ГЛАВА 24. Дэвид

– Да, я умею готовить.

Девчонка позволяет себе усмехнуться и дерзко задрать свой подбородок. Её глаза темнеют вслед каким-то мыслям. И почему-то мне кажется, что они ничуть не безобидные. Или я просто настолько озабоченный и испорченный, что в каждом её жесте мне чудится пошлый намёк.

Я попался на её крючок. Она пробудила во мне развратного и одержимого ею мужчину.

Один её влажный взгляд – и из-под моего костюма «Армани» вылезает альфа-самец, неандерталец. Пещерный человек, одержимый лишь одним инстинктом – заклеймить свою самку. Хочется заявить на неё права, подмять и сделать своей.

Я никогда не был святым. Ад пуст, все бесы здесь…

Но она пробуждает во мне воистину низменные желания.

Низменные и низкие.

О да, блять, неприлично низкие.

В моих фантазиях я наматываю её чёртовы толстые косички на кулак. Притягиваю к своему пульсирующему члену. Натягиваю её маленький горячий ротик на ствол. Трахаю его так, что слюни текут влажной дорожкой по подбородку.

А потом бы я протаранил её киску. Вонзился до самой матки, обхватив дерзкую попку, и трахал сладкое лоно до тех пор, пока не убедился бы, что я – единственный, о ком она мечтает.

Я забыл, что такое спокойно спать по ночам. Я только гоняю мысли о том, что она не прочь предаться грязному разврату.

И я делаю это с ней. От заката до рассвета.

Только мысленно, разумеется. Ведь она – дочь моего друга. Его малышка…

– Что ты умеешь готовить, Кристина?

– Кристиан! – поправляет она меня, надув губки. – Моё имя Кристиан. Это потому что…

– Я в курсе, – резко обрываю её. – Вернёмся к ужину. Что ты умеешь готовить?

– Я должна сказать прямо сейчас? – удивляется она.

О, думаю, она хотела зацепить меня одной фразой про ужин. Но я уверен, эта белоручка не умеет готовить ни черта. Убеждён, что она заказала бы ресторанной еды и разогрела её в микроволновой печи перед моим приездом.

– Да. Прямо сейчас…

Я позволяю себе потерзать её. Мысленно. Смакую каждый момент её смущения. Малышке хочется быть грязной для меня. Но по сути она ещё совсем девчонка. Да, в ней есть убийственная сила женского притяжения. Но она сочетается с наивностью и искренностью.

Пьянящий коктейль. Адская смесь. Едва распробовав которую, чресла начинают пылать, и дым валит из ушей. Мои яйца полны так, что можно забить все полки банка спермы доверху моим плодоносным семенем.

– Я могу пожарить… мясо.

– Утверждаешь, что приготовишь стейк? Мясной стейк? Хм…

Осматриваю её сверху донизу скептически. Под моим взглядом она вытягивается по струнке и почти перестаёт дышать.

– Да. Я могу. Правда, могу… Так что насчёт стейка?

– Хорошо. Валяй. Но учти… Я люблю сочно.

Её щёки начинают полыхать. И уши тоже. Дьявол, о чём она думает в этот самый момент, когда заглядывает в мой рот так, как будто мечтает впиться в него поцелуем и грязно пососать мой язык?

Неужели она… хочет того же, что и я? Прямо сейчас…

Да. Хочет. Уверен. Знаю.

Мокрые ли её трусики? Наверняка. Ведь эта девчонка попробовала на вкус мужскую ласку и теперь грезит о продолжении.

– Что-нибудь ещё, сэр?

Не знаю, чего я хотел, добиваясь, чтобы она обращалась ко мне официально. Меньше минуты назад она говорила мне «ты». Но сейчас резко переключилась на официальное обращение. И от того, как она раскатывает языком букву «р-р-р-р» в своём ротике, у меня начинается помутнение рассудка.

– Нет. Свободна.

Она встаёт и поправляет юбочку, улыбается мне кротко, прося:

– Может быть, вы захватите вина к ужину, мистер Коэн? Говорят, что к мясу хорошо подходит красное…

Я придвигаюсь к ней со скоростью цунами. Она взвизгивает испуганно, когда я зажимаю её локоть в тиски пальцев. Наклоняюсь к лицу девчонки. Ноздри хищно втягивают аромат ванили и цветочной пудры. Дурная смесь. Девчачья абсолютно… Но ей так идёт. Хочется облизать её всю. Особенно между стройных ножек.

– Пошла вон. Живо. Забудь про вино. Тебе ещё не исполнилось двадцать один!

– Даже мой отец не так строг!

– А я тебе не отец, – рычу в её губы голодным зверем. Одержимым. Неконтролируемым. Едва держусь.

– И слава богу! – выдёргивает локоть из моего захвата. Отходит на пару футов от меня и дерзко заявляет: – Хотя по возрасту ты вполне мог бы им быть. Ты же такой…

Старый? Хочет сказать она? Да, млять, мне уже тридцать семь полных лет. Исполнится тридцать восемь через две недели. И если бы меня спросили, какой подарок я хочу получить на свой день Рождения, я бы заказал эту крошку. Обнажённую. С бантиком поверх половых губок.

– Взрослый, опытный мужчина, – заканчивает, одаривая меня говорящим взглядом с бесовщинкой в тёмном взгляде. – До вечера. Встретимся за ужином, Дэйв…

Когда-нибудь она сведёт меня с ума.

Я падаю в кресло, лишённый всяких сил. Только член готов трудиться без устали. Я обречённо спускаю брюки и обхватываю толстый ствол, вспоминая первую встречу с этой красоткой.

Если бы я знал, чем это обернётся… Ушёл бы? Нет… Я бы не смог бросить крошку в беде.

Снова бы спас её и попался на крючок малышки, годящейся мне в дочери.