9

Элеонора

Пожалуй, будь моя матушка жива, она велела бы мне держаться от герцога Кейма как можно дальше. И дело даже не в его пугающей репутации, а в том, какие идеи приходили в голову этому мужчине.

Каждая была продумана и высказана уверенным и спокойным голосом, но оттого не могла стать менее непристойной, возмутительной или ошеломляющей.

Адриан делал мне предложения одно за другим, и каждое из них шокировало. Ведь в мою голову просто не пришло бы подобной мысли.

Но самым интересным стало то, что каждый раз, когда Адриан делал мне предложение, я думала, что никогда не приму его, а после принимала.

Вот и в этот раз, выслушав новый план, я подумала, что звучит он как то, что может сработать, и, вместо того чтобы бежать прочь, ответила:

— Я думаю, нужно попытаться.

И после произнесенных слов опустила глаза на свои руки, чувствуя, что краснею от одной мысли, как именно мы будем пытаться.

— Элеонора, это будет всего лишь игра, тебе не о чем волноваться, — прервал он затянувшуюся тишину.

Адриан умел держаться уверенно, рядом с ним я всегда неосознанно заражалась этой уверенностью и спокойствием. Рядом с ним казалось, что все осуществимо и правильно.

Но я была научена горьким опытом: стоит мне оказаться одной, и все начнет выглядеть совсем по-другому.

— Я понимаю, — подняла глаза. Мой ответ прозвучал не менее уверенно, чем было высказано само предложение.

В конце концов, что я теряю? За последнее время произошло столько вещей, что высказанный план не должен меня тревожить.

Адриан предложил фиктивную сцену страсти с поцелуем. Расчет был на то, что воспоминание будет достаточно ярким для меня. И когда королева залезет в мою голову, увидит именно то, что мы желаем показать.

От мысли, что придется целоваться с Адрианом, тело моментально кидало в дрожь. Я знала, что Кейм хорошо умеет себя контролировать, а вот мне приходилось сложнее.

У герцога не было чувств, но у меня были! И такая сцена запросто могла их ранить. Я старалась отталкиваться от идеи, что все это ради Пэгги, ради того, чтобы найти преступника, но внутри все странным образом трепетало от воспоминаний о нашем первом поцелуе.

И не успела я все хорошо обдумать и взять себя в руки, как Адриан взбудоражил меня снова, сделав еще одно заявление:

— Маргарет необходимо взять с собой, — сказала он. И когда я готова была уже сказать свое решительное «нет», добавил: — Если все пройдет не как должно, в свет мы больше не выйдем. Поэтому лучше представить ее аристократам на охоте. Возможно, она привлечет чье-то внимание, и уже наутро к нам придут женихи.

И снова заявление выбило почву из-под ног. Его слова шокировали, но я не могла не признать, что они были логичны.

Адриан обладал удивительным даром убеждения, всего пара слов, и я уже верила, что новое отталкивающее предложение — необходимость в нашей ситуации.

— Но мы не сможем ее представить, у нас ведь приглашение на двоих, — напомнила я. Я действительно была бы рада выдать сестру замуж и избавиться от нее. Но была бы не менее счастлива, если бы в этот важный день Маргарет не было рядом.

— Как твою компаньонку, — спокойно сказал Адриан, словно уже все продумал.

Конечно, как незамужняя дама я имела право привести с собой сопровождающего на любой прием. Вот только компаньонкой обычно выступала женщина средних лет, достаточно образованная или знатная, например, тетя или, в крайнем случае, бывшая нянюшка. Зачастую вместо компаньонок с незамужними дамами выходили в свет их старшие братья, отцы, старшая сестра или матушка. Бывали случаи, когда вместо компаньонок молодых леди сопровождали бабушки.

Зачастую компаньонка следовала за своей подопечной и в дом будущего супруга. Ее присутствие — гарант того, что юная леди не совершит непоправимых ошибок до свадьбы.

Когда я в первый раз выходила в свет, не было надобности искать компаньонку. На все выходы, балы и приемы меня сопровождала матушка, а бывало, и отец.

Также не было надобности в компаньонке и после заключения помолвки. Я не переезжала в дом будущего супруга и лишь только после свадьбы должна была стать полноправной хозяйкой владения.

Когда я осталась одна, надобность в компаньонке была исчерпана. Обычные женщины, швеи, камеристки, поварихи или целительницы, не беспокоились о том, что скажет высшее общество, если они останутся с мужчиной наедине.

