Глава 15

Меня накрывало. Раз за разом одна волна больше и мощнее другой. Все тело — как единая напряженная струна. Мы мокрые от пота, разгоряченные от неудержимого секса прямо на его рабочем столе.

Он поднимается, начинает одеваться. Его загорелая кожа так и манит мой взгляд. Думаю о том, каким будет наш ребенок. Какого цвета будут у него глаза и волосы. Кир говорил мне как-то, что очень хочет детей. По молодости, он был еще слишком глуп, чтобы осознать какое это счастье. А когда его сына не стало, тогда и пришло прозрение. Каким дураком был и не ценил что имел.

Он говорит, если я забеременею и подарю ему сына, он одарит меня всеми богатствами мира. Кир не предохраняется. Но это делаю я. Втихую от него. Несмотря на влюбленность, мои мозги работают исправно. Вот когда разведется с женой и жениться на мне, вот тогда и нарожаю ему детишек.

— Лесь, собирайся. У меня через час деловая встреча.

Его слова застают меня врасплох.

— Я думала, мы поужинаем вместе… Три дня не виделись, Кир… — я не могу скрыть своего расстройства.

Приблизившись, он берет мое лицо в ладони.

— Прости, я тоже не рад этому. Но встреча очень важная. Поужинаем в другой раз, — целует мои губы.

— Надеюсь, ты помнишь про завтра? — спрашиваю, пытаясь скрыть обиду. Но мне это плохо удается.

— А что завтра? — удивленно выгибает бровь.

— Ты серьезно?! — шлепаю его по груди, рассвирепев. Он начинает смеяться.

— Да не переживай ты, конечно, помню. Завтра день рождения у самой прекрасной девушки, — он снова целует меня, только на этот раз и я отвечаю на ласки.

— Я забронировал столик в Монреале. И еще у меня для тебя будет сюрприз…

— Я люблю сюрпризы, — улыбаюсь, понимая, что уже простила.

Кир застегивает последние пуговицы на рубашке и поднимает пиджак с пола. Я поправляю платье. Думаю о том, что сегодняшний вечер можно провести с пользой. Единственный минус — мой новый охранник может оказаться той еще проблемой.

— Кир, я хотела с друзьями встретиться, зависнуть в клубе. Так, ничего серьезного, пару стаканов пропустим, да потанцуем, — говорю это, а у самой сердце замирает в ожидании его ответа. Стрельцов вмиг меняется. Его взгляд становится злым.

— Под друзьями ты имеешь в виду бывшего сутенера Жору и шлюхастую подругу? — он изгибает бровь. — Нет, Леся. Ты с ними даже стакана не пропустишь, тебе ясно?

Я вспыхиваю.

— Какая разница кем они были и кем являются?! Они мои друзья. Я же не собираюсь идти с ними в «Бутерброд» и устраивать ночь воспоминаний, — подхожу к нему, заглядываю в глаза.

— Кир, у меня никого кроме них нет, и ради тебя я отдалилась от ребят. Но так тоже нельзя. Я в этом доме одна постоянно. А тебя вечно нет.

— Я работаю, чтобы иметь возможность обеспечить этот дом… Понимаешь? — посмотрел на меня зло, но заметив слезы в моих глаза, немного смягчился.

— У тебя есть брат. Сходи куда-нибудь с ним. Он хороший парень. Чтобы с Гео я тебя не видел. Я не собираюсь, чтобы моя будущая жена имела общение с подобными персонами.

Вот и все. Хорошего вечера не выйдет. Спорить с ним бесполезно. А ослушаться еще страшней. Уверенна, Адашев не станет замалчивать моего поступка и тут же донесет своему боссу.

Я спустилась вниз, толком не попрощавшись с Киром. Я была дико злой. Черт, меня накрывало. Почему он так поступает со мной? Почему постоянно держит на поводке и обращается как с собакой? То на постель меня пустит, как любимого питомца, то огреет плетью, да так больно, что еле собираешь себя.

Ладно, к черту эти мысли. Раз ужина не будет, сохраним фигуру. Чего плакать? Все равно ведь не изменится ничего. Только нервы свои потрачу.

Решаю отравиться в магазин, проверить как там дела.

Адашев на том же месте. Стоит у машины, ко мне спиной, разговаривает по мобильному. Его рука в кармане брюк, а спина кажется такой огромной. Давно его не видела, успела отвыкнуть от того насколько он широк.

Все это время я ничего о нем и не знала. А пару недель назад мы в тихую встретились с Катюхой. Посидели немного в ресторане, так ничего особого — кальян да вино. Ворошилова и рассказала мне, что Адашев у нас теперь семейный. Видела она его в ресторане на ужине. Дамочка у него странная. Серая мышь, с очками в минус пять — не меньше. Вот уж не подумала бы, что Адашев западет на такую. Но Ворошилова клянётся, что он с нее весь вечер глаз не сводил и кормил с рук.

Признаться честно, в глубине души это разозлило меня. Хотя, видимых причин на злость я не имею. Разве должно это беспокоить меня?

Пройдя мимо него, с высоко поднятой головой, окинула водителя высокомерным взглядом и устроилась на пассажирском. Заметив меня, Адашев тут же прервал разговор. Правильно, нечего заставлять госпожу ждать, — улыбнулась про себя.

Он сел на водительское и молча рванул с места.

— Я еще не сказала, куда меня везти…

Он даже не повернулся. Продолжил пялиться на дорогу.

— Ну, — бросил короткое через пару минут тишины.

— В магазин на Вересаева.

Откинула голову на сидение, прикрыла глаза. Стрельцов говорил о каком-то сюрпризе… может завтра он сделает мне предложение? Или обрадует новостью, что они с Холерой уже разведенки? Я была взбудоражена и возбуждена этими мыслями и предчувствием радости. Не заметила, как Адашев резко затормозил. Меня подкинуло вперед.

— Какого черта творишь? — завопила, ударившись лбом о подголовник впереди стоящего сидения.

Он молча вышел наружу. Ошалело смотрела на то, как он обходит машину как резко распахивает дверцу с моей стороны. Схватив меня за локоть Адашев вытягивает меня на улицу, а потом толкает прямо на машину.

— Послушай меня, тупая с*ка, — он стискивает мою шею, сжимает ее так крепко, что кислород не может проникать в мои легкие. Я испугана. Но сделать ничего не могу. Стою и пялюсь в его черные, полные злости глаза.

— Еще раз, хоть слово с твоего рта поганого услышу о Карине, вырву твой язык из глотки. Все поняла?

Секунда и он отпускает меня, а я сгибаюсь пополам, закашливаясь. А когда снова получается дышать, я захожусь в истерическом смехе. Подумать только, этот урод совсем ничего не боится. Бл*ть, какая же он тварь!

— Имя то какое… Ка-ри-на, — протягиваю, начиная смеяться еще больше.

Он пресекает расстояние между нами, я отскакиваю назад, пячусь.

— Ладно, остынь. Больше ни слова о твоей Ка-ри-не…

Адашев продолжает стоять неподвижно, сверля меня взглядом.

— Я тоже далеко не счастлив от того, что придется некоторое время таскаться с тобой. Но давай договоримся, чтобы у меня не возникал так часто желание придушить тебя, не трогай меня. Не разговаривай со мной. И не создавай мне проблем. Я не Артем. Сюсюкаться с тобой не буду. Или ты забыла наши школьные годы, так я напомню, Марь Иванна, — его губы искривила гадкая улыбка.

Подхожу к машине, открываю дверь.

— Не надо. Память у меня хорошая, Адашев. Только смотри как бы не пришлось жалеть о содеянном.