Глава 12. Семейство Винклер

— О, боги моря! — вскричала леди мегера истошно. — Когда же это прекратится?!

Сегодня Вика была солидарна с гувернанткой. Карету минут десять бросало то вверх, то вниз в кромешной тьме. Девочка вцепилась в поручень так, что заболели пальцы. Но никогда бы не призналась, что напугана. Особенно в присутствии леди мегеры.

Накануне Вика расспросила белокурую подружку о «переправе». Жилые участки моря тянулись на сотни километров. Колдуны добирались от одного к другому тремя способами: на кораблях по воде, на каретах по магическим дорогам и через порталы. Последних насчитывалось около трёх десятков. Благодаря «переправам» колдуны могли запросто проскочить пару дюжин участков и оказаться на другой стороне моря. Длинные переходы времени занимали значительно больше. Точь-в-точь, как сейчас.

— Меня тошнит, — застонала гувернантка и громко икнула.

Вика поморщилась. Только этого не хватало!

Но, к счастью, карета подпрыгнула ещё лишь раз и загрохотала по ровной дороге. Едва вернулся свет, девочка приклеилась к окну. Она слышала, в Радужной лагуне невероятно красиво. Звездная дорога спускалась к большому острову, утопающему в зелени. Однако замки, возвышающиеся на нём, напоминали кукольные домики. Слишком приторные, игрушечные: цветные крыши, узорчатые рамы на окнах. В «Жемчужной короне» сразу чувствовалось величие. Не то, что тут.

Дворец семейства Винклер занимал больше территории, чем любой другой местный замок. Выйдя из кареты, Вика скривилась. Первое впечатление о доме матери усугубили золотые фонтаны и расхаживающие туда-сюда павлины. Начищенная до блеска лестница, ведущая к главному входу во дворец, была прозрачна, как слеза. Внутри каждой ступени лежали драгоценные камни. Хозяева жаждали похвастаться богатством.

— Мне тут точно не поздоровится, — угрюмо шепнула Риа, кивнув на слуг, выстроившихся в ряд на лестнице. Они напоминали солдат на посту. Лица каменные. Роботы, не люди.

Леди мегера расплылась в довольной улыбке и зашептала под нос что-то о добродетелях местной прислуги. Леди Деметра восторга не выказывала. Ей не пришлось по вкусу, что никто не потрудился встретить гостей. Пришлось шагать по многочисленным ступеням самим. Но благородная леди — на то и благородная леди. Поджала губы на миг и нацепила на лицо величественно-снисходительное выражение.

Наверху двое слуг распахнули двери, и гости попали в просторный холл, оформленный под морское дно. Волнистые зелено-синие стены плохо сочетались с ярко-желтым полом. Нарисованные ракушки и кораллы выглядели чересчур вычурно. И все же Вика залюбовалась декорациями, ей нравилось все, связанное с морем.

Хозяева ждали возле фонтана с китами. Правда, не в полном составе.

— Приветствую, леди Ларье, — навстречу выступил высокий седеющий мужчина с холёным лицом и внимательными глазами болотного цвета. — Добро пожаловать в мой дом. Доминика присоединится к нам позже.

Себастьен Винклер не счёл нужным приветствовать остальных гостей. Даже контролёра Пьера Лики. Вику отчим и вовсе не заметил, словно девочка — пустое место. Леди Деметра быстро потеряла интерес к зятю, внимательно посмотрела на мальчика позади Винклера. На вид ему было лет четырнадцать-пятнадцать. Глаза точь-в-точь, как у отца. На бледной физиономии застыла кислая мина, словно слизняка проглотил.

— Вы же помните моего сына Престона, — слащаво улыбнулся Винклер, вытащил мальчишку вперёд и похлопал по плечу.

— Разумеется, — ответила леди Деметра, подавая руку для поцелуя.

Престон опешил, но отступать не рискнул. В отличие от отца, он не умел скрывать истинных чувств. Глаза засверкали от гнева. Едва дама отвлеклась, мальчишка покосился на Вику и злобно ухмыльнулся. Мол, еще сочтемся.

Насколько она отвратительна Престону, девочка выяснила через пару часов. В дверь крохотной комнатки, которую ей выделили в доме матери, постучала служанка — загорелая девушка лет на пять старше самой Вики.