Да и что можно сказать о женщинах, у которых род деятельности связан с облуживанием богатых аристократов, зачастую мужчин? Впрочем, в высший свет обычным женщинам не выходить, поэтому мы могли себе это позволить.

После предложения Адриана я также не нуждалась в компаньонке. К чему она мне, если я играю роль любовницы? Да и строить святую деву было весьма глупо при моей-то репутации.

Я не могла себе представить, как предполагаемая компаньонка прячется где-то в кустах, краснея за свою подопечную, пока мы с Адрианом обмениваемся любезностями ближе, чем предполагает наше с ним положение.

— Младшая сестра никак не годится на роль компаньонки, — сказала я, — это неприлично.

После моей последней фразы Адриан усмехнулся. Это задело и рассердило меня.

— Элеонора, все, что мы делаем, неприлично, — с усмешкой сказал он. — Младшая леди Фокс уже живет здесь, а значит, существует необходимость это оправдать. Она должна дебютировать. Таким образом, убьем двух зайцев одновременно на этой охоте. Тебе ведь не терпится от нее избавиться?

Я сильно прикусила щеку. Как мне не хотелось куда-то ехать с Маргарет.

— А если она сделает нечто, что только навредит нам? — спросила, зная, что от сестры можно ожидать чего угодно.

— Я донесу до нее, что такой поступок будет крайне невыгодным ни для нее, ни для Фабии.

У Адриана был подготовлен ответ на любой вопрос. Я вздохнула, окончательно сдавшись.

— Ты даже не представляешь, как я хочу, чтобы она скорее уехала, — честно сказала я, рассматривая ковер в покоях герцога.

Он был однотонным и серым. Как и все в покоях Адриана. Я подумала, что уют создают детали. А здесь были пустые прикроватные тумбы, однотонные занавески, чистое зеркало без изысков в обычной деревянной раме. Здесь все казалось нежилым. И я не могла назвать покои красивыми, даже несмотря на то, что все было сделано из дорогого белого дерева.

Только не заправленная кровать выбивалась из вида. Она единственная говорила о том, что здесь кто-то живет.

Впрочем, я отметила еще одну интересную деталь. Здесь были брусья, на которых, я могу предположить, Адриан занимался.

Адриан ведь долгое время не мог ходить, и наверняка ему приходилось тренировать мышцы. Именно из-за этого у него были слишком накачанные для аристократа руки.

— Нам предстоит быстро собраться, — сказал Адриан и встал с кресла, вырывая меня из мыслей. Я подняла глаза, не представляя, что еще могу услышать. — Купим вам с Маргарет новые шляпки, — спокойно добавил он.

Элеонора

Адриан Кейм умел тратить деньги. Лишившись родителей и оказавшись в крайне затруднительном положении, он не только не потерял состояние, которое осталось, но и смог его приумножить.

Про таких людей, как герцог, говорят, что они дельцы. Будь мой отец жив, он бы лично пожал за это Кейму руку.

Несмотря на то, что после пожара Адриан приобрел ужасающую репутацию, потерял часть состояния и лишился благосклонности короля, он смог построить отличную деловую репутацию.

Сложно представить, через что ему пришлось пройти. Ведь заниматься делами пришлось в инвалидной коляске, без помощи родителей или друзей.

С момента нашего знакомства я не могла не отметить, что Адриан большую часть времени проводил в кабинете, где, несомненно, занимался делами.

Помнится, когда он читал договор Римуса, прекрасно сориентировался в нем, что говорило о грамотности герцога относительно таких моментов.

Я не могла отрицать и того факта, что Адриан знал цену деньгам и умело ими руководил. Но его решение прикупить пару аксессуаров для моей младшей сестры заставляло засомневаться, что Адриан отдавал отчет в своих тратах.

Его решение приобрести для Маргарет шляпку и пару мелочей разозлило меня. Возможно, Кейм относился к тому типу мужчин, которые были весьма щедрыми на подарки женщинам. Но одно дело, когда он делал подарки мне как невесте или, как было до этого, любовнице, а совсем другое — моей сестре…

Возможно, Адриан, что-то уловил в моем взгляде.

— Тебя что-то огорчает? — прямо спросил он. Я и сама не знала, что меня так огорчает, поэтому сказала первое, что пришло в голову.

