2

— Жаль расставаться Инна Сергеевна, искренне жаль, специалист вы — великолепный, — проникновенным тоном заверил исполнительный директор. Нервно дернул кончик галстука, и секунду подумав, добавил доверительно, — что поделать, жена нового владельца компании, не приемлет нахождение рядом с мужем красивых женщин. Какими бы высоко классными специалистами они не были. Вам то насколько я знаю, Анатолий Валериевич предлагал уладить это вопрос? Полюбовно. И пока, я уполномочен вам передать — вопрос остался открытым, можете, так сказать: запрыгнуть в последний вагон. Вы красивая, свободная женщина, глупо не воспользоваться предложением.

Инна улыбнулась.

— Не мои методы. Не строю карьеры через постель, так что предложение ваше, для меня неприемлемо. — ответила ровным тоном.

После чего перегнулась через бордовый сверкающий стол и добавила достаточно громко, так чтоб за стенами кабинета услышали.

— Жаль мне вас, не пристало в вашем возрасте заниматься сводничеством. А тем паче — на рабочем месте.

Масляные глаза исполнительного за стеклами очков в золотой оправе, стали растерянными. На мгновение.

— Всего доброго Инна Сергеевна. За рекомендациями обращаться не советую, расчет можете получить. В бухгалтерии. По белой зарплате. — справившись с растерянностью, сухо проговорил исполнительный.

— Всего доброго Игорь Олегович. — благосклонно кивнула Инна поднимаясь со стула. Не забыла на прощание одарить лысоватого ловеласа ослепительной улыбкой.

— Стерва.

Услышала прошипевшее в спину.

— И вам не хворать. — бросила не оборачиваясь, и вышла из кабинета.

На душе скребли кошки. Инна две недели штудировала свободные вакансии, пользуясь разъездным характером занимаемой должности, улучив моменты металась по собеседованиям, и все впустую. Специалист она может и не плохой, но с обременением. Месяца на три — четыре, сбережений хватит, а дальше? Швах без работы. Швах.

Эта горькая каша кипела внутри.

А снаружи… Внешне спокойная Инна Сергеевна, уверенно шла по коридору офиса, покидая теперь уже бывшее место работы.

— Кравцову всё-таки уволили.

Услышала подходя к комнате отдыха.

— Управляющие отелей ногой перекрестятся, говорят она — зараза и стерва первостатейная.

— Может себе позволить быть стервой, с такой-то внешностью.

— Я считаю, что уволили Инну зря, она за два года много для компании сделала.

— Инка прорвется, она девка хваткая. Только вот с работой сейчас не очень. Трудновато с работой.

— Удачи коллеги! Приятно было с вами сотрудничать! — крикнула Инна и шаг ускорила.

До машинки пришлось пробежаться, зонт в салоне остался, когда к бизнес центру подъехала, дождь слегка моросил, а теперь зарядил проливной. Такая нынче зима, уж к весне дело, а мороза и снега практически не было.

Запрыгнула на водительское сиденье, расстегнула успевшее промокнуть пальто, проверила время. Сорок минут до очередного собеседования. Ищут управляющего сити Банных комплексов, с этим сегментом я не знакома, но за время стажировки, стопроцентно бы освоила. Если б конечно взяли. Надежды мало, но вдруг повезет?

Бывают же чудеса в жизни?

Вставила ключ в замок зажигания, и в этот момент зазвонил телефон.

— Инна Сергеевна, это Альбина Николаевна, воспитательница Дани, он три раза подряд чихнул, я боюсь, что заболевает. Не могли бы вы его пораньше забрать? Некоторые родители скандалят, если кто- то из малышей в группе, с насморком или подкашливает. — виноватым тоном поведала воспитательница Инниного сына.

Вот тебе и съездила на собеседование. Не судьба управлять банями.

— Не волнуйтесь Альбина, заберу Даньку минут через двадцать.

Только вернула телефон в сумочку, как он зазвонил снова. На этот раз незнакомый номер на определителе.

