17 глава

На людей сердишься, когда их поступки для тебя важны. Не знаю, где это услышала, наверное, от деда Трофима. С самого утра эти слова крутятся в голове вместе с мыслями о Жене, и я ничего не могу с этим поделать. Возможно, дело в предстоящей встрече с отцом. Стоило лишь увидеть его имя на дисплее телефона, как вспомнилось все, что мы с Женей вытворяли в стенах моей квартиры. И стыдно, и обидно, и до безумия хочется достать номер Тоника из блока, позвонить и наговорить гадостей, а не молчать. Ненавижу такое состояние. Милые и прекрасные бабочки, которые порхали внутри и выстраивались в сердечки, превратились в каких-то безумных бунтарей, и я без понятия, как их усмирить. Кто мечом вооружился, кто со стрелами, кто с копьем наперевес, и все скандируют дружно: «Разблокируй Женю, разблокируй, мы не договорили!» «Сегодня в семь вечера», – приходит сообщение от отца, а в следующем он присылает адрес и название ресторана. Мы еще вчера договорились об ужине. Сегодня у меня как раз свободный день, заслуженный выходной. Пара внеплановых часов в парке с внуками Изольды Вольфовны не в счет. – Дорогая! – машет она рукой, когда выхожу на аллею. – Мы здесь! Мальчишки бегут поздороваться. Живчики такие. Почти как две Али… Хочется дать себе подзатыльник. Ведь две недели прошло! У меня практически каждая минута в сутках расписана – некогда думать о Жене и обо всем, что произошло. Решила денек отдохнуть, и вот пожалуйста. Мысли об этом непорядочном человеке догоняют с самого утра, и я будто щелчки по носу получаю. – Все краше и краше с каждым днем, Камилла! – осыпает комплиментами Изольда Вольфовна. – Смотрю на тебя и молодость свою вспоминаю. Я с такой же гривой и внешностью с ума парней сводила. Вон даже мои шкодники от тебя без ума. Вадик и Виталик виснут на мне, а потом берут по обе стороны за руки. – И девочки Марии Генриховны тоже от тебя в восторге. Почему ты отказалась от них? – вдруг спрашивает Изольда Вольфовна. – Мы с Машей вчера созванивались, она сказала, что ты не отвечаешь Марине. Я прям растерялась: на тебя это не похоже. Что-то не так? Говорю же, сегодня очень странный день. Опять хочется позвонить Жене. Попросила же его решить с Мариной, однако судя по обескураженному лицу Изольды Вольфовны, сестра Тоника никаких объяснений не получила. Бессовестный! Мало того, что спит с девушками направо и налево, так еще и врет. Не только им им, но и своей семье. Хотя что от такого экземпляра ждать? Бизнесмен хренов, с подвешенным языком. Ну и мой косяк тоже имеется: надо было ответить Марине, а я сглупила. Она бы начала уговаривать, и я бы согласилась. Знаю себя. Поэтому отправила ей сообщение, что мне сейчас некогда, и больше не отвечала. – У меня новое место работы, ответственность… Вы не особо загружаете, а девочки очень активные. И график с ними не такой свободный, как с вашими ребятами… – оправдываюсь я. Изольда Вольфовна внимательно смотрит на меня, затем кивает. – Ну, твое дело. Ты, главное, нас не бросай. Мальчики к тебе очень привыкли, да и я тоже. – Не брошу, – заверяю ее и иду играть с детьми, пока Изольда Вольфовна встречается с одной из своих подруг. Набегавшись в догонялки, мы с Вадиком и Виталиком идем к озеру покормить уточек, а сами едим мороженое. Сидя на траве, наблюдаю за мальчишками и улыбаюсь. Правильно я сделала, что выбралась сегодня из кровати. Иной раз, конечно, все надоедает. Уже не помню, когда оставалась наедине со своими мыслями. Вечно в каком-то движении, поиске информации или в процессе обучения – передышек почти