— Я думаю, что и так задолжала тебе. Ведь мои услуги явно не стоили тех денег, которые были истрачены. А теперь еще и Маргарет. Она обойдется и без шляпки! — я решительно посмотрела на Адриана, он хмыкнул.

— Элеонора, тебе не стоит переживать, я ведь изначально сказал, что все подарки останутся у тебя. Это не долг.

— Но мне не нужно столько подарков, — решительно сказала я. — И Маргарет они не нужны. Самое важное для меня — это помощь Пэгги…

— В таком случае, я должен отметить, что делаю тебе подарки прежде всего ради собственных целей. Поверь мне, эти траты незначительны, по сравнению с эффектом, который они могут дать.

Адриан внимательно посмотрел на меня, я даже стушевалась под этим взглядом.

— Эффектом? — переспросила я.

Эффект от новой шляпки Маргарет? Изначально я подумала, что Адриан решил с помощью красивого аксессуара привлечь внимание потенциальных женихов для Маргарет.

Но, оказалось, планы Адриана были более приземлёнными, чем женихи, падающие от неземной красоты моей сестры в новой шляпке.

— Аристократы чаще судят по деньгам. Совместный поход и пара покупок впечатлят их больше, чем наши хорошие манеры и даже дружелюбные улыбки. Возможно, мы встретим кого-то в лавке. Пойдут слухи. Нужно использовать все методы, — сказал он. Я кивнула, ведь была согласна. Даже стало стыдно, что я усомнилась в способности Адриана распоряжаться собственными деньгами.

После того как мы расстались, я лично сообщила сестре о совместной поездке в лавку.

Маргарет решение Адриана порадовало. Она была вне себя от счастья, что еще больше меня разозлило.

Изначально я писала письмо Маргарет, чтобы впервые защитить себя. Но на данный момент чувствовала себя как в ловушке.

Особенно когда мы сели в карету.

— Ах, ваша светлость, вы так галантны, — пролепетала она, краснея и потупив взор.

Герцог помог Маргарет взобраться, а она вела себя так, словно он ее на руках принес. Успокаивал меня только Адриан, который словно бы и не обращал на все этих охи и вздыхания внимания.

— Леди, думаю сейчас лучшая пора, чтобы обсудить правила вашего поведения на завтрашней охоте, — сказал Кейм, когда карета двинулась.

— Это замечательная идея, ваша светлость. Уверена, у вас есть дельные советы для выхода в свет, — сказала младшая сестра, и я начала бороться с желанием вышвырнуть ее из кареты на ходу. Подхалимка!

— Отнюдь, леди, учить вас выходу в свет я не буду, уверен, что справитесь и без меня, — так же спокойно сказал Адриан, отчего Маргарет замерла. — Я думаю, вы отдаете себе отчет, что на охоте должны тщательно подбирать слова и вести себя крайне прилично, исходя из нашего положения.

Маргарет сделала серьезное лицо и согласно кивнула. Она выглядела как человек, который понимает последствия. Но я сомневалась, что она действительно желала поправить наше с Адрианом положение.

— Что ж, тогда я скажу пару слов о том, какие последствия будет иметь этот вечер, если вы решите проявить худшие свои качества. Начнем с того, что брать вас на охоту — это риск. Ведь в моих глазах вам совершенно нельзя доверять.

Элеонора

Адриан посмотрел на Маргарет, вскинув бровь, та расширила глаза, словно была удивлена. Возможно, на самом деле была. Ведь и меня вначале поражала манера герцога говорить прямо.

— Вам нельзя доверять, — добавил он.

— Но, ваша светлость, это в моих интересах…

— Я не знаю, насколько ваши интересы далеки от интересов вашей тети. Остается лишь догадываться, — резко прервал Адриан, отчего Маргарет побледнела и поджала губы. Она явно не ожидала, что разговор примет такой оборот. Мне стало интересно, что скажет Кейм дальше. — Поэтому я сразу начну с последствий. Если вы сорвете этот выход в свет, это никак не повлияет на мою решимость вернуть Элеоноре ее наследство. Вы это понимаете?

Маргарет молча кивнула, и Адриан продолжил:

— Напротив, я буду очень зол. А значит, приеду к Фабии в дурном настроении, — скучающе сказал он. — Настолько дурном, что, если окажется, что проблемы с наследством есть, я не только верну его законной владелице, но и позабочусь о том, чтобы тетя моей жены понесла заслуженное наказание. Думаю, за мошенничество ее посадят в темницу, но вы ведь не желаете попасть в темницу?