Инна приняла вызов.

— Алло! Инна здравствуйте, вас беспокоит Александра Вершинина. Моя однокурсница Таня Рыжова, сказала, что вам очень нужна работа, рекомендовала вас, как опытного управленца. У нас есть для вас предложение — вакансия операционного директора, небольшой сети яхт клубов, и баз отдыха. Правда локации у объектов, в радиусе двухсот километров от Москвы, и там переодически появляться нужно, но у нас при каждом яхт клубе и базе, есть детские игровые комнаты и нянечки. Я знаю, что у вас маленький ребенок, вдруг возникнет необходимость его с собой взять, так там: будет кому за ним присмотреть. Инна, если расстояние не пугает, и предложение вам интересно, приезжайте к нам в центральный офис, обговорим условия и приступите с завтрашнего дня. — отчеканил бодрый голос….

Ни к кому из немногочисленных друзей и знакомых, Инна не обращалась за помощью в поиске работы. Не от того, что гордость не позволяла, какая в ее положении упаси Господи гордость, просто понимала, что соискатель она проблемный, и просить за нее, вряд ли кто решится.

С Татьяной Рыжовой, разговор завязался случайно, Инна гуляла во дворе с Данькой, Таня со своим псом, двор — терьером по кличке Адольф, возвращалась из парка, возле детской площадки пес уперся всеми четырьмя лапами, отказывался идти домой.

Даня конечно не упустил возможность рассмотреть собачку поближе, и завалить Татьяну кучей вопросов: как зовут песика, почему кличка, а не имя, зачем команда, а не просьба, что он любит есть, порода двор — терьер, это охотничья? Или какая? И так далее.

Таня терпеливо отвечала на вопросы любознательного малыша, пока на площадке не появилась Данькина подружка Оля, в сопровождении бабушки. Данила рванул к ним, Татьяна собралась двигаться дальше, и тут, на телефон Инны прилетело очередное сообщение с отклонением кандидатуры.

— Черт. И на этот раз отклоняется. — буркнула Инна, прочитав текст сообщения.

— Проблемы какие-то? — наматывая на руку длинный поводок, поинтересовалась Таня.

Не особо допускающей людей в личное пространство Инне, вдруг захотелось высказаться. Устала наверное, в себе держать.

— Должность территориального управляющего мной занимаемую — сократили, попросили написать заявление по собственному желанию: сама знаешь, мало кто готов по сокращению увольнять, это же, компенсацию за целых два месяца платить нужно. Да я, не об этом, бегаю две недели по собеседованиям и все мимо, как услышат — сына воспитываю одна, смотрят как на чумную и отказывают в вакансии.

— В какой сфере ты работала? — продолжает интересоваться Таня, подтягивая к себе пса, приготовившегося рвануть за вальяжно дефилирующим через площадку, пушистым серым котом.

— Отельный бизнес.

— Ясно. Понятно. Мне кажется, я знаю к кому можно обратиться. Диктуй свой номер.

Инна продиктовала. Почему не продиктовать, мало ли, вдруг повезет.

Это было буквально вчера. А сегодня, ей с такими замечательными новостями позвонили. И встречу назначили, и разрешили с ребенком подъехать, заверив, что присутствие ее сына, нисколько не помешает, а даже наоборот, будет кстати, потому как игрушки для игровых комнат закупили новые, и Даня игрушки эти протестирует.

Приободрил Инну телефонный разговор с Александрой Вершининой. Подарил надежду, отогнал спрятанное в уголке души уныние. Все получится. Как мантру повторяла Инна, плывя в плотном потоке машин, по вечно загруженным Московским улицам, на своей малолитражке. Дождь не прекращался, но уже не так угнетал. И тяжелое серое небо, вроде бы прекратило подавляюще действовать.

Настрой боевой, настроение — приподнятое.

