18 глава

Ужин проходит в напряжении. Или так кажется, потому что я не могу расслабиться ни на секунду. Отвечая на вопросы отца, ловлю на себе взгляды то Евгения, то Оли. В какой-то момент нервы не выдерживают. Извинившись, выхожу из-за стола и направляюсь в туалет. Сполоснув руки и шею прохладной водой, я беру телефон и смотрю, сколько стоит такси до дома. Приемлемо. Затем ставлю будильник, который сработает ровно через пятнадцать минут. Изображу, что появилось какое-то очень важное, неотложное дело, и сбегу с семейного торжества. Папе будет с кем завершить этот вечер. А я поддержать его новые традиции не смогу. Слишком обостренное чувство справедливости. Я ведь собираюсь давать клятву врача. Разве могу вредить другим людям? Но одного смазливого говнюка точно бы покалечила. Смотрю на себя в отражении, и в памяти вспышкой проносится картинка, как мы с Женей занимались сексом. Как он страстно целовал меня, как мы жадно тянулись друг к другу. Еще удивлялась тогда, что вчерашняя девственница может быть такой бесстыдной в постели. Оказалось, может. Выдохнув, открываю дверь, но не успеваю сделать и шага, как встречаюсь с голубыми глазами, которые тут же берут в плен. Мы с Тоником смотрим друг на друга долго и откровенно. Я первая прихожу в себя и отступаю в сторону, собираясь вернуться в зал, но Женя преграждает путь. – Отойди, – цежу сквозь зубы. – Может, хотя бы тут поговорим? Я сглатываю, прежде чем ответить спокойно и безразлично. Хотя спокойствия во мне сейчас ни на грош. Это же надо было так зацепить, что даже спустя две недели внутри не стихает ураган чувств! – А разве есть о чем? – Если я здесь и жду тебя, значит, есть. – Хорошо, давай поговорим. Я просила тебя объяснить Марине, почему больше не смогу сидеть с девочками. А сегодня на прогулке случайно встретила твою бабушку, и она сказала, что Марина расстроилась. Ведь по мнению твоей сестры, я просто ушла, исчезла, не имея на то причин. – Откуда мне знать, почему ты не можешь присматривать за Алями? Что работать у нас не будешь, я передал. Все остальное ты могла сказать Марине сама. В груди разгорается пожар. Меня начинает трясти. То ли от близости Евгения, то ли от переизбытка эмоций. – Может, выйдем к отцу и Ольге, расскажем все как есть и ты отменишь свадьбу? Так ведь будет честно, – бросаю ему вызов. Женя ухмыляется. – Если я захочу отменить свадьбу, то отменю ее, но пока не вижу в этом необходимости. Наш союз с Ольгой устраивает всех. И меня, и ее, и наших родителей. Это нахальное и самоуверенное заявление заставляет меня задохнуться от злости и едва не вызывает остановку сердца. Разве можно с людьми как с вещами? – Ты не бизнесмен. Ты потребитель. Обманул меня, выдавая себя за того, кем на самом деле не являешься. – Всего лишь скрыл, что я человек с возможностями. А в приложении все было по-настоящему. Я помогал Мише тестировать его детище. На фото ты и вправду приглянулась. Кто же думал, что знакомство будет иметь такой размах? Женя открывает галерею на телефоне и показывает мне фото Оли с каким-то парнем. – И? – Между нами договорной брак. Мы с Олей знакомы много лет, родители давно дружат и постоянно пытались нас свести. Не удивлюсь, если и тебя вскоре постигнет та же участь, а встречи с Каримовым станут чаще. Он сейчас лакомый кусок для всех молодых девушек. Твой отец в курсе и обязательно направит тебя под крыло Эдуарда Викторовича, он ведь такой влиятельный. А ты – девочка смазливая и в его вкусе… – При чем здесь Каримов? – не понимаю я. – Ты же к нему на работу устроилась? – К его помощнице… – Но в его центр? – К чему ты клонишь? – Ни к чему. – Женя наступает на меня. – Мы с Олей сошлись на том, что обоим выгоден этот союз. У нее своя личная