ГЛАВА 34

Ранним утром молодой жеребец по кличке Ветер согласился принять меня как всадника, снисходительно позволив положить себе на спину седло. Его сердечная подруга, названная мною Звездочкой из-за маленького белого пятнышка на ее лбу, согласилась нести на своей спине барона Шангри. Наш путь лежал в портовый город под названием Влаил. Являясь одним из самых крупных торговых городов, имеющих свой порт, он подходил для наших целей больше всего. Порт и примыкающие к нему многочисленные склады наверняка смогут обеспечить нас всем необходимым, а магистратура и ее банковское отделение с удовольствием помогут с выплатой налогов и выяснением нашего финансового положения.

Стараясь попасть в город как можно быстрее, мы не стали присоединяться ни к одному из торговых караванов и просчитались. Нет, наши резвые скакуны летели вперед как птицы, но не всегда туда, куда хотели именно мы, и не всегда летели, иногда ползли, иногда лежали. Почему? Да нипочему! Они даже не вредничали, нет. Они играли. Теперь я понимаю, почему взрослые, умудренные опытом и убеленные сединами мужчины не могли справиться с этими бестиями. Все просто! Они были слишком молодыми. Не понимаю, какому придурку пришло в голову, что они готовы выполнять просьбы и приказы хозяина. Поиграть? Да! Работать? Да, но недолго. Вот мы и играли. Выбирали место попросторнее, подальше от тракта и посторонних людей, и играли. Больше всего Ветерку нравилось играть со мной. Он ловил, я убегала. Он становился на дыбы, я ускользала. И все-таки мой красавчик поначалу явно осторожничал, но уж когда понял, что не сможет причинить мне вреда, начал играть с полной самоотдачей.

Нари сначала жутко ругался, доказывая мне, что еще там, в поселке, чуть не поседел окончательно, но потом смирился и уже на второй день наших игр изменил их правила. Теперь мы учили нашего Ветерка не просто играть, а бить, и бить прицельно, защищая меня. Любопытная игривая Звездочка, конечно, присоединилась к нашему веселью. Не сразу, далеко не сразу у нас хоть что-то начало получаться, и все же, в конце концов, мой умник понял, что именно от него хотят, и дела пошли веселее. Наш путь, рассчитанный на три дня, растянулся на все десять, но у нас получилось. Теперь наши лошадки представляли собой настоящую убойную силу, которую мы совершенно случайно смогли испытать в деле, напав на караван.

О-о-о! Караван был просто замечательный, точнее, то, что от него осталось. Двадцать чуть потрепанных телег и тридцать хорошо одетых мужиков, вот правда одеты они были очень необычно. Нет, одежда и оружие выглядели просто прекрасно, но почти у всех нижняя половина костюма не совпадала с верхней. А еще телеги! Товар на них был не сложен, а навален горой, и бедные лошади прикладывали неимоверные усилия, чтобы сдвинуть их с места. А погонщики? Они были все как один излишне вооружены, и сопровождали их не просто воины, а лучники. И шел караван не по тракту, он поворачивал с него в лес на дорогу, которой вроде бы и нет. Да, среди них был маг-слабосилок. И занят он был очень нужным делом: скрывал следы уходящих. И как бы слаб он ни был, но умельцем был просто прекрасным.

Сделать так, чтобы лошади не только прошли по лесу, не встречая препятствий, но чтобы вздумавшие их искать не нашли их следов, дано не каждому, а если честно, то наверняка считаным единицам. Вот только не успели они. Ну или мы не успели. Убежать. Ах, если бы не лучники! Мы бы проскочили, а так пришлось покрутиться, благо в наших лошадок никто не стрелял. Итог столкновения порадовал. Двух одолел барон. Девятерых — наши четвероногие защитники, со спин которых мы соскользнули, поняв, что без боя нам не уйти. Десять пали смертью храбрых от усиленных по своему воздействию заклинаний, предназначенных для уборки пыли, их просто смело в лес и так об деревья приложило, что просто ух! На восьмерых я еще раз опробовала свое новое оружие. Пара «длинный, короткий» меня не подвела. Боя такими клинками здесь не знали и потому противопоставить ничего не могли. А вот мага пришлось убирать с дороги первым. Заклинание, предназначенное для чистки серебра, его впечатлило настолько, что умер он очень быстро.

