— 28-

Головная боль прострелила затылок, веки налились тяжестью, и я с трудом открыла глаза. Просторное каменное помещение, я сижу в неудобной позе на каком-то жёстком деревянном стуле, руки связаны сзади, ноги привязаны за лодыжки к ножкам. У металлического стола стоят двое, простенькая девушка с татуировкой белого кролика и высокий плечистый парень. Они о чём-то перешёптываются. В противоположном от них углу лежал кто-то связанный, по одежде сразу было понятно, что это мужчина, но лица не было видно. Кажется, он был без сознания.

Я перевела взгляд на стены и чуть не задохнулась от увиденного. Всё пространство от потолка до пола было исписано древними рунами, ключи входа для Подпространства, которые используют ходящие. Это именно то место. Боже, как?

Девушка подняла голову и увидела меня. Кивнула мужчине, указывая на меня, и он наконец развернулся ко мне лицом. Он был именно таким, как его описывал Данисов, высокий, кареглазый блондин с простым, мало чем выдающимся лицом, сейчас он был гладко выбрит, и на вид ему было не больше двадцати, одетый в простую серую футболку и линялые джинсы, с виду обычный простой парень, каких миллионы на улицах города. С последних фотографий Николы Солдатов, которые мы нашли, он мало изменился, разве что возмужал, да и глаза стали злее.

Парень нахмурился, изучил меня пытливым взглядом, кивнул самому себе и что-то нашёптывая себе под нос, развернулся к столу, начав складывать какие-то смеси и порошки в медную миску. Специальные выжимки из трав, необходимые для ритуала, открывающие разум, как те что использовал Никита во время моего похода в Подреальность.

— Кто ты и что тебе от меня надо? — я решила не медлить и попытаться разговорить парня, потянуть время, пока ребята меня ищут, она же должны меня искать, ведь так?

Никола ничего не ответил, продолжая бубнить какую-то ахинею и смешивать порошки и травы.

— Никола, Никола Солдатов, послушай, давай поговорим, то что ты задумал, это всё неправда, у тебя ничего не получится.

Парень вздрогнул при упоминании своего имени, но продолжил толочь свои травки. Ведьма озабоченно поглядывала на меня, но боялась проронить хоть слово, изредка кидая взгляды на Николу.

— Знаешь, вот я до сих пор не могу понять, зачем я тебе? Мы изучили весь ритуал, полученный от Марфы, но так и не смогли понять ответ. Ведьма у тебя есть, жертва, как я вижу тоже, кстати кто это? Тело какое-то знакомое, но не могу вспомнить? Эх, ладно, некромантией ты и сам владеешь, так зачем тебе я?

Никола продолжал молчать, а неизвестная мне ведьма ёжиться от страха.

— Да ладно тебе, мы же вычислили ритуал, команда быстрого реагирования сейчас прочёсывает точку и скоро накроют тебя. К чему трепыхаться?

По крайне мере, я очень сильно надеялась на это. Я пошевелила руками, но путы были так сильно стянуты, что причиняли боль, ноги затекли, а сквозняк холодил кожу. И тут я лишь сейчас почувствовала, что тяжести на бедре больше нет, пистолет пропал. Скорее всего они его сняли с меня. Мерзость! Но отчаяние нахлынуло, когда я осознала, что так и не включила микрофон обратно, когда вырубила его, не желая слушать литературный спор Радомира и Лёши, так и не включила.

Я глубоко вздохнула, собираясь с силами, это магам и некромантам необходимы руки для того, чтобы направлять силу в заклинания, мы, ведьмы, можем использовать силу и так. Сфокусировавшись на всех телесных ощущениях, пытаясь почувствовать каждую клеточку своего тела, я чуть не запищала от радости. GPS передатчик, как и наушник с микрофоном были всё ещё на мне, скорее всего они провели лишь поверхностный осмотр. Но невообразимую радость я испытала, когда ощутила холодную гладь Звёздчатого кристалла у себя под грудью. Ха, Никита ещё смеялся, из-за того, что я выбрала это стратегическое место для него, вот говорят же, слушай свою интуицию.

Нагнув голову к плечу, пришлось извернуться чтобы коснуться камушком серёжки, который включал передатчик, до кожи. Я чуть голову не вывернула, но в ухе раздался электрический треск. А буквально через несколько секунд я услышала невнятный голос Леши, раздающийся сквозь помехи.

— Вася, Вас…са…. Шшшш… жива?… те…ля тебя… gps си…ал не доступ… ты можешь …орить? …. Шшшш…

Так, gps сигнал пропал, они не знают, где я, и жива ли вообще. Я их слышу сквозь какие-то помехи, интересно, а они меня или слышат или нет.