жизнь, у меня своя, общий лишь штамп в паспорте. В тот вечер, когда ты истерила и прогнала меня, я пришел объясниться. Знакомство в приложении и встреча в баре – случайности, которые переросли во взаимный интерес. – Нет у меня к тебе никакого интереса. И быть не может, – осаживаю Тоника. – Поэтому ты разводишь драму на пустом месте? Визжишь как ненормальная при попытке поговорить и кидаешь номер в блок? – Оля и ваш будущий брак – пустое место? Наш секс за ее спиной – тоже ерунда и чушь? Женя неопределенно пожимает плечами. – Для меня не имеет большого значения, как это все выглядит со стороны. Хочется влепить ему пощечину. С засосами он уже ходил, теперь можно и со следом от ладони на щеке. Замахиваюсь, но Тоник ловит мое запястье и больно сжимает. – Ками, ты злишься сейчас в первую очередь на себя. Сама ведь впустила меня в свою квартиру и постель. Секс с первым встречным под алкоголем. Хотя притяжение с обеих сторон вспыхнуло – не отрицаю. Поэтому я здесь и пытаюсь сгладить углы. – Зачем? Женя хмыкает и опускает глаза на мои губы. Неожиданно толкает меня на себя ивпечатывает в свою грудь. Мы синхронно сглатываем. Часть «крылатой армии» бросает копья и стрелы и застывает в ожидании, пока другая, все еще воинственно настроенная, скандирует: «Не сдаемся!» – На словах бесполезно, как я понимаю? – Он чувственно касается языком моих губ, обводит их по контуру, а потом целует напористо и со страстью, рождая ощущение, будто я для него сейчас самое желанное, что есть на этом свете. Меня ведет, словно пьянею от Жени. Не зря его прозвали Джин-тоником. Светляки и бабочки ведут сражение. У них настоящая схватка. Я прихожу на помощь разумной части, включая голову. Отталкиваю Женю, тяжело дыша, почти задыхаясь. – Ты жених моей сестры… – выпаливаю хрипло. – Можем устроить рокировку невест хоть сейчас. Пошли? По мне, пусть лучше Абрамов отдаст тебя замуж за меня, чем за Каримова. – Нет. Нет… – Я машу головой и неверяще смотрю на Женю. – Папа ни за кого меня замуж не отдаст, если сама не захочу. И за тебя я тоже не хочу. Тебя не хочу, – безбожно вру. – Не приближайся, – выталкиваю из себя угрожающе. – Это защитная реакция, Ками. Мы ничего плохого не делаем. Идем? – Женя протягивает руку. Смотрю на нее как на ядовитую змею. Он и сам будто дьявол во плоти. – Нет, – качаю головой. – Я так не могу… Мы с Олей не выбирали быть сестрами. Она не обязана меня любить, спасибо и на том, что принимает. Хотя в детстве я часто представляла, что у меня есть не только мама, но и папа. Когда видела полные семьи, горевала, что у самой не так, пока однажды к нам в класс не перевели девочку. Мне тогда было лет одиннадцать или двенадцать, точно не помню. Мы недолго общались с Таней. Как-то она рассказала, что у ее папы есть другая семья, и там тоже растет девочка, только чуть постарше. Каждый день перед сном Таня молилась, чтобы у сестры все было хорошо, потому что думала, что отняла у нее папу, забрала его себе. Она очень из-за этого переживала, но сказать никому не могла. Так вот, я не хочу отнимать у Оли ее жениха. Пусть даже договорного. – Что тогда будем делать? Меня с головы до ног пробивает судорожной дрожью от взгляда Тоника. Выворачивает наизнанку! – Ничего не будем… Ничего! – Так не получится, Ками. Ты зацепила. Хочу тебя. И только тебя, – не сдает он позиций. Медленно облизываю губы, когда он опять смотрит на них. Это самый ужасный момент в моей жизни. Самый-самый! Потому что меня тоже влечет к Жене, но я ни за что не смогу так поступить с сестрой. Нет. Ни один мужчина не стоит того, чтобы предать свои принципы и испортить отношения с семьей. Зажмуриваюсь на мгновение, а в следующее – открываю глаза и пулей выскакиваю из туалета.