Глава 23

Я чувствую, как его член упирается мне в ногу. От этого меня простреливает новой волной возбуждения. Метка на моей ключице снова даёт о себе знать, она будто транслирует мне эмоции Айрона, его желание быть со мной.

Он жаждет меня.

— Я хочу тебя, Лисси, — Айрон озвучивает это, наклоняется, и я чувствую его горячее дыхание на своей шее, прямо над пылающей меткой. Его губы находят её, и он обводит сложный узор языком, прежде чем нежно, но собственнически прикусить.

Я вскрикиваю, прогибаясь в его руках. Это не больно, но до безумия волнующе, словно он ставит на мне ещё одно невидимое клеймо, заявляя права на то, что и так принадлежит ему.

Он не отрывается от моей шеи, его руки уже скользят вверх по талии, оттягивая лиф платья.

Мужские большие ладони находят мою грудь, и Айрон с тихим, довольным рычанием сжимает полушария по очереди.

Я чувствую жар его ладоней.

Он отстраняется от моей ключицы и смотрит на меня горящими глазами, пока его большие пальцы начинают дразняще поглаживать мои затвердевшие соски. Я снова стону, запрокидывая голову, а Айрон следит за каждой моей эмоцией, впитывает их.

Затем поднимает меня с кровати, ставит на ноги и тут же разворачивая спиной к себе. Я слышу треск ткани — он безжалостно расправляется с застёжками на моём платье. Оно падает к моим ногам бесформенной алой грудой.

Следом Айрон одним рывком срывает с себя рубашку, пуговицы летят на ковёр, и развязывает ремень на брюках.

Когда я, дрожа, оборачиваюсь, он уже полностью обнажён. Мой взгляд падает вниз, и я замираю. Вижу его член, твёрдый и напряжённый. Он больше, чем я могла себе представить.

— Я… я никогда не видела, — вырывается у меня смущённый шёпот.

Айрон делает шаг ко мне, сокращая дистанцию. На его губах играет хищная улыбка.

— Знаю. Я тебе всё покажу, моя сладкая Лисси, — говорит он, и его голос обволакивает меня, успокаивая. — Ты познакомишься с ним поближе, обещаю.

Он наклоняется и проводит кончиками пальцев по моим губам, заставляя их приоткрыться.

— Сейчас я сделаю тебя своей.

Он не спрашивает, он утверждает. Но я готова.

— Я хочу, — смущённо отзываюсь я, и этого достаточно.

Айрон подхватывает меня на руки и в несколько шагов пересекает комнату, укладывая на огромную кровать с шёлковыми простынями. Он нависает надо мной, опираясь на руки, и я вижу каждый мускул на его идеальном теле. Затем он опускается ниже, устраиваясь между моих ног. Я чувствую, как головка его члена касается входа в моё лоно, и инстинктивно сжимаюсь.

Он чувствует моё напряжение.

— Посмотри на меня, Лисси, — приказывает Айрон мягко. Я открываю глаза и тону в его взгляде. — Доверься мне.

Вместо ответа, я сама подаюсь бёдрами ему навстречу, желая этого так же сильно, как он. Моё собственное тело жаждет Айрона, жаждет этого соединения.

Он входит в меня — медленно, осторожно, глядя прямо в глаза.

— Лисси, — Айрон коротко целует меня.

Я чувствую короткий, острый укол боли, заставляющий меня судорожно выдохнуть, но боль тут же тонет в совершенно ином ощущении. Глубокое, растягивающее давление мгновенно сменяется чувством невероятной полноты.

Айрон заполняет меня собой, и это правильно.

Это идеально.

Он замирает, давая мне привыкнуть, его лоб прижимается к моему, а тяжёлое дыхание смешивается с моим.

Сначала его движения медленные, он словно изучает мою реакцию. Каждый толчок посылает по моим нервам тягучие, глубинные волны удовольствия, которые смешаны с болью.

Метка на ключице горит нестерпимым огнём, транслируя мне наслаждение Айрона, его благоговение передо мной. Это одно удовольствие умноженное вдвое.

Но нежность длится недолго.

Чувствуя мой ответ, слыша мои тихие стоны, которые становятся всё громче, Айрон теряет контроль.

Медленный, ласковый темп сменяется диким, первобытным ритмом. Он входит в меня глубоко, сильно, быстро, словно пытается слиться со мной в одно целое. Он больше не сдерживается. Его ведёт чистое желание, голод, который он сдерживал слишком долго.

Комната наполняется влажными звуками наших тел, нашими сбивчивыми вздохами и стонами.

Я цепляюсь за его плечи, царапая кожу, и полностью отдаюсь этой буре. Напряжение нарастает с каждым его толчком, превращаясь в тугой, пульсирующий шар внизу живота. Я на грани, я чувствую, как меня несёт к краю пропасти.

— Айрон, я сейчас… — закусываю губу, и волна экстаза накрывает меня с головой.

Моё тело выгибается дугой, а мышцы непроизвольно сжимаются вокруг Айрона, пульсируя.

Это становится для него последней каплей. Я чувствую, как он напрягается всем телом, и с низким, рваным рыком кончает следом за мной, глубоко внутри, наполняя меня и окончательно помечая как свою.

Айрон тяжело падает рядом со мной на спину, увлекая меня за собой так, что я оказываюсь наполовину на нём, щекой на его влажной от пота груди.

Мы лежим так несколько долгих мгновений, не двигаясь, пытаясь отдышаться. Единственные звуки в комнате — это гулкие удары наших сердец и наше сбивчивое дыхание. Воздух пропитан запахом секса, это будоражит. Я словно приоткрыла дверь в неведомый мне прежде, но такой невероятный мир.

— Я не знала, что бывает вот так… — шепчу я. — Настолько приятно.

— Может быть ещё лучше, Лисси.

— Ещё лучше? — против воли я чувствую, что во мне просыпается любопытство.

— Полегче, — Айроне смеётся, целуя меня в макушку. — Тебе нужно отдохнуть и восстановится. Не думал, что ты такая ненасытная.

— Я интересуюсь в исследовательских целях, — бурчу я смущённо, утыкаясь носом в его грудь.

— Моя заучка хочет всё знать? — поддевает меня Айрон.

Я хихикаю, шутливо ударяя его по бедру.

Айрон поворачивает голову. Мы смотрим друг на друга, и на его лице расцветает тёплая, полная нежности и лёгкого торжества улыбка. В этот момент не нужно слов. Мы всё сказали друг другу телами, душами, сердцами.

И вдруг метка на моей ключице вспыхивает резкой, почти обжигающей болью, гораздо сильнее, чем раньше. Я вскрикиваю и инстинктивно сажусь, прижимая ладонь к горящей коже.

Айрон тут же садится рядом, его лицо становится серьёзным. Он мягко убирает мою руку и смотрит на метку истинности.

— Она завершилась, — говорит он. — Теперь рисунок полностью виден.

Айрон поднимает на меня свой тёмный, горящий взгляд, в котором плещется дикое, собственническое пламя.

— Ты моя, Лисси. Моя и только моя, — произносит он, каждое слово как клеймо.

Он притягивает меня к себе, впиваясь в мои истерзанные губы. Это не нежное касание, а голодный, утверждающий поцелуй.

Айрон вторгается в мой рот, забирая остатки моего дыхания, а когда отстраняется, то мягко, но ощутимо прикусывает мою нижнюю губу.