— Леди Ларье, — проговорила она, кланяясь. — Госпожа велела проводить вас в сад. Возьмите прислугу. Она вам понадобится.

— Госпожа, — эхом повторила Вика, сообразив, что речь о Доминике.

От страха задрожали коленки. Но не прятаться же от матери. Девочка всё равно не знала, чем себя занять. Ни леди мегера, ни магистр Томас не объявлялись. Из белокурой подружки собеседник сегодня получался никудышный. Риа боялась в замке всего и вся. Связываться с Микой рано, она в торговом центре. Вика вообще не горела желанием общаться с сестрой после вчерашнего разговора.

— Поторопитесь, леди, — проговорила служанка строго. — Госпожа не любит ждать.

— Идём, — велела Вика подруге. При посторонних она обращалась с ней, как с прислугой.

Риа печально вздохнула и засеменила к двери, спрятав руки под накрахмаленным фартуком.

Служанка вела девочек по коридору вдоль открытых окон. Не столь многочисленных, как в «Жемчужной короне». К запаху моря примешивался терпкий цветочный аромат. Вика мысленно репетировала предстоящий разговор. Пыталась угадать, о чём Доминика спросит, какого ответа будет ждать. Плохо, что Мика отказалась рассказывать о матери. Вика понятия не имела, как себя вести.

Реальность оказалась хуже любых страхов. В саду, заросшем кустами роз, девочек поджидала вовсе не Доминика Ларье Винклер. Возле статуи бронзовой русалки стоял довольный собой Престон.

— Убирайся, — приказал он служанке.

Девица сделала реверанс и поспешила прочь. Вика сложила руки на груди. Всё ясно. Мать никуда ее не приглашала, из спальни обманом выманил мальчишка. Но зачем?

— Значит, ты и есть лесная уродина? — издевательски поинтересовался Престон, наслаждаясь собственной находчивостью и остроумием.

Но он не знал стоявшую перед ним девочку. Дома над Викой слишком часто издевались другие дети. Да, она — не мастер давать сдачи кулаками, но словесно отвечать обидчикам научилась с пелёнок.

— Уродина? — переспросила она невинным голосом. — Значит, ты такой считаешь мою мать? Я ведь на неё похожа.

Риа хмыкнула, Престон, пойманный в ловушку, побагровел от злости, аж левый глаз задёргался.

— Берегись, — процедил он и прищурился. Но посмотрел мимо Вики.

Девочка не сразу сообразила, что гадкий мальчишка колдует, а, когда поняла, стало поздно. Волна тёплого воздуха прошла рядом и ударила в белокурую подружку. Риа судорожно вздохнула, а потом…

— Гав! — громко сказала она. — Гав-гав-гав!

Бедняжка испуганно зажала себе рот, а Престон расхохотался.

— Вот, умора! — он подпрыгивал от восторга, показывая пальцем на заколдованную служанку.

Вика сжала кулаки и шагнула к мальчишке. На ней негодник практиковаться не рискнет. Одно дело — заставить лаять чернь, совсем другое — дочь мачехи.

— Расколдуй её! — потребовала Вика сурово.

Престон подарил высокомерную ухмылку.

— Сама расколдовывай, — предложил он снисходительно и показал пальцем на звезду мастера фантазий на Викиной шее. — Ты ж такая талантливая.

За спиной отчаянно заскулила Риа. Как настоящий напуганный щенок.

— Расколдуй! — повторила Вика настойчиво, убрав кулон под платье. — Иначе…

— Иначе что? — перебил Престон. В болотных глазах засверкало превосходство.

Девочка не знала ответа. Колдовать она не умела. По крайней мере, осознанно. Любая попытка взмахнуть рукой могла превратить сводного братца в таракана или подбросить метров на пять. Объясняй потом, что не хотела калечить.

— Так и знал, что слабо, — обрадовался Престон. — Пускай служанка такой и остаётся. Она у тебя уже собачонка.

Мальчишка допустил огромную ошибку. Вика рассвирепела вмиг, позабыв об осторожности. Она обошлась без колдовства, но со всей силы толкнула неприятеля в грудь. Не ожидавший рукоприкладства Престон нелепо качнулся и завалился на спину. Вика не дала ему опомниться. Уселась сверху и замолотила кулачками по груди.

— Гадкий! Гадкий! — повторяла она, пока Престон безуспешно прикрывался руками.