Мы выстояли. Можно было бы порадоваться, а я злилась. Этот проклятый мир делал из меня циничного убийцу. Меня уже не воротило от пролитой крови, не рвало при виде срубленных голов, я не брезговала обыскивать трупы, пополняя свой кошелек найденными монетами, но вот от того, в кого я постепенно превращалась, меня знатно тошнило. Этот мир, эти короли и их стража… Ну почему на дорогах так много всякой швали шляется? Почему человек вынужден, защищаясь, убивать? Я приняла этот мир, а он, зараза такая, продолжает меня перекраивать по своему желанию и разумению, но как же это порой больно и неприятно.

И вот теперь, уже собираясь вскочить в седло Ветерка, я будто споткнулась о пришедшие мне в голову мысли. А почему, собственно, мы бросаем все это добро? Да, появиться перед городскими воротами с награбленным товаром, сваленным в телеги, верх безумства. Но лошади? Нам же все равно придется покупать или арендовать лошадей. Оружие опять же. Упокоенная нами шайка хорошо поживилась и прибрала к рукам качественное оружие. Против нас играет только время. В любой момент на тракте может показаться другой караван, но кто не рискует, тот не выигрывает.

Да, мы рисковали, но удача была сегодня на нашей стороне. Целых два часа мы выпрягали лошадей, собирали и паковали в тюки оружие, дорогие специи, ткани и кружева, обнаруженные нами в одной телеге. Успокоить лошадей, навьючить их стоило нам огромных трудов, и больше всего в этот момент нам пригодилась моя бытовая магия. При помощи нее я не только крепила грузы на спины лошадей, но внимательно и аккуратно уничтожала любые метки и приметы, по которым бывшие хозяева могли бы их опознать. Я была просто уверена в том, что любой следующий за нами караван приберет к рукам все, что мы оставили после себя, и доказать нашу причастность к ограблению будет уже очень сложно, а после моей чистки — почти невозможно. Вот только в городе наши дела придется проворачивать не просто быстро, а очень быстро, и уходить из него так же стремительно.

И вот цепочка из двадцати лошадей, связанных между собой, двинулась в путь. Присутствие Ветерка очень помогло нам в наведении порядка среди этих испуганных животных. К воротам города мы подошли уже в сумерках, а потому нам пришлось дополнительно заплатить страже за задержку в закрытии ворот. Чувствующий себя все более уверенным барон тут же, у ворот, заключил со стражниками, сменяющимися с поста, договор о краткосрочной охране и сопровождении нас по городу к складу, сдающемуся в аренду. Плата за услугу, взятая с нас благородными воинами, была, на мой взгляд, завышена раза так в три, но нас действительно проводили туда, куда мы хотели, помогли найти хозяина и устроили на постой в платной конюшне наших лошадей. Сами мы сняли комнату в ближайшем трактире и наконец-то смогли не только поужинать, но и отдохнуть. Но прежде обиходили Ветерка со Звездочкой, ибо наши вредины подпускать к себе, кроме нас, никого не собирались, да и обещания нужно было выполнять, даже если ты давал его жеребцу.

Утро наступило слишком быстро. Ведьминский эликсир помог снять боль в мышцах, прочистил от мути мозги, но спать мне хотелось все равно. Барон же вскочил с кровати, полный энтузиазма и надежд, коих я по понятным причинам не разделяла и, как оказалось, правильно делала.

Первое, что мы сделали после обильного, сытного и недурно приготовленного завтрака, это посетили магистрат, а точнее, его банковское отделение, где нас порадовали наличием действующих именных счетов Нари Шангри. А кроме того, предъявили к оплате счета за вовремя не оплаченные налоги и добавленные к ним в виде наказания проценты. При взаимном зачете средств наш долг составил тысячу золотых, а если точнее, то остаток нашего долга. Нам пришлось оставить в счет оплаты налогов все средства, что лежали на счетах барона, вместе с набежавшими процентами. И что самое поразительное, процентов за просрочку налогов за то же время накапало в десять раз больше. Поэтому вместо того, чтобы получить средства на развитие Долины цветов, нам пришлось еще и добавить к ним из тех денег, что мы привезли с собой.