— Слушай, я тут подумала, а как вы меня затащили сюда? Вокруг же должно быть оцепление. И где мы вообще?

— Заткнись! — прорычал он старческим утробным голосом, от которого по коже прокатились мурашки страха.

— Ва… жив…! … ШШШШ… сил… ехи, узнай …. Шшшш

— Опа… — издала я наигранное изумление — сам господин Григорий Гришаев своей персоной? Неужто мне выпала честь познакомиться со знаменитым Гришенькой. — наигранно весёлым голосом тараторила я, специально строя из себя дуру, чтобы выведать у него местоположение этой каменной комнаты.

— Ррррр — ведьмак повернулся ко мне, буравя полностью красными глазами, полными гнева.

Я сглотнула, смотря в эти внушающие ужас красные провалы в бездну боли. А именно о боли и муках страданиях я подумала, смотря на перекошенное злобой лицо. Под футболкой на правом боку что-то выпуклое зашевелилось, и это смотрелось омерзительно.

— Если ты сейчас же не заткнёшься, то Никола получит для себя новую игрушку. Ясно тебе?

— Яяяясно — запинаясь, выговорила я — но всего один вопрос, где мы?

— Я сказал тебе…

— В бункере — раздался новый голос из-за открывающейся металлической двери за моей спиной. — Этими бункерами испещрена вся Москва, конкретно этот где-то на юге соединяется с Кремлём, кажется.

Я узнала этот голос, узнала даже несмотря на то, что слышала его всего два раза в жизни, но всё равно узнала, и не хотела верить в то, что это могла быть она.

Высокая стройная девушка, в неизменном аккуратном деловом костюме, на этот раз иссиня-чёрном, с длинными волосами, собранными в высокий хвост, идеальным макияжем и красными ногтями, обогнула стул, на котором я сидела и встала передо мной, скрестив руки на груди.

— Твою ж…. Амалия? — не сдержалась я, буквально выплюнув её имя с омерзением.

— Именно я, а ты думала, кто заварил всю эту кашу?

— Входы закрыла? — отвлёк её Гришаев-Никола.

— Всё замуровано, эти придурки рыскают по округе, прочёсывают здания, они никогда не догадаются, что вход под старым памятником в заброшенном сквере.

— Шшшшш….ка… скв….

— Это тот, что за домом Периславы? С покорёженными деревьями? — переспросила я, пытаясь выведать как можно больше информации.

Она высокомерно улыбнулась, показывая мою правоту.

— Но это же за несколько километров от тринадцатой точки — изумилась я.

— А ты думала, мы полезем прямо в лапы врагу? Даже не надейся. Кстати, твой телефон остался в саду у нашего высоко любимого члена конклава, так что тебя не отследят по нему. Никто тебя не найдёт, даже не надейся.

— Прин…Шшшшш….ем… — доложил голос Радомира.

— Что… ас… — в ухе послышался новый голос, такой родной голос.

— О… ва…. — доложил Радомир.

— Ва… ты… слы… Любимая, дер… мы…те… ашим… толь…держи…

Боже, как же мне хотелось ему ответить, крикнуть, чтобы торопился, крикнуть, что я жива и невредима, но пришлось закусить губу, чтобы не проронить лишних слов. Если они узнают, что на мне работающий, пусть и с помехами, но работающий микрофон, то я не знаю, что они со мной сделают.

Я выдохнула, беря себя в руки, нужно просто дождаться подмоги, просто дождаться их.

Амалия стояла напротив меня, ухмыляясь и пристально следя за моими реакциями, а я не стала скрывать своего шока и омерзения от происходящего. Нам даже в голову не приходило искать кого-то ещё, а уж подумать на Амалию… даже в самом страшном сне это не могло привидеться.

— Какого… Зачем тебе это? Нет, теперь я поняла почему я тут, всё из-за Никиты. Но зачем тебе всё это? Ты же вроде добилась своего и получила место при конклаве. Я просто не понимаю… — я была растеряна, шокирована и реально уже ничего не понимала.

Да я мало что знала об этой мадам, но… нет, в голове не укладывалось, даже видя её перед собой, я всё ещё не могла поверить, что это не глюк.

— Место при конклаве? Из-за Никиты? — зашипела эта кукольная мразь, резко развернувшись ко мне. — Да что ты вообще понимаешь?

— Так объясни.

Амалия сузила глаза, смотря на меня с нескрываемой ненавистью, от маски идеальной леди не осталось и следа, сейчас она была похожа на фурию. Очень разъярённую фурию.

