феей и не сорила добром, меня не любила, но…

— То, что она обвинила меня в ведьмостве, как-то связано с вашим делом, господин ловичй?

— Пока не знаю. Но думаю, что у тебя еще будет возможность задать этот вопрос ей лично. Мне только что удалось определить местоположение мадам Пашири. Удобно, что мы поселились именно в этой гостинице. Не было проблем с доступом к ее личным вещам. Идем.

— Э-э-э, не, — я отступила на шаг. — В этот раз без меня.

— Испугалась? — высокомерно хмыкнул он.

— Ну раз вы сегодня вспомнили о условиях нашей клятвы, то сами же тогда согласились с моими исправлениями. Я не помогаю вам ночью. Забыли?

И самодовольно улыбнулась.

— Прекрасно! — ловчий вынул из-за пазухи светящийся кристалл и, развернувшись на пятках, поспешил к краю поляны.

— Что? Вот так просто?!

— А мне тебя еще уговаривать надо, ведьма? — хмыкнул он, не оборачиваясь.

— Вообще-то, артефакт ошибся, — зачем-то бросила я. — Ведь и на вас засиял.

— Уверена?

Я только набирала воздуха в легкие, чтоб ответить, как Себастьян скрылся в тени деревьев.

— Эй! Мы вообще-то не договорили! — подхватив юбку платья, выкрикнула я и кинулась вслед за главной ордена Ловчих.

Докатилась! Бегать за ловчими! Хорошо, что меня никто из ведьм за этим занятием не застал! Стыдно бы как было…

Себастьяна я нагнала через десяток метров, не отличила в темноте от тени и с разбегу вписалась носом в его широкую спину.

— Так недолго себе и крючок на нем заработать, — прошипела я потирая кончик многострадального носа.

— Чш-ш-ш! — вскинув руку, притворился осенним ветром ловчий.

Памятуя, с чего началась наша встреча с горным троллем, я захлопнула рот и прислушалась к стремительно темнеющему лесу. Но ничего кроме ветра и шелеста листвы уловить не могла.

— Что там?

— Слышишь? — так же тихо поинтересовался ловчий. — Это тишина. И она прекрасна.

Пока я молча офигевала, он вынул из-за пазухи долбанный сияющий кристалл и вновь сдвинулся с места.

Ах ты гад! Тишина, значит?! Да я тебе такую тишину устрою, что ты воям банши рад будешь!

Я шла за ним по пятам и время от времени, убедившись, что рядом никаких странных звуков нет, громко и четко задавала ему вопросы.

— Господин ловчий, а как размножаются подобные вам? Ведьм вы ненавидите, магиссы чаще всего слишком заняты карьерой, а простые люди вас боятся.

— Себастьян, а что вас связывает с господином Фобасом? Он вам друг или что-то большее?

— А кто наказывает главу ордена за осечки?

— Господин ловчий, как думаете, сколько ведьм повесили на вас смертельное проклятие?

На очередной такой вопрос он зарычал, резко повернулся и шагнул ко мне. Признаюсь, я струхнула и отскочила, врезалась спиной в дерево.

— Если одна наглая ведьмочка не закроет свой рот, — прошипел он, остановившись буквально вплотную, — то мне придется использовать то самое заклинание завязывания языка, которым она грозилась мне.

— Вообще-то!..

Договорить мне, конечно же, никто не дал. Но не заклинанием заткнул мне рот, а закрыл рукой. Опять. Прижал к дереву тяжестью своего тела и обернулся.

Сейчас даже я услышала странное мелодичное гудение неподалеку, а потом извернулась и цапнула зубами мужчину за мизинец.

Ловчий отдернул руку, зашипел.

— Вам разве не говорили, насколько это опасно, пугать ведьму? — прошептала одними губами.

Сейчас он смотрел на меня сверху вниз и я улавливала в янтарных глазах нечто странное. Будто бы глава ордена боролся сам с собой, выбирал между двумя совершенно противоположными вещами.

А я, к своему ужасу, почему-то покраснела.

Нет! Ловчий это вряд ли увидел в такой тьме, хоть и рассеянной кристаллом. Зато я сама почувствовала, как жар опалил щеки.

— Может, мы уже пойдем? — неуверенно предложила я.

Себастьян не сдвинулся с места, продолжал меня прожигать уже отнюдь не ледяным взглядом, а потом, мотнув головой, словно отгоняя наваждение, отступил в сторону.

Я бы, наверное, задумалась о том, что произошло секунду назад, если бы кристалл в руках Себастьяна не вспыхнул алым и не взорвался. Разлетелся кучей осколков-искорок. А ведь мужчина только сделал шаг в сторону колючего кустарника.

— Мы близко.

Ну спасибо! Обнадежил!

Он взмахнул рукой, кустарник разошелся в стороны, пропуская вперед. А мне оставалось только поспешить за ловчим. Помогать я ему не обещала, а вот любопытство меня пока еще не сгубило. А это значит что? Что я не кошка и уже хорошо!

Вышли мы на поляну, залитую лунным светом, впереди виднелся силуэт невысокой каменной горы, ее зелеными шапками укрывали деревья. Но не это привлекло внимание.

Гудение стало громче, протяжнее и сильнее.

В центре поляны стоял огромный каменный голем. С длинными расширяющимся книзу руками, массивными ногами и большой круглой головой.

— Ивилай, я передумал. Иди-ка ты домой, — медленно отступая к краю поляны, проговорил мужчина.

Земля дрогнула, гудение достигло своего пика и взорвалось протяжным писком. А голем поднял голову и сделал первый шаг в нашу сторону.