Шангри был просто раздавлен этим визитом. На руках у нас, по сравнению с тем, что мы имели, остались сущие гроши. В свою комнату мы вернулись уже под вечер, но даже хороший ужин, оплаченный нами заранее, не улучшил наше настроение, но зато пара капель свежей настойки для крепкого сна в бокал приемного отца поспособствовала его крепкому сну и успокоению его расшатанных нервов. Самой же мне пришлось пить зелье совершенно противоположное по воздействию, потому что спать сегодня я не собиралась. Мне нужны были деньги, много денег, вот только не разбойничать же на дорогах. Зачем? Здесь, в городе, можно было найти кошельки побогаче и поувесистее. Отвод глаз, наложенный на нашу дверь, гарантировал барону крепкий сон, а мне спокойствие за его безопасность. О своей безопасности я собиралась позаботиться отдельно. Кто-то скажет, что воровать — это плохо. Я соглашусь, но оставлю за собой право спросить: «А где и как может заработать, причем хорошо заработать, деньги девушка в средневековом мире?» Выйти замуж за богатого старика? Клад найти? Работу найти? Какую? Так что я считаю, что мне повезло. Я могу пойти и взять, а кто не спрятал и не спрятался, я не виновата!

Отправилась искать желающих поделиться со мной своими богатствами, не дожидаясь, пока наступит полночь, и даже не дожидаясь, пока угомонятся посетители нашего трактира, распивающие горячительные напитки в общем зале на первом этаже. Окно в нашей комнате послужило для этих целей просто великолепно.

Жизнь ночного города просто кипела. Тишина и спокойствие царили только в центральной его части. Домочадцы богачей этого города спали спокойно, а вот сами они развлекались в дорогих борделях, шикарных ресторациях, предоставляющих своим посетителям не только яства, дорогую выпивку, выступление паяцев, но и шикарные игорные залы. Эти несколько улиц, благоухающих различными ароматами цветов, охранялись очень хорошо. Часто проходящие по ним патрули были дополнены частной охраной каждого стоящего там особняка, магические охранные заклинания заставляли их ярко светиться в темноте. И пусть немногим было дано увидеть этот свет, но меня он впечатлил своей мощью.

Сильное, ловкое и очень прыгучее тело рыси помогло мне без труда обойти все эти препятствия, но вот дальше крыши шикарного особняка я так и не смогла продвинуться. Два часа! Целых два часа я просидела, терпеливо наблюдая за ночной жизнью прислуги. О-о-о! Они не работали, нет. Они доедали, допивали, подглядывали, развлекались и, самое главное, сновали туда-сюда просто без устали. И я ждала, пока весь этот цирк не закончился наконец-то, и только тогда проникла на чердак, а уже оттуда, сменив облик, приступила к поиску того, за чем я сюда пришла.

Спальня высокородной хозяйки понравившегося мне особняка поразила меня обилием зеркал, занавесей, балдахинов, рюшек, кружев и салфеток и наличием всего лишь одного комплекта драгоценностей. Ни одной, даже медной монетки, в спальне не нашлось. Не было тайников, да и просто шкатулки с женскими драгоценностями тоже не было. Легкий запах дурманящего отвара, исходящий от изящной чашечки, стоящей на прикроватной тумбочке, объяснил мне причину ее крепкого и спокойного сна, но не отсутствие драгоценностей у высокородной госпожи. Так же крепко и беспробудно и по той же причине спали и две хозяйские дочки. Самого же хозяина, на мое счастье, не было дома, что позволило мне обыскать и его спальню и кабинет без помех.

Это было полное разочарование. Нет, тайник в этом доме был, и не один. Вот только денег там не было и драгоценностей тоже. Были закладные, были долговые обязательства, были расписки, а денег… Денег не было. В одном из тайников я нашла драгоценности. Много. Но они были искусной подделкой, замаскированной магией. Пришлось уйти из этого дома с пустыми руками. Теперь я знала, что красивый дом и высокородный хозяин это не синоним богатства.

