Глава 21

Мы тихо, почти незаметно ускользаем со сцены.

Айрон ведёт меня, крепко держа за руку.

Мы выходим в коридор. Здесь тишина, после шума и света зала она кажется успокаивающей.

Магические сферы горят мягким золотистым светом, отбрасывая на нас тёплые отблески.

В груди странное, лёгкое ощущение какого-то тягучего счастья.

Айрон слегка сжимает мою ладонь, искоса поглядывая на меня, и я улыбаюсь — просто так, без причины.

Неужели это всё происходит со мной?

Мы поднимаемся по лестнице на второй этаж. Здесь прохладнее, и откуда-то издалека тянет ароматом цветов — розы, жасмина, магнолий.

Айрон открывает массивную дубовую дверь и пропускает меня вперёд.

Комната огромная. Высокие окна с тяжёлыми шторами, камин, старинная мебель из тёмного дерева, хрустальная люстра под потолком, ковёр глубокого бордового цвета.

— Немного старомодно, — выдыхаю я, оборачиваясь.

В это мгновение Айрон целует меня. Его губы обрушиваются на мои, вырывая у меня тихий стон.

От неожиданности у меня захватывает дух.

Сильная рука обвивает мою талию, рывком прижимая меня к твёрдому мужскому телу так, что я чувствую каждый его напряжённый мускул.

Другая рука Айрона зарывается в мои волосы на затылке, крепко сжимая их и заставляя запрокинуть голову, подчиняясь его напору.

Мир исчезает, остаётся только жар его рта и пьянящее чувство его силы. Он не спрашивает разрешения. Он просто берёт. Его поцелуй становится глубже, грубее, и я чувствую, как его язык настойчиво проталкивается между моих губ. Мои колени подгибаются, и я судорожно цепляюсь за сильные мужские плечи.

Язык Айрона горячий, влажный, доминирующий. Он ласкает мой рот изнутри.

По телу проносится разряд чистого, первобытного возбуждения.

Я плавлюсь от этого грубого напора, от откровенной ласки. Внизу живота сворачивается тугой, сладкий узел желания, и тихий стон срывается с моих губ прямо в рот Айрона.

Внезапно Айрон отстраняется, тяжело дыша.

— Лисси… — его голос грубый, слегка хриплый. — Ты такая красивая и только моя. Сладкая, сладкая девочка.

Я всё ещё держу руки на его плечах. Метка на ключице горит, внизу живота что-то плавится. Я будто сгораю, таких ощущений у меня ещё не было.

— Чувствуешь? — Айрон смотрит мне в глаза, и я без пояснения понимаю, о чём он.

— У нас будто одно ощущение на двоих, — шепчу я.

Он коротко кивает, и слегка отстраняется. Небрежно бросает пиджак на кресло и расстёгивает три пуговицы на рубашке.

Мой взгляд жадно скользит по полоске загорелой кожи, опускаясь к ключице Айрона. И там, на том же самом месте, что и у меня, я вижу её. Сложнейший витиеватый узор, изображающий дракона. Метка истинности. Такая же, как моя. И она тоже не завершена.

— Одинаковые, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от метки.

Айрон делает шаг ко мне, его глаза темнеют, превращаясь в два обсидиановых омута.

— Ты навсегда моя, Элисса, — произносит он, и в его голосе слышится болезненная, дикая одержимость, которая должна была бы напугать, но вместо этого заставляет моё сердце биться чаще. — Я не отпущу тебя. Ты это понимаешь?

Я чувствую это. Каждой клеточкой своего тела я чувствую эту всепоглощающую жажду обладания, потому что мной сейчас владеет то же самое чувство собственничества.

Он мой.

Так же, как и я — его.

Айрон на мгновение прикрывает глаза, проводя рукой по волосам.

— Не хочу пугать тебя, — выдыхает он, и в голосе проскальзывает что-то похожее на борьбу с самим собой.

— Я тебя не боюсь, — мой ответ звучит твёрдо и уверенно, удивляя меня саму. Я смотрю в его глаза и добавляю почти шёпотом: — Мне кажется, я знаю тебя лучше, чем кого бы то ни было в мире. С тобой я в безопасности, я доверяю тебе.

Он улыбается пронзительно, почти опасно.

— Не провоцируй меня, Лисси. Ты даже не представляешь, что я хочу сделать с тобой. Я хочу целовать каждый сантиметр твоего тела. Хочу заявить на тебя свои права, хочу, чтобы ты стала моей.

Его слова, произнесённые низким, гортанным шёпотом, заставляют воздух между нами буквально затрещать от напряжения.

Я делаю глубокий вдох, чувствуя не страх, а предвкушение.

Я хочу всё, что он может мне дать. Хочу принадлежать ему, хочу, чтобы Айрон стал моим.

Он отступает на шаг, прерывая наш зрительный контакт. Разворачивается и молча идёт к высокому резному шкафу в углу комнаты. Створки открываются с тихим скрипом, и он достаёт тёмную, бутылку с вином и два изящных бокала на тонких ножках.

— Этому вину почти сотня лет, такое пили ещё Легенды, когда были в нашем мире, — говорит он, делая мне знак пройти к столику. Там он разливает по бокалам густую, рубиновую жидкость. Аромат терпких ягод и специй мгновенно наполняет воздух. — Знаю, ты не пьёшь, но я хочу, чтобы ты попробовала. Сегодня особенная ночь.

— Ночь и правда особенная, — откликаюсь я, несмело протягивая руку к бокалу.