нет. Лишь сегодня, когда атаковали воспоминания о Жене, поняла, что, в принципе, меня это устраивает. Потому что времени зацикливаться на неудачах, которые бывают в жизни абсолютно любого человека, тоже нет. – Ками! – зовет Вадик. – А у тебя есть парень? На мгновение даже прекращаю есть мороженое и смотрю в его серьезное личико. Ну и вопрос. – Нет. А что? – Я хочу быть твоим парнем. Можно? – И я тоже, – подает голос Виталик. Улыбаюсь. – И что же, по-вашему, это значит? Что я ваша личная няня на прогулках, не считается? – Я бы защищал тебя от всех и никого не подпускал. – И я тоже, – поддакивает Виталик. Если у Аль главная – Алиса, то здесь Вадик. Нужно уточнить у Изольды Вольфовны, не хочет ли она познакомить своих сорванцов с внучками подруги. А может, они уже знакомы? Отличная бы получилась компания. Хотя мне тогда определенно потребовалась бы подмога. Слишком уж дети активные. Изольда Вольфовна пишет, что ждет нас у выхода. Мне тоже пора домой. Нужно переодеться, свозить Симона к ветеринару на плановый осмотр и подготовиться к встрече с отцом. Все-таки очень приятно получать от него комплименты. – Хорошо, я согласна быть дамой ваших сердец. Теперь берите меня за руки и ведите к бабушке. Она как раз освободилась. Мальчики поднимаются с травы, и мы идем к Изольде Вольфовне. Она не одна, с подругой. – Батюшки, как они подросли! – ахает незнакомая женщина. Раньше мы не встречались, но, когда вижу голубые-голубые глаза, появляется какое-то странное предчувствие… – Твои тоже растут не по дням, а по часам. Камилла, познакомься, это Мария Генриховна. Да, чутье не подвело. Ну и день сегодня… Осталось лишь, до кучи, с Женей встретиться. Но такого допускать точно нельзя. Мои светлячки и бабочки настроены воинственно. – Камилла? Так это та самая няня? – Да, – кивает Изольда Вольфовна. Отчего-то становится не по себе. Я впервые ушла с работы, не объяснив, почему не буду больше сидеть с детьми. Причем с такими прекрасными девочками. – Алиса и Алина до сих пор про вас спрашивают, Камилла. И Марина очень расстроилась. Вы приглянулись и ей, и девочкам. Хочется провалиться сквозь землю. Чувствую себя максимально неудобно. – Мне тоже все понравилось. Но, к сожалению, сейчас много работы. Я устроилась на новое место, пришлось сделать выбор не в вашу пользу. С Изольдой Вольфовной мы давно работаем, вот и продолжаю помогать ей по выходным… – Да-да, все так, – приходит на помощь она сама. – Пришлось найти временную замену, пока на новой работе у Камиллы испытательный срок. – И куда же вы устроились? – В центр планирования семьи, помощником заведующего отделением. – Камилла учится в меде и мечтает стать педиатром. Хочется поправить Изольду Вольфовну, потому что окончательно я еще не определилась, но молчу. Мария Генриховна пристально смотрит на меня и довольно кивает. – Золя, я знаешь, что подумала? А может, будем совмещать? По субботам с девочками занимается Женя. Он поможет Камилле, и всем станет только веселее. Ужас! Плохая идея! Отвратная! – Да! – восклицает Изольда Вольфовна. – Да! Да! – поддерживают бабушку мелкие предатели. – Ну и отлично! В следующий раз мои ребята присоединятся к вам на прогулке. Порадую сегодня девочек, они вчера как раз опять про вас спрашивали, Камилла. – Мы всего два дня вместе провели… – Порой и одного достаточно, чтобы запомнить. К тому же мы исподтишка за вами понаблюдали. Вы очень активны с детьми, понятно, почему они к вам так тянутся. Отличную профессию вы выбрали, абсолютно точно подходит. – Возможно, это и впрямь мой