Глава 20

Айрон помогает мне подняться по мраморным ступеням на возвышение. Сердце бьётся так сильно, что я боюсь его услышат все.

Он ведёт меня к своему отцу. Я чувствую на себе сотни взглядов, но не опускаю головы. Вдруг вижу даже Артура, стоящего неподалёку. Он смотрит на нас исподлобья, в его глазах плещется гнев. Я отворачиваюсь, скользя взглядом по остальным.

Никто больше не смеётся над заучкой Элиссой. В зале есть старшекурсники, которые раньше глядели на меня с высокомерной усмешкой, бросали ехидные замечания, считая, что я никто. Теперь же их взгляды другие. В них затаённое изумление, растерянность.

Чуть дальше я замечаю знакомые лица — главы родов, тех, кто когда-то считал нашу семью недостойными и бедными. Некоторые из них шепчутся между собой, кто-то одобрительно кивает, а кто-то не в силах скрыть изумления.

И всё это — такое странное чувство. Вот каково это… быть не в тени. Меня вытащили на свет, но я чувствую, что готова. Прошлая Лисса бы умерла от страха. А я… просто хочу быть с Айроном. Куда он, туда и я.

Император смотрит на нас, и, когда мы останавливаемся перед ним, его голос звучит громко, твёрдо:

— Мой сын и наследник, Айрон Флейм, и его истинная пара — Элисса Дарен.

Зал взрывается аплодисментами.

А из-за спины императора выходит Медея. Её шаги лёгкие и уверенные. Движения плавные, она сама грация. Императрица подходит ближе к мужу и мягко кладёт руку ему на плечо.

— Произошла небольшая путаница, — произносит она, улыбаясь, но в её голосе есть твёрдость, от которой немного не по себе. — Долгое время ходили слухи, будто истинная пара нашего сына Лира Талли.

Я замечаю, как лицо императора чуть смягчается, когда он смотрит на жену. В его взгляде мелькает что-то живое — тепло, трепетная нежность. Такого не ожидаешь от столь жёсткого мужчины.

Медея продолжает:

— Но сегодня всё прояснилось.

Она поворачивается в сторону зала.

— Лира, подойди, дитя.

Лира стоит чуть поодаль — бледная, с побелевшими губами, руки сцеплены перед собой. На её лице смесь страха и растерянности. Её мать стоит рядом, она дрожит, кусая губы.

Лира начинает идти вперёд неуверенным шагом. Она поднимается к нам и останавливается рядом с императрицей.

— Истинная пара Лиры Талли, которой долгое время прочили свадьбу с наследником — Арнольд Стилл, старшекурсник академии «Кристальные Пики», — произносит Медея с широкой улыбкой. — Приятно, когда истинные пары соединяются, не так ли?

Арнольда даже не приходится звать. Он, покраснев, торопливо идёт к сцене, приглаживая взъерошенные волосы.

Лира смотрит на него, как на надвигающийся кошмар.

— Нет… нет… — шепчет она, отступая на шаг, глаза её блестят от ужаса. — Это ошибка… прошу, это ошибка!

Значит, император и императрица не сказали заранее, с кем её связала судьба? Она не знала.

Арнольд поднимается на сцену, неловко кланяется. По залу снова ползёт шёпот, теперь уже громче.

— Это тот, который… — слышится откуда-то сбоку.

— Да-да, точно он! Фуу!

— Серьёзно? Вот это союз! — хихикает кто-то из адептов нашей академии.

— А семья Талли всегда ходили носы задирали. А теперь вон как…

Лира хочет сбежать, у неё в глазах слёзы, но строгий взгляд императрицы удерживает её на месте.

Я невольно вспоминаю все те моменты, когда Лира унижала меня, шантажировала, оскорбляла. Я не злорадствую, но чувствую, что справедливость всё-таки существует.

По залу катятся смешки.

— Что происходит? — спрашивает у меня Айрон, который явно пропустил всё веселье, связанное с Арнольдом и его странными пристрастиями.

— Потом расскажу, — хмыкаю я.

Айрон склоняется ко мне, и прежде чем я успеваю осознать происходящее — целует.

Прямо перед всеми.

Шум в зале становится громче, кто-то хлопает. Я теряюсь между смущением и восторгом. Но почти сразу растворяюсь в этом нежном, ласкающем касании. Сердце гремит в груди, заглушая всё вокруг.

Когда Айрон отстраняется, я вижу, как на его лице появляется едва заметная, немного вызывающая улыбка.

А потом он просто говорит тихо, так, чтобы слышала только я:

— Теперь весь мир знает, что ты моя, Лисси.

Из глубины зала кто-то выкрикивает с задорным смехом:

— Поцелуй! Требую поцелуй!

Поворачиваю голову, пытаясь понять, кто же это. Но уже десятки голосов адептов подхватывают.

— Поцелуй!

— Целуй её, Арнольд!

— Он же этими губами… — она из девушек, которая стоит в толпе близко к нам, морщится от отвращения.

Особенно в требовании поцелуя усердствуют адепты нашей академии, видимо, Лира насолила не только мне.

Лира бледна, как снег, она качает головой, отступая, как зверёк, загнанный в угол.

— Ни за что! — выкрикивает она, голос срывается, в нём почти истерика, но он тонет во всеобщем гомоне. — Не смей!

Но Арнольд настроен решительно. Он явно думает, что момент настал, и, под общий гул, хватает Лиру за талию и… целует.

Думаю, сегодня его мечта сбылась.

Зал взрывается свистом и смехом.

Лира в ужасе распахивает глаза, когда Арнольд прижимает её к себе. Он целует её неловко, но порывисто, словно боится упустить шанс, а она застывает на мгновение, а потом отталкивает его обеими руками.

— Фу! — выдыхает она, отплёвываясь. — Меня сейчас стошнит!

— Вот это страсть! — кто-то кричит из толпы.

Лира, закрыв лицо ладонями, почти бегом срывается со сцены. Её мать спешит за ней, тщетно пытаясь сохранить достоинство. Арнольд стоит растерянный, с опущенными плечами.

— Не понимаю, что происходит, — поворачивается ко мне императрица. — Мы ведь обещали, что простим Талли и не будем преследовать её, потому что жалко её семью. Мы помогли Лире найти её истинного, почему она сбежала?

— Лучше потом вам всё объясню, — отвечаю я, косясь на довольно улыбающегося Арнольда, который кажется уже и забыл о своём публичном позоре. — Вы кое-что пропустили.

Думаю, теперь не мне будут придумывать обидные клички в академии, а Лире и её истинному.

Айрон слегка наклоняется ко мне, его дыхание обжигает кожу у уха.

— Пока все заняты, давай сбежим, Лисси. Думаю, я уже достаточно делил тебя со всеми.

— Давай, — отвечаю с волнением.