Глава 31
Роберт
Я безостановочно матерился.
Анна кое-как набрала номер отца, который оказался мне не родным. Она едва смогла проблеять имя Мартина и начала икать от страха. Ее лицо приняло плаксивое выражение и стало ужасно некрасивым.
Я вырвал телефон из ее пальцев и в несколько слов обрисовал ситуацию. Отец не растерялся и отрывисто пообещал, что поднимет на уши всех. Попросил точнее назвать координаты, чтобы работники полиции окружили это место.
Машину кидало из стороны в сторону. Мотор ревел, стрелка спидометра давно перестала показывать реальную скорость внедорожника. Он просто несся, летел над поверхностью дороги.
Я ни разу не бывал в этой местности и мог надеяться только на то, что Анна верно указала мне дорогу. Уже был вечер. Сумерки спускались на землю.
– Впереди поворот! Роб! А-а-а-а!
Анна заверещала, изо всех сил вцепившись в подлокотник. Я резво вывернул руль. Внедорожник занесло задом. На мгновение мне показалось, что машина перевернется. Но крепкий джип кадиллак выстоял и рванул вперед. Анна была бледная как смерть. Мне было плевать на ее состояние.
– Сбавь скорость. Скоро обрыв!
– Страшно?
– Я не хочу умирать!
– Не хочешь умирать? Тогда почему обрекла невиновную девчонку на смерть?
– Я не виновата! Майкл заигрался! – оправдывалась Анна. – Я просто хотела, чтобы он проконтролировал. Чтобы никто не сболтнул ничего лишнего. Мало ли… Я не хотела, чтобы он убивал. Я не…
– Заткнись!
Я снизил скорость. Проехал немного вперед и остановил автомобиль. Я вылез из машины, встав у края обрыва. Поверхность воды немного рябило от ветра, но в одном месте вода бурлила сильнее всего.
Кэс! Мое сердце чувствовало, что она там!
– Сыночек! Роб… Куда ты? Там глубоко! Там воронка! – беспомощно крикнула Анна, заметив, как я отошел от обрыва, чтобы разбежаться и спрыгнуть вниз.
«Я не твой сын, дрянь!» – успел подумать я.
Тело оттолкнулось и полетело вниз. На мгновение я испытал чувство полета, а потом тело рассекло воду и ушло вниз. Я вынырнул и начал грести, рассекая воду быстрыми, мощными гребками, но боялся не успеть. Набрал полные легкие воздуха и нырнул.
Автомобиль медленно шел ко дну. Вода была мутной и было тяжело разглядеть хоть что-то. Я подплыл, чувствуя, что и меня утягивает вниз.
Кэс была в машине, но не двигалась.
Твою мать!
С водительской стороны дверь была закрыта. Я просунул руку, раскрывая ее. Волосы Кассандры колыхались в воде, как водоросли. Я проверил пальцами ремень безопасности.
Мой ангелочек смогла расстегнуть его, но выбраться у нее уже не хватило сил. Я подхватил ее безвольное тело, прижав к себе одной рукой.
Теперь осталось самое сложное. Нужно было выгрести наверх. За нас двоих. Воронка все еще тянула меня вниз. Воздух в легких быстро заканчивался.
Я никогда не был отличным пловцом и ныряльщиком, но сейчас я просто обязан был им стать. Пока я пытался вытащить нас двоих, в моей голове промелькнуло тысячи мыслей о том, кем я должен стать для Кэс.
И непременно – самым лучшим, чтобы не ударить перед малышкой в грязь лицом.
Но прежде всего я должен ее спасти. Я уже раскрывал рот, чтобы хлебнуть воды, как почувствовал, что мне все-таки удалось вынырнуть. Теперь нужно было понять, в какую сторону плыть, чтобы выбраться.
Я повертел головой: до плоского берега нужно было отплыть дальше. Уложив Кэс на плечо так, чтобы ее голова была над поверхностью воды, я поплыл к берегу. Я поискал глазами силуэт Анны. Она застыла без движения.
– Сядь за руль! Подгони машину! Туда! – заорал я в полный голос.
У меня не было времени ждать, поймет Анна или нет, сделает что-нибудь или останется без движения. Я поплыл к берегу. На мелководье я умудрился поскользнуться на камне и едва не выронил свою хрупкую ношу, покачнувшись, но удержался чудом и шагнул вперед.
Кэс не двигалась! Волосы облепили мертвенно-бледное лицо моего ангелочка.
– Пожалуйста, Кэс! Не смей умирать! Слышишь меня? Не смей! – выкрикнул я от отчаяния.
Я судорожно вспоминал, как нужно оказывать первую помощь утопающим.
Уложил Кассандру животом на свое колено. Ее голова безвольно свесилась вниз. Я резко и быстро нажал на спину.
– Выплесни из себя все это дерьмо! Кэс! Давай же! Милая, помоги мне! Давай!
Изо рта Кассандра полилась вода. Я нажал еще раз. Потом переложил ее на спину и наклонился. Билось ее сердце или нет? Билось? Или это в моей голове так громко стучал оглушающий пульс?
– Ангел мой, не умирай! Не умирай!
Кэс не дышала. Ее сердечко замерло без движения. Я рванул мокрую ткань кофточки, обнажая грудь. Сложил ладони обеих рук на нижнюю часть грудины и начал надавливать.
Позади послышался шорох шин. Анна все-таки подогнала автомобиль. Но она не вылезла из салона, чтобы помочь мне.
Анна вцепилась за руль пальцами рук и сидела без движения, глядя, как я делаю непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Я повторял несложные движения без конца.