путь… Я люблю детей. – Если у этого пути есть сердце, значит, он точно ваш. Глаза у Марии Генриховны небесно-голубые… У всех в их семье такие, что ли? А своими сентенциями она напоминает деда Трофима. Жаль, нет времени съездить в деревню и навестить его. Надо будет как-то выкроить день-другой. – Спасибо. Приятно было познакомиться. Мне пора. Присаживаюсь на корточки перед Вадиком и Виталиком, чмокаю парней в щеки и прощаюсь, обещая встретиться через несколько дней. Надеюсь, на следующей неделе Женя не сможет прийти в парк. А если придет, то пожалеет. Можно было бы, конечно, придумать причину, по которой я не смогу пойти гулять с внуками Изольды Вольфовны, но так или иначе встреча с Женей – это лишь вопрос времени. Свадьба Оли не за горами, Миша и Вика продолжают общаться – однажды наши с Тоником пути пересекутся. Свозив Симона к ветеринару, я неспешно принимаю душ, пью кофе, настраиваясь на приятный вечер в компании отца. Попутно болтаю с Викой, обещаю завтра увидеться лично. Темп реально бешеный, надо выделить время и для подруги. Тем более мне не нравится ее грустный голос, а от ответа на вопрос, все ли в порядке, она увиливает. Закончив с макияжем, наношу на губы блеск, беру ключи и выхожу из квартиры. Я планировала поехать на машине, но, получив сообщение от отца, что после ужина он может подвезти, решаю вызвать такси. Пока стою на улице и жду, над головой собираются тучи. Дождь не обещали, но первые капли уже падают на плечи. Начинается ливень. Я прячусь под козырек, а через минуту ныряю в подъехавший серебристый седан. Настроение хорошее, даже умиротворенное. О Жене я больше не думаю. Ну разве что изредка перед сном или поутру, когда просыпаюсь от ярких снов с нашим участием. А потом заставляю себя вылезти из-под одеяла и заниматься делами. Хотя очевидно, что это бегство от самой себя и непрожитые эмоции рано или поздно настигнут. Но что так скоро – и представить не могла. В зал я прохожу в необъяснимом легком волнении. А когда администратор подводит к столику, становится понятно, что этот день не просто странный – он меганепредсказуемый. За столом сидит не только отец, но и Оля со своим женихом. – Ками, дочка, присаживайся, – приветствует папа, указывая на место рядом с собой. – Решил устроить что-то вроде субботней традиции. Как вам идея? – обращается он к нам троим. Я натягиваю улыбку. – Замечательно, папа… – Но и это еще не все. Я оплатил всем билеты в Грузию и поход в горы. Программа наилучшая, ее составили мои друзья. Обещаю, это путешествие запомнится вам надолго. – Договорив, отец подзывает официанта. – Ни капли в этом не сомневаюсь. Только у меня не получится, я работаю… – С Эвой Александровной я уже договорился, – обрывает папа. – Тем более это всего три-четыре дня. Вылет в четверг вечером, в понедельник уже будете на своих рабочих местах. Я и сам не смогу выделить больше времени. – Поход значит поход, – вздыхает Оля. – Если что, вызовешь вертолет, который отвезет меня обратно. – Если под выходные, то нет проблем, – кивает Женя. – Тем более билеты оплачены. Насколько я понимаю, мой отец тоже участвует в этом походе? Папа посмеивается: – Участвует-участвует. Да и у тебя уже опыт имеется. Это девчонки впервые. – Ничего. – Женя задерживает на мне взгляд. – Все когда-то бывает впервые. Засранец смотрит своими красивыми голубыми глазами как ни в чем не бывало, явно напоминая о той ночи. Точнее, о нескольких ночах и море страсти. Прячу руки под стол, подальше от приборов. Гад! Ненавижу! Эти ножи и вилки я вонзила бы ему в тело!