Я успела вернуться в трактир на рассвете и, не привлекая внимания, пробраться в нашу комнату. Но прежде чем лечь спать, разбудила барона и настояла на том, чтобы сегодня он прошелся по городу без меня. Проверил наших лошадей, нашел продавцов нужного нам товара и договорился о его доставке в арендованный нами склад с оплатой по прибытии на следующий день. Пообещав ему решить к этому времени проблему финансов, со спокойной душой провалилась в сон.

К вечеру я не только была полна сил, но и уверена в том, что сегодня у меня все получится. Во сне я гуляла в шикарном платье с богатым кавалером, посещала ресторацию и наблюдала за азартными играми высокородных, а потому, проснувшись, твердо была уверена в том, что знаю теперь, где и у кого я могу взять то, что мне нужно. Приемный отец порадовал меня рассказом о заключенных договорах и усталым видом, ибо он гарантировал мне его крепкий сон, а это именно то, что нужно.

А еще нам по-прежнему нужны деньги, золото. И много… И потому этой ночью я очень внимательно наблюдаю за посетителями одной из самых роскошных рестораций этого города, используя при этом все свои облики. Они едят, смеются, оглаживают податливых девиц, поощряют выкриками актеров, спускают за игорными столами свои состояния, а я все больше и больше убеждаюсь в том, что самые богатые люди в этом городе не носят на себе золотые украшения и не играют в азартные игры. Они подобострастно кланяются высокородным гордецам и с насмешкой смотрят им вслед. Они являются истинными хозяевами города.

Хозяин ресторации под названием «Благодатные берега», напоказ блистающий радушием и угодливостью толстяк, один из них. Определить, где именно находится кабинет этого господина, не составило труда, и попасть в него мне тоже удалось сравнительно легко, а вот то, что я наблюдаю теперь… Как же сильно меняется выражение его лица и глаз, когда он остается один в своем скромном кабинете! Как быстро угодливая улыбка превращается в звериный оскал! Куда там лицедеям, выступающим в его заведении! Он гениален. Меняется все: походка, жесты, мимика. А самое главное, глаза, которые должны, по идее, являться зеркалом души, но ими не являются. Заходя в свое логово, он превращается в злобного хищника, и глаза его не просто стекленеют, превращаясь в кусочки льда, они начинают сверкать неудержимой злобой и бешенством. Высокородные глупцы не понимают, в чьих руках находится власть, кто держит в своем кулаке их жизнь и их состояния. Холодная дрожь пробегает по моему телу, и я уже не уверена, что хочу запустить руку именно в его закрома, ограбить именно его тайники. Пусть в этом кабинете их больше пяти штук и неизвестно, сколько в примыкающей к нему тайной комнате. Я теперь точно знаю, что для этого господина спрятанное там золото всего лишь капля в море, но он пугает меня. Радует только одно: у змеи нет зубов, они не могут стучать от страха, их невозможно стиснуть до зубовного скрежета, а значит, мне просто нужно успокоиться, взять себя в руки и сделать то, что я должна. У нас теперь есть дом, и там, дома, меня ждет мой Ангел. Но как же страшно… Именно в этот момент, спрятавшись за великолепными тяжелыми шторами и слушая распоряжения, отдаваемые этим человеком своим подчиненным, я поняла, как огромен и суров мир, который меня окружает. Буквально прочувствовала, что в этом мире я маленький хищный зверек, и никто не может сказать, суждено ли мне вырасти.

Целых два часа я терпеливо, осторожно и очень внимательно наблюдала за всем происходящим в кабинете ресторатора. За его четкими, уверенными распоряжениями, за тем, как безжалостно и жестко он решает чужие судьбы. На моих глазах одна из самых титулованных семей города лишилась своего особняка, большей части заложенных земель и, самое главное, людей. Вот их участь меня заинтересовала значительно больше, чем все остальное. Огромный особняк, который завтра должны будут освободить нерадивые господа, обслуживало несколько десятков людей. Были среди них семьи, прислуживающие им в течение нескольких поколений, и вот сейчас все эти люди оказались должниками. Закон позволял в счет долга лишить их не только личного имущества, но и свободы. Заключая с высокородной семьей магический кабальный договор служения, они теперь были вынуждены взять на себя часть их долга и отрабатывать его в течение оставшейся жизни, став фактически собственностью того, кто заплатит хозяину долговых обязательств назначенную сумму. Нет, формально они не были рабами, но и уйти от обязательств не могли. Каждому из них на руку ставилась долговая метка, и, пока она не исчезала, человек считался собственностью. Самое же противное было то, что заключали эти договора не они сами, а их малограмотные предки, не умеющие читать. И вот теперь господа, воспользовавшись старинными договорами, отдавшими им в полное подчинение их потомков, пытались погасить ими часть своего огромного долга. Да, сейчас заключение таких договоров считалось незаконным делом, но отменить старые не мог никто. Любой должник, отказавшийся выполнять обещание предков, умирал. Сами люди не были нужны хозяевам, но вот возможность быстро получить приписанные к каждому из них долги…