Позади отчаянно лаяла Риа, призывая разбушевавшуюся подругу к благоразумию.

Но тщетно. Вика лупила и лупила паразита, пока не оглушил властный женский голос:

— Что здесь происходит?!

— Помоги! — истошно завопил Престон.

Вика обернулась, но ничего толком не разглядела. Наглый мальчишка воспользовался моментом и предательски ударил её кулаком в плечо. Девочка вскрикнула и плюхнулась на бок.

— Немедленно встаньте! — последовал новый приказ.

Вика, морщась от боли, повернула голову.

В дверях стояла Доминика Ларье Винклер в бирюзовом платье в пол. Густые чёрные волосы украшала россыпь жемчуга. Мать была такая же красивая, как на портрете в игровой, хотя и старше. Впрочем, выглядела она лучше и здоровее, чем заколдованный Николас.

— Я сказала — встать!

Вика в ужасе поняла, что приказ относится к ней. Престон успел подняться и с мерзкой улыбочкой взирал на противницу. Он не сомневался, что ему не попадёт.

— Что здесь случилось? — поинтересовалась Доминика жестко. — Престон?

Риа не преуменьшала. Мать напоминала снежную королеву. Взгляд холодный. В яркой зелени глаз того гляди отразятся настоящие кристаллы льда.

— Мама, Микаэла на меня напала, — пожаловался мерзкий мальчишка.

Вика ахнула. Нет, девочку не удивило, что Престон свалил на неё вину. Иного она не ждала. Потрясло, как он назвал Доминику. У него было больше прав на эту женщину, чем у них с Микой!

— Не хочешь объясниться, Микаэла?

Вопрос прозвучал безразлично. Мать не интересовал ответ.

— Престон врёт! — объявила Вика всем назло. — Он первый…

Девочка не договорила. Доминика размахнулась и звонко ударила дочь по лицу.

— Ты посмела обвинить Престона Винклера во лжи? — спросила она яростно.

Вика попятилась. На глаза навернулись слёзы. Не от боли или обиды. От неожиданности. Дома на неё никто не поднимал руку. Никогда!

— Посмела, — проговорила она звенящим голосом. Злость предала храбрости. — От своих слов не отказываюсь. Престон заколдовал мою… мою служанку.

Мать скользнула ледяным взглядом по лицу белокурой девочки — розовом от стыда. Риа не шевелилась, будто в памятник превратилась.

— Не похоже, — бросила Доминика свысока. — Если Престон, конечно, не собирался её обездвижить.

— Нет, — мотнула головой Вика. — Риа лает.

Престон странно крякнул, а Доминика скривилась.

— Ну-ну, — пробормотала она многозначительно и повернулась к пасынку. — У тебя опять не получилась собака? Когда ты научишься концентрироваться?

Негодник не ответил. Пялился в пол, изображая пай-мальчика.

«Значит, и тебя можно поставить на место», — мстительно подумала Вика.

И зря. Доминика вновь переключилась на неё.

— Ты разучилась колдовать? — поинтересовалась ядовито. — Или бездарь Томас ничему не научил? Только так можно объяснить, почему ты выясняешь отношения кулаками.

Сердце Вики затрепетало. Неужели, догадается?

— Мама, Микаэла выпендривается, — добавил масла в огонь Престон. — Носит звезду. Но ей рано. Она не настоящий мастер фантазий.

Зеленые глаза Доминики заблестели от ярости.

— Снимай. Сейчас же!

Вику изумило требование. Но подчиниться она не могла.

— Звезда не снимается.

Мать не поверила. Протянула руку к кулону. Вика попробовала вывернуться, отлично зная, что последует дальше. Однако ловкие пальцы схватили цепочку пресловутого украшения. На мгновение. Доминика вскрикнула от боли, и в ужасе уставилась на дочь. Её, как недавно белокурую подружку, ударило током.

— Я же говорила: звезда не снимается! — Вика отскочила в сторону. — Я не лгунья в отличие от…

Она запнулась.

Ложь! Снова и снова.

В последние несколько дней девочка врала напропалую. Всем и каждому.

— Что случилось?

Из дворца в сад вышла леди Деметра в компании Пьера Лики и Себастьена Винклера. На смуглом надменном лице бабушки отразилось удивление. Дама не ожидала увидеть дочь и внучку вместе.