Мои пальцы касаются прохладного стекла. Рядом со столиком стоит небольшой, обитый бархатом диван, и я опускаюсь на его край, чувствуя, как ноги немного дрожат от пережитых эмоций.

Пока я устраиваюсь, Айрон подходит к высоким стеклянным дверям и распахивает их, впуская в комнату прохладный ночной воздух и стрекот цикад. За дверями открывается вид на широкий каменный балкон, за ним огромный сад.

Я сбрасываю туфли, которые жмут ноги, а затем подношу бокал к губам и делаю маленький, осторожный глоток. Вкус оказывается невероятным, просто божественным. Он взрывается на языке сотнями оттенков: сначала терпкость диких ягод, потом сладость мёда и пряность каких-то незнакомых мне трав. Всё это оставляет долгое, тёплое послевкусие.

Я не великий специалист по вину, но вкус не похож ни на что, что я пробовала раньше.

Айрон возвращается и садится в глубокое кресло напротив, так что наши колени почти соприкасаются. Магические сферы на стенах горят совсем приглушённо, свет играет на его лице.

Айрон Флейм идеален. И он теперь мой.

Даже сидя в кресле, он кажется невероятно высоким и мощным. Плотная ткань рубашки, всё ещё расстёгнутая у ворота, натягивается на широких плечах и обрисовывает рельеф грудных мышц. Мой взгляд невольно скользит по загорелой коже, по метке истинности.

В пальцах просыпается нестерпимый, почти болезненный зуд. Это желание коснуться его, провести ладонью по его коже. Наверняка она горячая.

Откуда во мне эти мысли?

Его руки с длинными пальцами спокойно лежат на подлокотниках, но я вижу, как на предплечьях перекатываются мускулы при малейшем движении. Это руки воина и дракорианца, сильные и уверенные. А его лицо… резкая линия челюсти, прямой нос, губы, вкус которых я всё ещё ощущаю на своих.

В нём нет ни капли мальчишеской мягкости. каждая черта кричит о силе, зрелости и опасной, первобытной мужественности, рядом с которой все парни, которых я встречала раньше, кажутся бледными, бесцветными тенями.

— Твои родители обидятся, что мы ушли? — наконец нарушаю я тишину, и мой голос звучит непривычно тихо. — Твоя мама очень милая, я бы не хотела её расстраивать или выказывать неуважение.

Уголки его губ трогает лёгкая усмешка. Он чуть откидывается в кресле, не сводя с меня пристального взгляда.

— О, поверь, они всё понимают.

Я заливаюсь краской, вдруг представляя, как император и императрица обсуждают то, что мы ушли.

Эта мысль, вместо того чтобы напугать, посылает по телу волну горячего предвкушения. Я подношу бокал к губам и допиваю остатки терпкого, сладкого вина, сама не замечая, как он опустел.

Приятная лёгкость растекается по венам. Я осторожно ставлю пустой бокал на столик.

В тот же миг Айрон поднимается с кресла. Он немного наклоняется. Его близость пьянит, отрезвляя и дурманя одновременно.

Он медленно протягивает руку к моим волосам и аккуратно вынимает из причёски алые цветки, которые я вплела туда. Айрон кладёт их на столик рядом с бокалом.

— Такие росли на нашей улице, — тихо говорит он, не отрывая взгляда от моего лица. — Ты любила их рвать.

Сердце пропускает удар.

— Ты помнишь? — шепчу я, едва веря своим ушам.

Он серьёзно кивает, и в его тёмных глазах отражается свет от сфер и что-то ещё, гораздо более глубокое.

— Я помню всё, что касается тебя, Элисса Дарен.

От того, как он произносит моё полное имя, у меня по спине бегут мурашки. Он смотрит на меня мгновение, а затем его голос становится ещё тише:

— Снимешь для меня очки?

Я помню, он говорил, что ему нравится смотреть на моё лицо.

— Да, — смущённо выдыхаю я.

И только сейчас, с удивлением, понимаю: это первый раз за весь вечер, когда я вообще забыла про очки. Сегодня на балу я будто была без них, и я не чувствовала себя какой-то неполноценной, неправильной дракорианкой. Не боялась, что все на меня пялятся, размышляя, почему я хожу в них.

Мои пальцы слегка дрожат, когда я снимаю их и хочу положить на столик. Но в последний момент очки выскальзывают из моих рук. Время замедляется. Я вижу, как они летят вниз, и инстинктивно дергаюсь, чтобы поймать, но Айрон оказывается быстрее. Он плавно наклоняется, помочь мне.

Айрон не торопится вставать. Он аккуратно кладёт очки на столик и остаётся стоять на одном колене, глядя на меня снизу вверх. Его взгляд — это чистое, незамутнённое желание, такое откровенное, что у меня перехватывает дыхание.

— Ты прекрасна, моя Лисси, — его голос низкий и хриплый, от его интонации у меня вибрирует где-то в груди. — Идеальная. Самая красивая девушка на свете.

И прежде чем я успеваю что-либо ответить, его руки ложатся на мои колени. Я вздрагиваю от прикосновения. Его пальцы медленно, почти лениво, начинают ползти вверх по моим ногам, скрытым тканью красного бального платья. Большие пальцы зацепляют подол, и Айрон начинает медленно, сантиметр за сантиметром, задирать его, открывая мою кожу ночной прохладе комнаты и его горящему взгляду.

Я остановила бы любого… но только не Айрона.

— Ты доверишься мне? — его руки ласкают мою кожу, взгляд обжигает.

— Да, — выдыхаю я.