А вот хозяин долговых расписок и обязательств этому обстоятельству был вовсе и не рад, он был в ярости. Ему придется неизвестно сколько кормить и содержать этих людей, а вот найдется ли тот, кто их выкупит, оплатив возложенные на них долги, предсказать не мог никто. И как потом из неволи будут выкупаться эти временные рабы, никого не интересовало.

Скандал, разразившийся в одном из игорных залов, заставил хозяина кабинета оставить дела и спуститься на первый этаж. Его слова, сказанные охраннику, стоявшему на посту возле лестницы, ведущей на первый этаж, позволили мне сделать вывод, что вернуться в кабинет в ближайшее время он не планирует, и я решила действовать.

Кабинет был не очень большим, и магические охранки, наложенные на окна, двери и тайники, были довольно слабые, а вот тайная комната… — Она была больше и магических накопителей, поддерживающих различные заклинания, было больше десятка. Но магия по-прежнему обтекала меня, как что-то несуществующее, и я смогла войти. Тайники, расположенные в кабинете, трогать не стала, боясь насторожить так сильно испугавшего меня человека слишком рано, а вот комната… Она манила меня как магнит, обещая открыть все свои тайны. Их было шесть. Шесть тайников, наполненных фактически под завязку. Наверняка эти тайники регулярно опустошались, и только я могла так удачно влипнуть! Пропажу такого куша мне не простят. Теперь в моем распоряжении два выхода. Первый — уйти, убирая за собой малейшие следы, и второй — взять все и записать себя в вечные враги местных хозяев жизни, ибо искать меня будут так, как никогда и никого не искали до этого.

Безразмерная сумка со средним по величине пространственным расширением, сделанная мною при помощи ведьминского дневника, помогла мне без проблем упаковать все находящееся в тайниках, а вот уберечь от глупости и раздутого самомнения она меня конечно же не смогла. Самый большой тайник порадовал меня не только золотом и драгоценностями, но и камушками. Определяла содержимое кошельков и мешочков я на ощупь, как всегда оставляя без внимания магические накопители и убирая магические метки со своей добычи. И вот последний, самый большой мешочек в глубине этого тайника принес мне огромный сюрприз, наказав за наглость и нетерпение.

Механическая ловушка, о которой я даже не подозревала, сработала сразу же, стоило мне только тронуть этот заманчивый приз. Согни маленьких металлических стрелок ударили в мою защиту, но не все из них артефакт, изготовленный мною, смог остановить. Восемь штук я героически поймала собственным телом. Плечи, грудь, щеку и правую ногу мгновенно охватила боль и наползающее следом за ней онемение. Если бы я не умела менять облик, здесь бы меня и нашли. Стремительная смена облика помогла мне избавиться от впившихся в тело железок, обмазанных парализующим ядом, а разбитый об пол флакон с маскирующим зельем — от следов крови на них. Распахнутое окно и быстрое улепетывание по крышам в кошачьем облике укрыло от погони. Механическая ловушка, которую я активировала, судя по нарастающему шуму, служила еще и сигналом о проникновении чужого в тайную комнату, а потому свой удачный исход с места преступления я могу объяснить только помощью богов. Сегодня моя самонадеянность могла стоить мне жизни, и придется усвоить этот урок. И усвоить как можно быстрее и крепче.

Рассвет я встретила в храме богов. В этом мире двери храмовых залов были открыты в любое время, а потому благодарственную молитву я не стала оставлять на потом. Вот только лечь поспать после возвращения в трактир у меня не получилось.