32 глава

Я иду по коридору, ощущая себя так, словно предстоит важный экзамен. Хотя отчасти так оно и есть. Дверь в комнату Тоника приоткрыта, и слышен его голос – он говорит по телефону. На секунду замираю, не зная, как поступить. Подслушивать нехорошо, но тон у Жени напряженный, почти агрессивный, что совсем на него не похоже. Подобное было лишь однажды. В ту ночь, когда он за меня заступился. – Я уже говорил тебе, что сроки срывать нельзя, – произносит Женя резко, как будто сдерживая гнев. – Если мы не закончим вовремя, проект рухнет, и ты прекрасно это знаешь. Я прижимаюсь к стене, стараясь не выдать своего присутствия. Такой Женя кажется чужим, незнакомым. Он делает глубокий вдох, будто пытаясь успокоиться, но это явно не помогает. – Ситуация выходит из-под контроля. Если придется остановить стройку, это ударит по всем нашим планам. Тогда одними разговорами с людьми Горлова дело не ограничится. Либо возвращай деньги, либо ищи решение, чтобы исправить свои косяки, – чеканит он твердо. Разговор обрывается. Доносится тяжелый выдох, словно Женя скинул с плеч огромный груз. Я делаю шаг назад, решая, что делать дальше. Вряд ли я вовремя со своими вопросами. Мысли путаются, сердце стучит слишком громко. Мы с Женей мало говорим, и я понятия не имею, чем он занимается, но то, что сейчас у него проблемы, – очевидно. Наверное, лучше зайти чуть позже, когда он успокоится. Осторожно пячусь, не желая, чтобы Тоник узнал о подслушивании, но через секунду дверь распахивается, и я встречаюсь с синими глазами. – Камилла? – удивляется Женя. – Ты давно здесь? Растерянно киваю, не зная, что ответить. Услышанное очень встревожило меня, но не получается подобрать слова, чтобы выразить свои чувства. – У тебя проблемы? Серьезные? – Просто рабочие моменты. Женя улыбается, но эта улыбка не достигает его глаз. Я снова молча киваю, внутри все сжимается от волнения. В большей степени из-за грядущих перемен. А в том, что они наступят, сомнений нет. – У меня… У меня месячные не приходят, – выпаливаю, глядя на Женю в упор. Запрещенный прием. И кто меня только надоумил? Но увидеть реакцию Тоника и услышать, что он по этому поводу скажет, очень хочется. Отчасти ведь это правда. Мазня есть, а месячных так и нет. Почти неделю. Тест делать страшно. Если не начнутся, то, когда вернусь из Грузии, вместе с Викой пойду к врачу. – Сколько задержка? – прищуривается Женя. – Шесть дней. Раньше тоже бывало, но не дольше пяти. В тот раз мы тоже были вообще без защиты… – Я осекаюсь, закусываю губу. – У тебя такой потерянный взгляд… Ками, я буду рядом, что бы ни случилось. Какими бы ни были последствия. Хотя у самого сейчас мир балансирует на грани. Но ведь у всех бывают сложные периоды. Женя мгновенно отреагировал на мои слова. Безо всякого промедления. И мне это нравится. Очень. – Я боюсь делать тест. Что если результат будет положительным? – Он и так однажды станет положительным. Это вопрос времени. Мне бы хотелось, чтобы это произошло немного позже, а не сейчас. Но в случае чего свадьбу отменять не будем, изменим имя невесты, – уверенно произносит Тоник. Это не очень приятно. Зато честно. – Ладно, – отвечаю едва слышно и делаю шаг вперед. – Но пришла я не только за этим. Женя не отводит взгляд, чем слегка нервирует. Решимости хоть и хватает, но всему есть предел. Я всего лишь девчонка, которая слишком рано повзрослела. – Каримов, кажется, догадался, что между мной и тобой что-то есть. Скоро об этом все… – Он не догадался, я сказал ему об этом прямо, – перебивает Тоник. – Все узнают обязательно. Рано или поздно. Воздух в легких мгновенно заканчивается. – Что?.. – сиплю я. – Нужно было твоего разрешения спросить? Теперь ясно, от чего предостерегал Каримов. Как глупо я буду выглядеть, когда озвучу Жене свои вопросы! Но если уж пришла, то отступать неразумно. – В таком случае расскажи сам, что за история с уходом из дома, девочками, алкоголем и наркотиками. – Наркотиками? – хмурится Тоник. – Чтобы не плодились слухи, а я не строила ложные домыслы, рассказывай. И желательно правду. Достаточно того, что я уже, ничего не зная о твоей жизни, связалась с тобой и предаю сестру. Мы оба это делаем. Причем за ее спиной. И неважно, что между вами