Правда сбить настрой и испортить настроение, попыталась мама: начала настойчиво Инне названивать, а так как помимо претензий, или очередного требования солидной суммы на какую нибудь жизненно необходимую родительнице ерунду, ждать от беседы с ней не приходилось, Инна на звонки не отвечала, подъехав к детскому садику и вовсе поставила телефон на беззвучный режим. Потерпит родительница, позже претензии выскажет.

Инна успела достать из зеленого шкафчика комбинезон и ботинки сына, помощница воспитателя Светлана Васильевна, приятная женщина лет пятидесяти, вывела взъерошенного, но жутко довольного Даньку из группы.

— Мамочка! Столько много всех после обеда забрали! И Игоря, и Катю с Машей! Все чихали! И я чихал! Почихал и ты пришла! Видишь, — радостно сообщил рванувший к Инне сын.

На заболевающего ребенка даже отдаленно не похожий. К счастью.

— Пришла мой хороший, давай одеваться.

— Я сам. Большой уже. — авторитетно заявляет трехлетний Данила, тащит с полки шкафчика свитерок.

— Инна Сергеевна, заведующая уже уехала, она просила вам передать, чтобы вы, в понедельник утром к ней зашли. Разговор у нее к вам какой-то серьезный. — тихонько проговорила Светлана Васильевна, повернулась к натягивающему свитер Дане, — до свидания Данечка, хороших вам с мамой выходных.

— До свидания! Выходные всегда хорошие, буду строить большую крепость из конструктора! Еще в бассейн с мамой пойдем и наедимся мороженого. — попрощавшись, поделился планами Иннин сын.

До машины бежали прикрываясь одним зонтом на двоих. Инна запустила ребенка в салон, усадила в детское кресло, заняла место за рулем.

— Сынок, мы с тобой съездим в одно место, здесь недалеко, а после, если хочешь, я накормлю тебя пиццей.

— Ура! И мороженым, ладно? Мам, а где водятся земляные оси? Кто это вообще?

— Может быть осы? Это такие насекомые.

— Мам! Осы я знаю, они жужжат и кусаются! Нет, не они, как о них медведь потереться может? Я про осю спрашиваю. Васильевна в спальне пол протирала и пела про них, слышно было плохо, не очень расслышал. Но запомнил. Сейчас я тебе спою. Данька набрал в легкие воздуха и громко запел:

— Егор Николаевич, я завтра вам нужен?

Трофимов вздрогнул, будто очнувшись. Зарывшись в мыслях он и не заметил, как до комплекса добрались.

— Нет, не нужен, занимайся своими делами. В понедельник, как обычно. — пробурчал выбираясь из теплого салона автомобиля.

Ветер швырнул Егору в лицо холодные дождевые капли.

— Какого хрена на подземную парковку не заехали? — проворчал вслух Тофимов, и торопливо пошагал ко входу в дом.

— Егор Николаевич, у вас гостья!

Подобострастно улыбнувшись, доложил охранник выскочивший из-за стойки ресепшн.

— Что за гостья? Я никого не ждал. — удивленно спросил Егор, остановившись.

— Пичугина Вероника Викторовна. — отчеканил секьюрити.

Егор не дрогнув лицом, мысленно чертыхнулся и последовал к лифту. Известие о внезапном визите Вероники, его мягко говоря не порадовало, а грубо говоря — разозлило. Но не показывать же свое недовольство обслуживающему персоналу.

В зеркальной кабине взглянул на свое отражение.

Ну и видок. Будто воду на мне возили, подумал мрачно усмехнувшись.

Войдя в апартаменты, почувствовал ненавистный запах ароматических свечей. Резкий и приторный.

— Какого хера ты приперлась, да еще вонючки свои зажгла? — раздраженно рявкнул из холла. В ответ тишина.

Вероника обнаружилась в спальне. Потягивая из высокого бокала бордовое вино, она сидела на мягком белом кресле, изящно закинув ногу на ногу. Из одежды на Нике было только черное кружевное белье и тонкие чулки. Все как любил Егор. Раньше любил.