— Ну же, по мотивам жанра, раз уж всё движется к развязке, и мы все умрём, расскажи, облегчи душу — подтолкнула я её.

Мне на самом деле было любопытно, с какого бока она связана со всей этой историей, да и время стоило потянуть.

— Ну, во-первых, умрёшь ты, может быть, всё зависит от твоих умений и выдержки. Вот он, умрёт точно — она ткнула наманикюренным пальчиком в мужчину в углу, который до сих пор валялся без сознания. — А мы… мы станем богами нового мира.

— Богами?! Ты чокнутая? Хотя исходя из того, что ты тут и веришь во всю эту чушь с Подреальностью, то точно чокнутая.

— Чушь? Ха-ха-ха-ха… это тебе твой любимый папочка наплёл? О да, я знаю мнение конклава на этот счёт, мнение которому посодействовала я. Они ведь давно поняли, что Гришаев, точнее Никола, повторяет ритуал, изобретённый Аглаей. Ещё двести лет назад, она откопала древние манускрипты ходящих, которые изучили подреальность от и до, и в них наткнулась на то, как совместить наши два мира. Но конклав настолько туп и самоуверен в своём всезнании, что не придал значения этому ритуалу, посчитав его очередной блажью спятившей некромантки. А я сделала всё, чтобы они так и остались в своём заблуждении. Лишь избранные из её рода знали правду, лишь те, кому передалось её наследство, знали, что наступит день и кто-то из нас исполнит начатое ею.

— Ты хочешь сказать, что ты…

— Да, Аглая Гришаева, в девичестве Абужина, моя пра, пра, пра, пра тётка. Во мне течёт её кровь и её сила.

— Но я думала, это Гришаев пытался провести ритуал.

Ведьмак за металлическим столом дёрнулся при звуке своей фамилии, но не отвлёкся от своих занятий. Амалия стояла так, что загораживала мне обзор и я не видела, что он делает и на какой стадии все приготовления сейчас.

— Пытался, давно. И у него всё бы получилось, если бы не эта сука Марфа. Она заточила его дух в подреальность, закрыв ему проход в наш мир. Ты хоть можешь себе представить, каково это, семьдесят лет скитаться по подреальности? Выживать, быть жертвой или охотником? Целая вечность в настоящем Аду.

Как по мне, так он получил по заслугам, раз уж так сильно хотел притянуть подреальность в наш мир, то быть закованным в любимом мире закономерное наказание. Но я ничего не сказала, дав Амалии возможность излить душу. А она тем временем продолжала.

— Когда я узнала тайну рода, то задалась целью исполнить своё предназначение и продолжить работу прародительницы. Всё, что я делала, было лишь ради этой цели, ради величия. Конклав? Это Никита тебе рассказал, что я была одержима конклавом? Он, кто же ещё? Все так думали, все думали, что девочка из бедной семьи из захудалой деревушки в самой глуши нашей родины мечтает о конклаве, о политике и хочет быть вровень с сильными мира сего. Но мне нужны были лишь их деньги, их архивы и записи. Мне нужно было возродить наш род и найти того, кто поможет осуществить начатое. Ты хоть представляешь, через что мне пришло пройти, чтобы добраться до Москвы и попасть в высшее общество? Нет, ты даже себе представить не можешь. Ты Василиса Ларина, из рода сильных ведьмаков, отец владелец мульти миллионной корпорации, у вас денег куры не клюют. Золотой ребёнок из золотых пелёнок, не знающая лишений, тогда как мне пришлось зубами выгрызать себе путь наверх. С самого детства я знала, что попаду сюда, в это место и открою портал меж нашими мирами. Я целеустремлённо шла к своей цели, и вот она почти уже достигнута. — Амалия развела руки, обводя ими пространство с ритуальными рунными ключами на стенах и начерченном изломанном круге на полу.

— С…ка — раздался в наушнике треск напоминающий голос Никиты.

О как же сильно я сейчас была с ним согласна. Но мне не нравилось, что Никита услышал всю правду. Конечно, Амалия чокнутая, съехавшая со всех катушек стерва, но я бы не хотела, чтобы Никита слышал всю эту грязь. Все-таки, что бы он не говорил, но он по-настоящему любил эту женщину, да всё уже прошло, и за последние недели он сто раз доказал мне истинность своих чувств, но и она когда-то занимала место в его сердце. Как по-моему, осознание, что ты любил монстра, не самое приятное знание в жизни.

