Глава 5

Моя беда со зрением магического характера. Её можно было бы решить, будь у нашей семьи на это деньги, но с тех пор, как отец потерял большую часть источников дохода, мы весьма стеснены в средствах.

Иногда у дракорианцев в момент пробуждения магии и обретения крыльев, случаются в организмы сбои. Напасть не обошла меня стороной, и с четырнадцати лет я ношу очки со специальными линзами.

Моя мечта — после учёбы найти не красивого богатого мужа, как хотели бы многие дракорианки, а хорошую работу. Я трезво смотрю на вещи и понимаю, что все свои «хотелки» мне придётся оплачивать самой. В том числе гонорар лекарю за исправление моего недуга.

Это красивых девушек одаривают просто за сам факт их существования, за возможность быть рядом с ними. А таким как я остаётся только добиваться всего собственными силами.

К сожалению, мои очки, сломанные Лирой Талли, починить не удалось. Весь день я промаялась, чувствуя себя слепышом, а на следующее утро — благо была суббота — первым делом поспешила в Рунвиль — крохотный городок к северу от Кристальных Пик.

Академия стоит на плато, которое окружено горами. Их вершины даже в летнее время покрыты снегом. Вокруг лишь хвойный лес, да несколько речек и ручьёв.

Чтобы попасть в Рунвиль, я должна сначала пройти по дороге до конца плато, а уже оттуда, преодолев магический купол, что защищает академию, спуститься на своих крыльях вниз — к извилистой дороге, ведущей в городок.

У всех дракорианцев есть крылья — это отличает нас от людей. Когда-то их и магические способности нам дали Легенды — огромные драконы, наши прародители и создатели.

Я могла бы добраться до Рунвиля по воздуху, но с моим испорченным зрением лучше не рисковать. Я выбираю безопасность, поэтому просто потихоньку бреду по тропинке к городку, стараясь смотреть под ноги.

Звенящая тишина горного леса, прерываемая лишь криками птиц, свежесть воздуха, игра солнечных лучей в хвое — всё это действует на меня умиротворяюще.

Обычно мы посещаем по субботам Рунвиль вместе с Эби. Но сегодня она не смогла, сославшись на дела, а у меня выбора нет. Мне нужно купить очки.

Денег немного, но должно хватить. Я копила на подарок старшей сестре — она увлекается алхимией. Вот я и хотела приобрести для неё дорогой перегонный куб.

Придётся потратить большую часть средств, отложенных на подарок, но деваться некуда. Мои старые очки были со мной долгие годы, я берегла их, зная, что удовольствие не из дешёвых. Для меня не из дешёвых… Для Лиры Талли купить хоть сотню очков плёвое дело.

Крохотный городок встречает меня запахами свежего хлеба и жареных каштанов, дымком из труб и звоном колокольчиков над дверями лавок.

Каменные дома в Рунвиле невысокие с крутыми крышами. Они будто прижимают город к земле.

По улочкам, которые покрыты булыжником, неспешно прогуливаются жители — торговцы, мастеровые, женщины с корзинами. Дети бегают, весело смеясь.

Кое где мелькают знакомые силуэты: адепты академии в форменной зелёной одежде Кристальных Пик что-то покупают, заглядывают в трактир и, конечно, в зерноварни, где подают обжигающе горячий кофе.

Я иду, внимательно глядя под ноги, чтобы не упасть. Стараюсь не смотреть ни на кого, но всё равно пару раз замечаю косые взгляды. Думаю, сегодня моё письмо — тема номер один для сплетен.

Ну и пусть.

Оправу для очков я покупаю без проблем в местном магазинчике. Теперь дело за самым дорогим — линзы. Мне нужны особенные, их продают в лавке «Гервин и братья».

Лавка «Гервин и братья» выделяется среди рунвильских магазинчиков.

Огромные витрины сверкают зачарованными стеклянными шарами, внутри которых пляшут искры магии. За стеклом видно не только крохотные амулеты от головной боли и зачарованные перья, пишущие сами, но и серьёзные артефакты, вроде кристаллов для накопления магической энергии.

Я толкаю тяжёлую дверь. Колокольчик звякает, и в нос бьёт запах старого дерева и терпких палочек, которые часто жгут, чтобы приятно пахло. Посетителей довольно много, все заняты выбором товаров.

Я замечаю Арнольда Стилла — старшекурсника и отличника, который влюблён в Лиру. При виде него сразу становится не по себе. Я делаю шаг в сторону, прячась за огромное декоративное деревце, стоящее в горшке.

Раньше Арнольд при Лире часто пытался задеть меня, чтобы выслужиться, как глупый пёс, ждущий редкой похвалы от хозяйки. Сейчас Лиры здесь нет, но он всё равно может прицепиться. А ругаться настроения нет.

Парень стоит у стеллажа, внимательно читая какую-то книгу. В какой-то момент я замечаю, что он воровато оглядывается, и, думая, что никто его не видит, засовывает палец в нос, ковыряется там, а затем облизывает его.