Постель и ковер усыпаны бордовыми лепестками роз, на столике, комоде и тумбочках, мерцали вонючие свечи. Спектакль. Одного актера.

— Я задавал вопрос, возможно ты не услышала: какого хрена ты приперлась Ника? Да еще без предупреждения!

Девушка поставила бокал на столик, поднялась с кресла, грациозно покачивая бедрами, неспешно подошла к нему.

— Трофимов, не будь букой, тебе не идет. — пропела облизнув чувственные губы.

Запах ее духов, показался приторнее запаха долбаных ароматических свечей.

Егор брезгливо поморщился.

— Нахера ты вводишь в заблуждение общих знакомых, рассказывая, что мы в августе поженимся? — спросил со злостью.

Ника лукаво улыбнулась, и расстегнув, принялась стаскивать с него джинсы, — я соскучилась, — шепнула опускаясь на колени.

— Я нет. Ты меня раздражаешь Ника. Но продолжай. — равнодушно ответил Егор.

Она продолжила. Он не получил никакого удовольствия.

Дальше, они занимались сексом на усыпанных лепестками шелковых простынях. Именно сексом, а не любовью. Нет больше никакой любви — перегорела. Он имел Веронику во всех мыслимых и немыслимых позах. Вероника старательно симулировала оргазм, Егор это чувствовал и ему было по фиг.

— Ты на машине, или вызвать такси? — спросил откатившись подальше, как только все наконец закончилось.

— Я останусь здесь на выходные, в моей квартире монтируют новую кухонную технику и в гардеробной мелкий ремонт. — потянувшись как кошка, заявила Ника.

— Что значит здесь? Заселись на время в отель. — рыкнул Егор, выбираясь из постели.

— И не подумаю. Не выпендривайся Трофимов, никуда ты от меня не денешься. А я, от тебя. Пробовали уже, не получилось. И свадьба у нас будет. Но не в августе, а где-то в конце апреля. Платье я уже заказала.

— Идиотка. Встала и пошла вон. Иначе силой за дверь выставлю. В неглиже. Надоела ты мне, понимаешь? Черт! И зачем ты тогда отменила свадьбу со своим таинственным высокопоставленным! Если он вообще существовал!

Вероника перевернулась на живот, приподнялась на локтях, задрав голову вонзилась в Егора взглядом.

— Идиот это ты. Он и сейчас существует, а ты думал, откуда тебе обломались госзаказы? Думаешь я для тебя старалась? Нет дорогой, для себя. Жениться он на мне не может, ибо глубоко женат. Так что с предстоящей свадьбой, и её отменой, я тебя тогда действительно разыграла.

Если бы ему всего месяц назад сказали, что у него появится желание ударить женщину, и это будет Вероника, он бы не поверил. А сейчас, с трудом удержался, чтобы не сделать этого. Развернулся и прихватив в тумбочки смартфон, ушел в ванную. Отдышался, включил воду, набрал номер Павла. Тот принял вызов после первого гудка.

— Паш, я подумал, поеду с тобой за город. Если предложение еще в силе.

Павел хохотнул в трубку.

— Я как чувствовал, позвонил брату, забронировал два номера. Мне по пути, я заеду за тобой в семь тридцать, на одной машине покатим, зачем две гонять. Колька будет рад нашему приезду, правда он предупредил, что не сможет уделить нам много времени, у него завтра серьезная проверка намечается, Вершинин буквально сегодня вечером, назначил операционного директора. Девушку. Колька пробил по своим каналам, знакомых каких-то нашел с её последнего места работы. Говорят — красивая, но мегера и стерва первостатейная, бизнес предыдущего работодателя, не просто вытащила из минуса, а неплохо нарастила обороты. Некая — Кравцова Инна Сергеевна. Да Бог с ней. Короче, Николай будет скакать перед красивой мегерой Инной, а мы с тобой отдохнем. Ближе к обеду к нам мой соучредитель присоединится, рыбу видите ли захотел половить. Ты не желаешь поучаствовать в рыбной ловле? Егор? Что молчишь?