на самом деле. Хотя и этого мы сейчас тоже коснемся. А если захочешь уйти от диалога, тогда нам точно не по пути. Качественный секс и эмоции – это здорово, прекрасно, восхитительно, но на них одних отношения не построишь. А именно это ты мне и предлагаешь, правильно я поняла? – Я горжусь собой, когда произношу эти слова. – Ками, а ты зубастик, – ухмыляется Тоник. – Но мне нравится эта твоя черта. – Он садится на кровать и похлопывает по ней рукой, приглашая сесть рядом. Я очень напряжена, и сидеть на месте будет непросто, однако иду к кровати и сажусь. – С чего начать? Что ты хочешь услышать? – Все и по порядку. Считай, что ты на исповеди. Женя широко улыбается. – Да нечего рассказывать. Обеспеченные родители, границы, ожидания, взбалмошный подросток и бунтарский дух. Антигерой семьи Талмазовых. Про наркотики кто-то тебе наплел, явно чтобы надавить на какое-то твое слабое место. А алкоголь, девочки – да, было, но в рамках дозволенного. Ты, наверное, уже слышала, что я недавно получил премию? Я киваю. – Это не стало неожиданностью, – продолжает Женя. – Все началось с одного проекта. Отец считал его провальным, а я решил рискнуть. Вложил туда все, что было заработано честным трудом, когда пошел на конфликт с семьей. Одногруппник добавил еще денег, а Миша – свои знания и опыт… Женя на мгновение замолкает, как будто вспоминает, каким было начало его пути. – Когда мы довели этот проект до конца, все изменилось. В том числе и отношения с одногруппником. Это Антон Зимин, он тоже был в ту ночь в баре, тот самый, что клеил твою подругу. Так вот, наша работа принесла плоды, появилась уверенность, что я могу справиться с любой задачей и всегда буду на коне. Взялся за новый проект, затем еще один. Выручка растет, но и конкуренты не дремлют. А Зимин вставляет палки в колеса, сливает данные, закулисничает. Я заебался ловить его на косяках. Когда люди видят, что ты работаешь честно и на совесть, они вернутся к тебе снова. А если нет, зачем нести тебе свои деньги? Антон – пятно на моей репутации. Он снова замолкает на секунду, не разрывая со мной зрительного контакта. – В общем, я просто делаю свое дело. Амбиции прут вверх. Безбашенная молодость сменилась на безумную работоспособность. Если это вознаграждается, значит, я на верном пути. А прошлое… Оно у всех не без изъянов… Не только я хочу получать премии, Ками. Поэтому брак с Олей был бы крайне выгоден: дополнительные ресурсы, связи. К тому же мы с ней отлично ладим. В юности, после того как ошибся в любви, я решил, что больше никто не сможет так зацепить и на хер эти привязанности. Но однажды что-то пошло не так. Я по-крупному просчитался. Тем не менее сорвал джек-пот. Ну что, на все твои вопросы ответил? – Почти. Я люблю смотреть фактам в лицо, поэтому здесь. И честно говоря, они мне кажутся все равно не очень… – Порой жизнь превращается в нескончаемый квест. Выпутываешься из одной проблемы – сразу другая, и так по кругу. Такова реальность, Ками, и только нам выбирать, как к ней относиться. А если чувствуешь, что допустил ошибку, не убеждай себя в обратном. Вернись и исправь. Что я и делаю. – Ты спал с Олей? Женя молчит, но все видно по его глазам. – Это было давно, – говорит он наконец. – Как давно? – Месяца два или три назад. Она с парнем поругалась. Я приехал раздавленный, как раз начали прессовать из-за провисов Зимина. Мы выпили в каком-то баре и… – Все, не хочу, не продолжай. – Я зажмуриваюсь, ощущая, как сердце обжигает ревностью. – С тех пор мы с Олей лишь на встречах с родителями пару раз пересекались, и вот… – Тоник обводит глазами комнату. – И то, я ради тебя сюда прилетел. Ты же дома закрылась, в черный список кинула, чуть что визжишь. – В его голосе снова слышатся веселые нотки. А мне хочется расплакаться. Эмоции зашкаливают. Разум твердит, что я не смогу быть с Женей абсолютно счастлива. Не такой ценой… – Ками… – Он обнимает меня за плечи. – Может, я не идеал и ситуация у нас нестандартная, но я бы попробовал. Взаимное притяжение очень сильное. Я тебя никому в обиду не дам. От его слов слезы все-таки выступают на глазах. Влюбиться в жениха сестры – это последнее, чего бы хотелось. Но быть с Женей – единственное, чего я действительно желаю.