Эпилог
Себастьян сдержал слово — через три недели мы бросили все дела, взяли Руну и, оставив короткую записку, ушли порталом. О том, куда нас занесет, ловчий молчал до последнего. Знал, засранец, что когда я увижу золотой песок и синюю блестящую гладь, буду визжать от счастья.
— Море, — верещала я, носясь по берегу. — Настоящее море. Как в книжках. Как в сказках.
Чайки испуганно разбегались в разные стороны, косились как на ненормальную. Местные темнокожие жители посмеивались и предлагали купить свежие невиданные фрукты практически за бесценок.
Надо ли говорить, что в первый день я объелась ими и сгорела на пляже?
Себастьян отчитывал меня и натирал спину каким-то зельем. Оно холодило кожу и прогоняло зуд с краснотой. А я балдела, доедая последнюю веточку ярко-сиреневых ягод, которые разрывались брызгами сока во рту.
На столике стоял маленький серебряный кубок за второе место на турнире, но я и ему была рада. Под недовольное похмыкивание ведьмака скидывала в него косточки и кожуру.
Когда наступило ранее утро третьего дня, солнце только выглянуло из-за пальм, а мой муж ушел окунуться в море, я стояла в купальне и неверящим взглядом смотрела на кристалл. Он горел красным.
— Нет. Не может быть, — прошептала я, деактивируя его и капая кровью на одну из граней еще раз.
Мгновение. Другое. Сердце бешено бьется где-то под горлом. А кристалл медленно приобретает красный оттенок.
— Да нет! — возмутилась я.
Может, он сломан?
Я прокрутила в памяти события последних нескольких недель и вздохнула — не сломан. Абсолютно точно не сломан. Магия, страшно-то как!
Насколько раз выдохнув, я накинула поверх нескольких полосок ткани, в которых тут принято было купаться, тонкое платье и подошла к зеркалу. Нарочно медленно расчесалась, взяла со столика купон Даны и вышла на улицу.
Себастьян временно выкупил у одного из местных его дом со всеми удобствами. Жилище находилось прямо на берегу. Рукой до воды подать.
Именно оттуда выходил мой муж, отряхивался от воды, убирал влажные волосы назад. Отфыркавшись в последний раз, он поднял глаза и, нахмурившись, практически взлетел ко мне на крыльцо.
— Иви, что-то случилось?
— Да вот, — хохотнула я и первым протянула ему купон на феникса. — Помнится, ты обещал, что мы приобретем себе одного. Это еще в силе?
Себастьян явно не смог найти ответ на мучающий его вопрос, но кивнул:
— Да. Как вернемся, можем связаться с Даной. Руна ревновать не будет?
Я бросила взгляд на дикий лес, который начинался буквально от полосы берега и уходил зеленой чащей вглубь острова. Рысь сбегала туда практически на весь день. Несмотря на то, что была она, по словам ловчего, пустынной рысью, жары не выносила. Пряталась в тени, гоняла птиц и местных жителей, и только вечером возвращалась к нам.
— Думаю, ревновать она будет все равно.
— О чем ты? — Себастьян нахмурился, принимая у меня из рук продолговатый кристалл с тоненькой деревянной ручкой.
Этот артефакт на свадьбу мне подарила Хейла. И… не прогадала.
— Серьезно? — он поднял на меня светящийся янтарный взгляд. — Иви, это правда?
— Он исправен, — я выдохнула и зажмурилась. — Да. У нас будет ребенок.
В следующее мгновение земля исчезла из-под ног, мир закрутился. Это ловчий подхватил меня на руки.
— Пусти! — пискнула я, обхватывая его руками за шею.
— За этот подарок я готов тебя хоть сотню фениксов купить, — признался он, опуская меня на землю и мягко целуя в губы.
— Ого! Да знала бы, торговаться начала!
Себастьян усмехнулся:
— Как думаешь, кто родится от ведьмы и ведьмака?
— Конечно же, ведьма, — улыбнулась я. — Самая настоящая сильная и упрямая ведьма с янтарными глазками.
Мой муж на мгновение замер, словно представил себе эту картину. А я… Я поняла одну вещь.
Я ни за что, ни при каких обстоятельствах не посмею отнять у своего ребенка силу, не привяжу ему силком фамильяра.
Пусть я и неправильная ведьма, зато я буду правильной матерью.