Пять-шесть надавливаний, глубокий выдох в рот Кэс.
– Дыши! Дыши, ангел мой! Дыши, твою мать! Не смей умирать и оставлять меня!
Пять-шесть надавливаний, глубокий выдох…
– Ну же! Ты сможешь, малышка! Сможешь! Просто сделай хотя бы один вдох!
Пять-шесть надавливаний, глубокий выдох…
– Кэс! Не надо, пожалуйста! Не уходи от меня! Пошли на хрен всех ангелов с их пением и обещанием рая. Дыши! Тебе еще рано уходить. Дыши же! Я тебя люблю!
Я уже ничего не понимал. Бледное лицо Кэс расплывалось перед глазами.
Я стоял на коленях над бесчувственным телом своей любимой девушки и медленно сходил с ума от отчаяния. Я поцеловал ее губы.
– Я не сдамся! Ни за что! Я заставлю тебя жить! Ты должна услышать, как сильно я тебя люблю! Должна! – кричал я, срывая голос.
Надежда таяла с каждой секундой. Но я не позволял этой коварной сучке оставить меня.
Я рьяно продолжал попытки вернуть Кэс к жизни.
И…
Легкий ответный толчок. Едва слышное трепыхание в ее груди. А потом еще и еще. Слабо, едва слышно, но ее сердце бьется! Кэс вдохнула, закалявшись. Легкие избавлялись от остатков воды.
Тонкие веки с синеватыми капиллярами дрогнули. Кэс открыла глаза, но взгляд у нее был мутный и рассредоточенный.
– Я тебя люблю! Больше всего на свете! Я знаю правду о нас, Кэс!
Я подхватил Кэс на руки и уложил на заднее сиденье внедорожника. Потеснил Анну. По ее безразличному лицу нельзя было понять, о чем она думает. Мне было плевать на нее. Было необходимо доставить Кассандру в больницу, хотя бы в местную, чтобы ей оказали первую помощь.
– Роб? – прошептала Анна одними губами.
Мой телефон разразился громкой трелью. Звонил Мартин.
– Для тебя все кончено, Анна. Тебя не простит ни один из нас. Ни я, ни отец.
– Он тебе не родной отец, – глухо ответила Анна.
– Ошибаешься. Он – отец, потому что вел себя достойно. А ты – никто!
– Я любила тебя, как родного сына! Я была готова на все ради семьи! Ради тебя, Бобби, ради Мартина!
– Ты просто жадная сука, вцепившаяся за состоятельного мужчину! Сколько жизней ты уже сломала и была готова сломать?
Анна сжалась от моих слов и начала причитать, раскачиваясь на месте:
– Это не я… Это Майкл. Майкл! Он заигрался! Это все он… Он виноват! Он шантажировал меня!
* * *
Мой ангелочек очнулся. Но Кэс была в шоке от случившегося и очень слаба. Мне казалось, будто эта мразь чем-то опоила ее или скормила каких-то таблеток!
В больнице Кэс сразу же увезли и велели ждать. У Кассандры взяли кровь на анализ. В крови обнаружили сильнодействующие психотропные вещества. Кэс сразу же промыли желудок, назначили курс лечения и перевели в палату под пристальное наблюдение.
Меня пока не пускали к ней.
Отец, Мартин Пирсман, прибыл в больницу спустя два часа.
Вместе с ним прибыл и кортеж из полицейских машин. Анну я закрыл в своем внедорожнике, заблокировав его. Руки жены Мартина сковали наручниками. Ее увели. Отец проводил Анну тяжелым взглядом, полным сожаления.
– Я не думал, что ее желание во что бы то ни стало удержать меня около себя может зайти так далеко! – покачал головой отец. – Как Кассандра?
– Меня к ней не пускают!
– Меня пустят! – заявил отец и двинулся в сторону доктора, призывая его к себе.
Командный тон Мартина и связи, которыми он щеголял перед врачом, подействовали. Мартину разрешили зайти к дочери. Я увязался вслед за ним.
– Не многовато ли потрясений? – спросил Мартин, глядя на меня.
– Нет. Я люблю ее! Но не как сестру. Я никогда не относился к ней, как к сестре, и рад, что сейчас можно не врать и не прятаться. Я хочу увидеть ее и убедить в том, что все осталось позади.
Мартин удивленно посмотрел на меня. Он не ожидал такого поворота событий.
– Мы с Кэс встретились намного раньше, чем сели за один стол в качестве брата и сестры по отцу, – пояснил я и прислонился к стене. – Это было тяжелое время для меня. Самое тяжелое время в моей жизни. Так погано я не чувствовал себя еще никогда.
Мартин сжал мое плечо.
– У меня в голове сумбур, Роберт! Мне нужно это обдумать и до конца выяснить все детали. Но знай, что ты всегда останешься моим сыном. Я не могу относиться к тебе по-другому.
Мартин обнял меня, хлопнув по плечу, и отстранился.
– Послушай совета отца хотя бы один раз? Переоденься, чтобы не подхватить воспаление легких!
Я посмотрел на мокрую одежду, облепившую тело.
– К Кэс в таком виде я тебя не пущу, – пригрозил отец и отправил кого-то из своих подчиненных, чтобы мне привезли сухую одежду.
Мартин первым зашел в палату своей дочери. Я чертыхнулся и стал ждать, пока мне привезут сухое чистое белье и одежду.
Я гипнотизировал взглядом дверь и ждал, пока мне разрешат увидеть Кассандру.