— Как я понимаю, ты сейчас мне расскажешь слезливую историю о том, как плохо тебе жилось, бедненькая девочка, мечтала о роскоши, а пришлось довольствоваться тем, что есть. — я скептически хмыкнула. — Бедненькая Амалия, все её не любили и обижали. Тебя пожалеть? К чёрту… то, что ты собираешься сделать, это безумие, ты уничтожишь наш мир, уничтожишь жизнь! Одумайся!

— Мир? Жизнь? Я только и слышу об этом с самого детства. Великая цель, защита мира. Нам дана сила и мы воины света. Некроманты стоят на страже и воюют против адских тварей подреальности, защищая жизнь. Великие слова, не так ли? Но ради чего бороться, ради кого? Ради людей, которое даже не знают о нашем существовании? Ради этих слабых, грязных людишек, которые давным-давно клали на этот мир и эту планету, и уничтожают её день за днём? Или может, ради жизни? А… ведь так вы, ведьмы, называете это существование — жизнью. Может, для вас это и жизнь, вы давно захватили власть, выдвинув себя на первое место. Даже в тёмные времена истории, сжигали и уничтожали нас, некромантов, сколько наших полегло в кострах инквизиции? Инквизиции, созданной и начатой вами, ведьмаками. Вы полностью подчинили себе конклав, у некромантов всего два места из двадцати одного, пять вы отдали магам и мистикам, а остальное захапали себе, контролируя всё. Нас же призирают, относятся с пренебрежением, называют Привратниками смерти, кащеями. Тогда как вы, ведьмы — это жизнь нашего мира. НЕТ! Вы ничто, и этот мир до сих пор жив лишь благодаря нам, благодаря некромантам.

— У тебя точно не все дома и сбиты все векторы восприятия реальности. Какая к дьяволу власть и разделение? У каждого своя роль, ты что, хочешь поменять саму суть силы? Нет, ну то что ты чокнутая, это мы уже поняли, но ты ещё и тупая, вообще ничего не понимаешь в устройстве мироздания. — её гневная тирада лишь разозлила меня.

О да, в прошлом у нас были ошибки, случались и войны между кланами, которые впоследствии выросли в такую каку, как Инквизиция. Но то, что пыталась мне сейчас внушить эта обезумевшая чикса, полный бред.

— Устройство мироздания? — вдруг заговорила ведьмочка с белым кроликом на плече, выйдя из своего угла. — Мне было десять, когда мой отец некромант сразился с Марой, чтобы защитить нашу деревню от гибели. Он исполнил свой долг, но был тяжело ранен. А ведьма, та что помогала всем и каждому, и была такой доброй, отказала ему в помощи, лишь потому что он некромант и осквернён проклятием подреальности. Она выгнала его, даже не пустив на порог, а через четыре дня он умер в ужасных мучениях. Я видела всё это, но ничем не могла помочь, потому что не знала, как, она и меня учить не захотела, из-за того, что мой отец некромант. Я ненавижу всех ведьм, и ненавижу себя за эту силу внутри меня, но, если эта сила может послужить великой цели, поможет излечить мир от скверны, в который вы его превратили, я отдам всё, что только могу.

— Ох, моя милая Розали — Амалия подошла к девушке, приобняв её за спину и поцеловала в щёку, от чего девчонка зарделась.

Однако. Красавица Амалия смогла охмурить и девчонку.

— А знаешь ли ты, что это Перислава нашла её. Но так и не дала возможности развиться, постоянно контролируя и ограничивая её потенциал. Конечно, заполучить себе лунную ведьму хотят все, а вот позволить потенциалу развиваться — это опасно. Опасно для них, для их власти, не дай бог, кто-то станет могущественнее, чем она. А правда в том, что Перислава уже давным-давно не так сильна, как пытается казаться. Вся её власть держится на коллекции вот таких юных дарований, которых она контролирует. Но я нашла Розу, смогла вырвать из цепких лап этой старухи и дать ей свободу. Дать возможность потенциалу возрасти в сотни раз.

Я ошарашено молчала, не в силах поверить в услышанное. Ведьма, отвергающая свою суть, чокнутая, помешанная на власти некромантка с посредственными умениями, возомнившая себя пупом земли, свихнувшийся дух и садист пацан. Dream-team,14 мать его.

— Шшшш — снова затрещало в наушнике, послышались помехи, какие-то стуки и наконец обрывки слов — вошли, по… емя.

— Как вы нашли Николу и Гришаева? — последовала я приказу от Лёши.