Адриан замолчал и посмотрел на Маргарет.

— Нет, — сказала та и снова вздрогнула.

— Возможно, и не попадёте, — пожал плечами Адриан. — Если вы непричастны. Но даже в таком случае участь ваша будет незавидной. Ведь я окажусь единственным опекуном. Встанет вопрос о вашем замужестве, леди Маргарет. Но так как доступа в высший свет у меня не будет, выбор женихов станет ограничен. Придется выдать вас за первого, кто будет готов жениться. И неважно, насколько он будет беден или стар, главным для меня станет пристроить вас в этой жизни. Ведь после подобной выходки жить с вами мне будет весьма неприятно.

Маргарет испуганно захлопала глазами, вот теперь я видела, что она не играет. Адриан не сказал ничего удивительного, просто объяснил последствия. И это имело больший эффект, чем если бы я взялась угрожать младшей сестре.

— Я не враг себе, — неожиданно сказала она, — и мои слова о скандале с тетей правда. Я действительно хочу замуж и вести себя буду как подобает.

Слова сестры звучали твердо, но я знала, что она хорошая актриса, и даже сейчас не могла ей доверять.

Адриан так же внимательно вгляделся, а после кивнул.

— Вскрывать чужую почту весьма некрасиво, леди Маргарет, это ставит ваши слова под большое сомнение. Разве можно доверять тому, кто читает чужую корреспонденцию? — спокойно отметил он. Она слегка дернулась и опустила глаза.

Маргарет надула губы, хотя и старалась не терять лица. Думаю, в тот момент она испугалась, что не увидит ни шляпки, ни веера, а вместо этого будет высажена на обочине и пешком пойдет к Фабии.

К слову, такой вариант развития событий меня порадовал бы.

— Я обещаю, что не подведу. Ваша светлость, я умею вести себя как полагается. На охоте вы убедитесь, что мне можно доверять, — сказала она. Я не выдержала и фыркнула, чем привлекла внимание Адриана и Маргарет.

— Я всецело полагаюсь на тебя, — сказал Кейм, и только по взгляду я поняла, что обращается он ко мне. Это удивило как меня, так и Маргарет, которая заморгала. — Леди Маргарет, вам во всем следует слушать сестру. Каждое ее слово должно быть беспрекословно исполнено.

Тут заморгала не только Маргарет, но и я. А после посмотрела на сестру, которая надула губы.

— Как прикажете, — сказала она, стараясь выглядеть спокойной. Маргарет не привыкла, чтобы ее сравнивали со мной не в ее пользу.

Я почувствовала удовлетворение, ведь несмотря на то, что она появилась в моей жизни, это все ещё моя жизнь.

Остаток дороги мы все предпочли провести молча. Каждый был в своих мыслях. Адриан задумчиво смотрел в окно, а Маргарет, должно быть, размышляла о последствиях.

Если ей и были выданы указания от тети, то после такого она точно задумается, стоит ли претворять чужие планы в жизнь.

Сестра оживилась, только когда мы подъехали к знакомой лавке.

Адриан снова помог нам выйти, сперва Маргарет и затем мне. И здесь мне снова пришлось отметить, насколько герцог дальновиден. Ведь стоило выйти, я натолкнулась глазами на знакомую фигуру. Что же, эта поездка не обошлась без встреч, вот только эта Кейма не порадовала. Это я поняла по тому, как сжались руки на трости.

Пожалуй, если Кейм и надеялся на публику, которая оценит его широкий жест и высокие траты, то только не на лорда Генри.

Он только вышел из лавки и явно куда-то спешил. Казалось, он не заметит нас. Но неожиданно порыв ветра сорвал шляпку с Маргарет.

Не успела она вскрикнуть, как шляпка была поймана Дернли. Он удивленно посмотрел на нас. А я подумала, что Маргарет сделала это специально. Не иначе! Эта хитрая лиса применила магию, ведь поверить в летающие шляпки было слишком сложно!

Маргарет же казалась невозмутимой, она улыбнулась Генри, который в это время смотрел на меня и Адриана.

— Ох, вы так любезны! — густо покраснела она, применив все, чему научила ее матушка. Томно вздохнула, опустила глаза. А после скоро их перевела.

К тому моменту у меня не осталось и сомнений, что Маргарет схитрила. Бедный Генри! Он и не представлял, чьей добычей ему довелось стать.