— Фуу… — я делаю шаг назад, меня едва не тошнит, несмотря на совсем плохое зрение я уверена в том, что видела.

Арнольд резко поворачивает голову и замечает меня. Я не могу разглядеть выражения его лица, но думаю, он понял, что я всё видела.

Поспешно иду к прилавку, понимая, что спрятаться от него не удалось. Я себя выдала. Нужно купить линзы и убираться из магазина.

— Добрый день, — произношу я как можно вежливее.

Из-за прилавка поднимает голову мужчина лет пятидесяти с аккуратной бородкой и карими умными глазами — Гервин. Черты его лица я едва могу разглядеть из-за отсутствия очков, но прекрасно помню их, ведь мы с Эби бывали в магазинчике много раз.

— И вам добрый день, юная леди, — отвечает он. — Чем-то помочь?

— Мне нужны линзы для глаз, которые корректируют магический сбой.

Гервин понимающе кивает, уходит к шкафчику, а затем возвращается с аккуратной шкатулкой. Приоткрывает крышку — внутри сверкают идеально гладкие стеклянные круги с едва заметными прожилками.

— Они подстроятся под вашу оправу, какой бы она ни была, — хозяин лавки протягивает мне шкатулку с линзами, чтобы я посмотрела. — В отличие от обычных, старого образца, голова от этих линз не устаёт и не болит.

Как чудесно! Я порой мучалась дикими головными болями, такой уж побочный эффект от моих линз, а теперь не придётся. Даже не верится.

— Сколько? — я широко улыбаюсь и достаю свой потрёпанный кошелёк.

— Пара таких обойдётся в сто двадцать золотых.

Сто двадцать?!

В голове нарастает гул. У меня всего девяносто. А ведь я думала, что даже останется немного монет.

— Юная леди? — Гервин улыбается, вопросительно глядя на меня. — Упаковывать товар?

— Давай скорее, — раздаётся позади меня раздражённый и очень знакомый голос. — Плати уже и иди. Я опаздываю, меня друзья ждут.

— Подождите… извините… — я немного теряюсь от неловкости ситуации, но быстро беру себя в руки. — Это слишком дорого для меня. Может быть есть подешевле? Можно линзы без нововведения, которое помогает от головных болей, я привыкшая к простым.

Голос всё равно предательски вздрагивает.

— Великие Легенды… — раздаётся презрительный и очень громкий шёпот Арнольда Стилла. — Может быть сразу стоило пойти в комиссионный магазин? Сто двадцать золотых в наше время — гроши, жалкая мелочь, на которую даже приличный артефакт не купишь.

Я затылком чувствую, что недовольный старшекурсник закатывает глаза. Щёки заливает румянцем. Он точно будет мстить за то, что я увидела, как он ел козявки.

Буэээ… даже мысль об этом вызывает отвращение.

— Боюсь, что мы закупаем только современные модели, и цена одна из самых низких в Андраксии, — сочувственно произносит мистер Гервин. — Могу сделать небольшую скидку. Отдам за сто десять, милая мисс.

Мистер Гервин очень добрый, но мне всё равно не хватает золота.

Я оглядываюсь и, как назло, вижу, что позади меня начинает собираться толпа. Очередь растёт. Только что же никого не было! Все явно недовольны моей медлительностью.

Как же так? Почему цены настолько выросли? Я давно не покупала линзы, поэтому я и не знала, что они стали настолько дорогие.

Делаю глубокий вдох, ощущая всё большую неловкость и стыд. Собираюсь отказаться от линз и отступить, но в этот момент меня толкает в спину Арнольд:

— Нет денег, так отойди!

Я подаюсь вперёд, не сумев устоять на ногах, хватаюсь руками о стойку прилавка и задеваю локтем стеклянный шар, стоящий сбоку. Он срывается вниз, звякнув напоследок. Я лишь успеваю панически вдохнуть побольше кислорода и тихонько вскрикнуть.

Шар с оглушительным звоном разлетается на сотни маленьких осколков, синяя жижа, которая была внутри него, заливает пол.

— Какая же ты клуша, споткнулась на ровном месте, — выплёвывает Арнольд Стилл со злорадством.

Я оборачиваюсь, пылая гневом:

— Ты толкнул меня! Как ты мог?! Из-за тебя шар разбился.

— Я? Тебя? Не правда. Я просто стоял. Не нужно оправдывать свою безалаберность. Шар, кстати, стоит двести золотых монет, — старшекурсник указывает на ценник, который валяется в синей жиже.

Я моргаю, силясь разглядеть, и сердце уходит в пятки. На ценнике огромными буквами действительно написано: две сотни золотых.

Ужас сжимает горло, дыхание сбивается.

Двести золотых… это сумма, о которой я могу только мечтать. Я свои жалкие монеты копила почти полгода, откладывала, экономила даже на еде, чтобы купить сестре подарок.

Внутри разливается острая паника: как я заплачу? Что со мной будет дальше?

Сейчас я особо остро ощущаю на себе липкие взгляды окружающих меня дракорианцев.