— Оооо, это подарок судьбы. Знаешь, говорят, когда идёшь своим путём, пространство отзывается и предоставляет тебе возможности. Он сам нашёл меня, не ведаю как, само провидение было на моей стороне, а когда я разузнала его историю, то поняла, что это судьба. Никита как-то рассказал мне слезливую историю, о том как его когда-то спас Егор Кротов. И узнав, что именно этот мужик причастен к смерти сестры Николы, мы сразу поняли, что он и его дружки будут первыми жертвами. А остальное дело техники. Получив доступ к архивам конклава, я узнала где захоронение Гришаева, и вскрыла проход, не без помощи Розы, но мы выпустили его на свободу, а Никола добровольно принял его в своё тело. У меня были связи и деньги, чтобы организовать всё и дать возможность Гришаеву и Николе делать свою работу, пока я прикрывала их спины, ведя следствие по ложному следу. Мы убрали всех, кого хотели, мы играли и контролировали их, подчинили своей воле и мразей, которые изнасиловали сестру Николы, девчонку Алису. Учительница, а сама жила под псевдонимом Лилит и обманула мою Рози, подложив под своего похотливого брата, дочь Ипатова, которая посмела угрожать мне и выложить в сеть видео где её похотливый извращенец отец имеет меня. Сука, как же она меня бесила, отец урезал ей бюджет, и она нашла себе новый тип заработка. Мы избавились от всех, кто нам мешал. Это даже романтично, принести в жертву своих врагов, отомстить им.

— Венго — проговорила я, поняв, что они все на этом деле оторвались по полной.

— Шшшш….скр…шшш… — наушник снова ожил, послышался треск, шипение, совсем уж обрывочные слова, которые на этот раз я не смогла разобрать, какой-то треск, скрип, звук удара о металл, и снова тишина.

— Хватит болтать — наконец заговорил Гришаев — у меня всё готово, пора. Разбудите жертву. — приказал он, расставив по кругу семь чаш с разными порошками и травами, и одну за другой поджигая их.

— Хранитель? — по-деловому спросила Амалия, от прошлой ненормальной гримасы не осталось и следа, передо мной снова предстала идеальная восковая кукла.

Гришаев ничего не ответил, лишь зло посмотрел на некромантку. Она примирительно подняла руки, решив больше не вмешиваться в ход его работы.

— Господин Григорий Гришаев, а вы не хотите рассказать Вашу историю? Раз уж у нас тут сегодня посиделки у костра и изливание душ. — предложила я ему, мне нужно было во что бы то ни стало потянуть время.

— Мою историю ты увидишь воочию, когда Подреальность войдёт в наш мир, тогда ты сможешь на своей шкуре прочувствовать все прикрасы мёртвого мира.

— Ладно, эта чокнутая всегда хотела власти и стать богиней, а Вам то что нужно? Вы же дух.

— Это тело не вечно, а там, там я мог быть самим собой, но моя сила, она лишь в этом мире. Соединив миры, я стану непобедимым охотником, я стану править обоими мирами — он улыбнулся зловещей улыбкой и на миг мне показалось, что на юном лице Николы проступила маска злобного старика.

И этот тоже захотел стать богом. Что им всем не неймется? Вот чем им обычная человеческая жизнь не угодила? У нас и так есть сила, мы и так стоим на ступень выше обычных людей, мы ведаем тайнами вселенной, понимаем этот мир как никто другой, наши везде и в какой-то степени правят миром, существуют кланы, семья и целые профсоюзы, которые поддерживают тех, у кого нет денег, их обучают, принимают в семью, и дают шанс обрести свой путь в жизни. Но такой как Амалии, и многим до неё, всегда мало того, что дают безвозмездно, им подавай самые вершины власти и силы, а эта девчуля так вообще в богини записалась. Может, мне никогда и не понять тех, кому приходиться бороться за кусок хлеба, но я всё равно не понимаю это стремление к власти.

Амалия взяла шприц со стола и что-то вколола связанному мужчине. Тот что-то простонал, приходя в себя, заёрзал, начал выбиваться из пут, но даже с моего места было видно, что руки и ноги его плохо слушались, движения были вялыми, а стоны невнятными.

— А теперь дорогая, познакомься с нашей последней жертвой, хотя я думаю, вы уже знакомы — Амалия за шкирку подняла мужчину, заставив его встать на колени.

— О боже, нет — прошептала я, увидев наконец лицо.

— О да, Вадим Краснов своей собственной персоной. Я подумала, что вам обоим будет приятно встретиться перед смертью. — Амалия снова расхохоталась, и на этот раз её хохот ледяными иглами впился мне в сердце.

Они собираются убить Вадима, а я ничего не могу с этим поделать!