— Микаэла, почему ты повышаешь голос? — спросила она, подойдя ближе. — Где твоё воспитание?

«Осталось в Обыкновении», — мысленно огрызнулась Вика.

А вслух сказала:

— Пусть Престон расколдует мою служанку.

— Девочка лает, — пояснила Доминика, предвосхитив вопросы.

Пьер Лики сочувственно охнул, а Себастьен Винклер поморщился, глядя на сына.

— Опять напортачил, — изрёк он разочарованно. — Разве ей не полагалось превратиться в собаку?

Но всех по бесчувственности превзошла леди Деметра.

— Что служанка здесь делает? — спросила она презрительно. — Как смеет разгуливать по замку? Её место на кухне. Себастьен, прикажите наказать нахалку.

Для Вики это стало последней каплей. Все страхи исчезли.

— Только посмейте! — объявила она, задирая подбородок.

— Микаэла, ты забываешься, — сказала бабушка снисходительно.

Но девочка не собиралась молчать. Не дождутся! Мерзкие-мерзкие взрослые!

— Тронете волос на голове моей служанки, расскажу королю небылицы о вас, — пригрозила Вика, обводя мать, бабушку и отчима горящим взглядом. — Скажу, вы задумали захватить власть. Что с меня глупой взять? Я просто повторю ваши слова. Невзначай. Неважно, что это неправда. Ваш Престон врёт, и ничего!

Вика хорохорилась. Она бы не посмела оговаривать других. Но взрослые восприняли угрозу всерьез. В саду повисло гробовое молчание. Леди Деметра и Доминика мрачно переглянулись, Себастьен Винклер нервно кашлянул. Негодник Престон тоже струхнул. Спрятался за спину отца.

— Крикните прислугу, пусть проводят леди Микаэлу и её собачонку в покои, — велела Доминика хмуро. — Престон никого расколдовывать не будет. Пусть Томас Франк практикуется. Докажет, что не зря получает жалованье.

****

Прошло больше трёх часов, а магистр Томас не объявился в комнате ученицы. На ужин её не позвали в наказание за драку и угрозу. Но Вика не огорчилась: знаменитый аппетит пропал, не выдержав новых потрясений. Она сидела с ногами на кровати и перечитывала в учебнике главу о снятии чужих заклятий.

— Гав! — взволнованно выдала Риа. Ей категорически не нравилась затея подруги.

— Не паникуй, — посоветовала Вика, сосредоточенно водя пальцем по странице. — Хуже точно не станет.

— Гав-гав-гав! — возмутилась Риа. Наверное, хотела напомнить об ослином хвостике, появившемся у леди мегеры в дополнение к пупырчатой коже.

— Тихо! — потребовала Вика. — У меня есть целых две попытки. Время и место колдовства Престона я знаю. Главное, хорошо подумать и сосредоточиться.

Она подняла палец, готовясь писать в воздухе. Но что?

Может, «перестань лаять»?

Несмотря на самоуверенный вид, девочку терзали сомнения. Да и писать слова наоборот оказалось труднее, чем она считала. Это вам не на бумаге фразы выводить. В воздухе ничего не видно. Перепутать последовательность букв проще простого.

«Ьтяал ьнатсереп» — с трудом начертала Вика и выразительно посмотрела на подругу.

— Гав, — протянула Риа недовольно.

Самозванка всплеснула руками сгоряча. И снова опростоволосилась. Учебник взмыл в воздух. Пришлось прыгать на кровати и ловить непоседливую книжку под потолком. Риа покачала головой, следя за Викиными прыжками, и завыла. Но испугалась и зажала рот ладошками.

— Не расстраивайся, — посоветовала Вика, поймав, наконец, учебник. — Могло быть и хуже. Тебе повезло, что Престон — бездарь. Иначе ходила бы на четырёх лапах. Ой!

Девочка звонко хлопнула себя по лбу. На четырёх лапах? Ну, конечно!

— Риа, я поняла! — объявила она.

«Укабос в ьситарверп»

Абсолютной уверенности в успехе у Вики не было. Но едва она дописала последнюю букву, по спальне пронеслась теплая волна, точь-в-точь, как в саду. Риа дернулась, испуганно вжала голову в плечи. На первый взгляд, ничего не изменилось. Собачий хвост не вырос, и то ладно.

— Получилось? — спросила Вика нервно.

— Гав! — ответила Риа. — То есть, не гав. Сработало!

И принялась прыгать по кровати не хуже подруги. Вика наблюдала за ней, испытывая прилив гордости. У неё получилось! Не спонтанное колдовство, а самое настоящее!

— Я больше не собака! Не собака! — крикнула Риа и подпрыгнула так высоко, что почти коснулась растопыренными пальцами потолка. С размаху плюхнулась на кровать, заливисто хохоча.

Вика растянулась рядом, улыбаясь во весь рот. Забылись и родственники, и материнская пощечина.

— Видишь, я отлично справилась. А ты не верила.

Она ждала, Риа похвалит её, но подруга помрачнела. От смешинок, плясавших в глазах, не осталось следа.

— Не верила, — она села и обняла острые коленки, обтянутые скромным серым платьем. — Обратные заклятья у тебя редко получались. Мика, ты так сильно изменилась. Мне это не нравится.

Вика приподнялась на локте. Ноги похолодели с перепуга.

— Почему? Что я делаю не так?

Риа замялась, жалея о поспешных словах. Но Вика не отставала.

— Ответь. Я не помню толком, какой была раньше.

— Ты… — протянула Риа, насупившись. — Ты раньше никогда меня не защищала. Я думала, выберешь картину Руди. Сегодня ты поколотила Престона, хотя всегда побаивалась его отца и волоса на голове гадкого мальчишки б не тронула.

— Значит, я меняюсь в лучшую сторону, — заверила Вика.

Но подруга считала иначе.

— Вдруг дело в картине прадеда? — проговорила Риа отчаянно, и стало ясно, что девочка много об этом думала. — Вдруг это три дамы тобой управляют? Может, ты уже не совсем ты, а кто-то другой.

Она испугалась собственного предположения. Сжалась, став крошечной, как мышка. Вика мысленно обругала себя. Риа почти её раскрыла. Вот вам и конспирация! Но это очень трудно — притворяться тем, кого совсем не знаешь.

— Я — это я, — заверила Вика. — Мои способности растут. А отчима не боюсь, — она заговорщицки подмигнула, — потому что не помню, какой он страшный. И вообще…

Вика не закончила фразу, оборвала себя на полуслове. Дверь без предупреждения распахнулась, и порог переступила Доминика Ларье Винклер собственной персоной. Глаза сверкали от гнева. Лёд сменился пламенем.

— Вон! — приказала она белокурой служанке презрительным тоном, будто та не колдунья, а мерзкое насекомое.

Риа пулей вылетела из спальни, неловко споткнувшись на пороге.

— Встань, когда я с тобой разговариваю, — приказала мать Вике.

Язык чесался съязвить, но девочка не рискнула провоцировать Доминику. Поднялась с кровати. Материнский взгляд прожигал насквозь, и дочь не выдержала и отвернулась. Уставилась на ее браслет — переплетённые морские волны.

— Микаэла, как ты посмела нам угрожать?

Вика вспомнила отца. Его рассказы о жене — могущественной колдунье. Нет, Доминика Ларье Винклер не колдунья. А настоящая ведьма. Злая и противная!

— Ты извинишься перед бабушкой и моим мужем.

От злости запылали щёки. Почудилось, из ушей вот-вот пар повалит.

Перед мужем?! Вот уж нет!

Себастьен Винклер Доминике никто! Её настоящий супруг — Николас Флоренс!

— Мне не за что извиняться. Пусть твой пасынок просит прощения за свинство!

Вика ждала новой пощечины, но Доминика придумала иное наказание — вцепилась в дочкины волосы. Девочка вскрикнула. Взгляды одинаковых зелёных глаз встретились. Однако вместо ярости, Вика разглядела на лице матери страх. 152e1bc

Или ей это померещилось от переизбытка впечатлений?

— Доминика, что ты вытворяешь?!

В комнату влетел магистр Томас. Волосы учителя растрепались, камзол расстегнулся, а дыхание сбилось.

Доминику вторжения не смутило. Но Викины волосы она отпустила.

— Вот и защитник объявился. Не поздновато ли?

— Отойди от Микаэлы! — потребовал магистр.

Доминика подчинилась. Но прежде чем уйти, наклонилась к Викиному уху и прошептала:

— Я бы на твоем месте не торопилась доверять Томасу Франку. Спроси, где носило предателя, когда твой отец нуждался в помощи.