Глава 6. Бабушкины тайны
«Первым королём объединенной страны стал Эдуард Маргулис, названный Эдуардом Первым. Он запретил колдовские опыты на жителях Простории. Разрешил колдунам и колдуньям Моревии и Лесовии заключать браки. Узаконил зачарованные предметы в Простории. Прежде ими торговали из-под полы, а использование каралось».
Вика третий день с увлечением читала «Историю трёх стран». Несмотря на домашний арест, свободного времени оставалось не много. Каждое утро к «несносной леди» являлась гувернантка, бережно прижимая шкатулку со швейными принадлежностями, и оставалась до обеда. Вика нарочно делала кривые стежки, и леди мегера укреплялась в мысли, что у Микаэлы нет способностей ни к чему, кроме проказ. Уроки с магистром Томасом отменила леди Деметра. Посчитала, что компания учителя доставит наказанной внучке удовольствие. Самозванка вздохнула с облегчением. На занятиях она бы точно прокололась.
Трапезничала и мылась Вика одна. Прогоняла слуг и училась вести себя «прилично» за столом — пользоваться ножом и вилкой. Вдруг однажды придется пообедать с бабушкой. Девочка старательно изучала необычные предметы вокруг. С водой разобралась быстро: чтобы она полилась, следовало нажать правой рукой на серебристый шарик, выключалось колдовское приспособление левой рукой. Светильники подчиняться не торопились. Они не походили на электрические. Внутри каждого пылали огоньки, напоминающие светлячков. Приходилось перед ужином просить включать свет слуг. Но как они это делали, самозванка не поняла. К светильникам никто не прикасался. Колдовали, не иначе!
Каждый день Вику тайком навещала Риа. Развлекала подругу, как могла. Но достать зачарованную морскую воду отказалась.
— Мне нужна вода! — умоляла Вика. — Это очень важно!
Риа упрямилась.
— Не могу. Я их боюсь!
— Кого?
— Русалок! Вода зачарована в заливе с западной стороны замка, а там всегда они. Ты и это забыла?
Причитая и делая длинные паузы, Риа рассказала подробности. Всё, что знали о русалках люди в Обыкновении, ни капли не походило на правду. Девушки с чешуйчатыми хвостами из Моревии прежде были рыбами. В наказание за провинности их изгнали из дома — дна морского. Наколдовали человеческие тела и головы, чтобы могли дышать над водой. Изгнанницы селились возле замков и выполняли чёрную работу за еду: плели сети рыбакам, собирали ракушки и кораллы.
— Они такие печальные. Но смотрят с завистью. На ноги. Девушки-полурыбы наказаны до конца дней. И обратно на дно нельзя, и жить на суше невозможно.
Вика посочувствовала русалкам, отлично их понимая. Ужасно, когда домой не попасть, а на новом месте ты — чужак.
— Если жители дна морского такие грозные, почему терпят рыбаков и не нападают? — спросила Вика.
Белокурую подружку удивил вопрос.
— Рыбаки ловят примитивную рыбу. У такой разум, как у ракушки. Если в сети попадаются запрещенные виды, их выпускают. Иначе быть войне. Хотя колдуны всё равно победят, они сильнее обитателей моря.
После ужина Вика снова садилась за книгу. Из нее девочка узнала, что Моревия — самая богатая из трёх стран. Морская рыба считалась полезнее речной, её с удовольствием покупали и в Лесовии, и в Простории. Морепродукты слыли деликатесом и стоили дорого. Ещё больше золота моревийцы выручали за жемчуг. Дешево соседним странам продавалась лишь морская соль. Взамен в Моревию привозили другие продукты и товары. К слову, от недостатка пресной воды здесь не страдали. Колдуны умели превращать в неё морскую.
Самой интересной страной Вике показалась Лесовия. Там, как и в Моревии, обитали колдуны. Жили небольшими селениями. Вокруг одного богатого дома строилось несколько маленьких. Лесовийцы торговали мясом животных и птиц, лесными ягодами, орехами, целебными настоями и множеством магических предметов. Если в Моревии могли предложить только волшебную воду и ракушки, в Лесовии зачаровать могли, что угодно: от желудя до мха. Наибольшей популярностью пользовалась магическая кора. Но лесные дары стоили дешевле морских из-за меньшей силы.
Просторией называли четыре города, которые разделяли три быстрые речки, а соединяли разводные мосты. Название страны произошло от слова «просто», а не «простор». Здесь жили люди. Самые обычные, колдовскими способностями не одаренные. Они и изобретательству не научились. Все проблемы решали с помощью зачарованных предметов. Даже домашними делами почти не занимались. Зачем придумывать водопровод, если ванну наполнит шарик, опрысканный морской водой?
Вика испытала гордость за жителей Обыкновении. Сколько разной техники создали! Увы, упоминаний о них в книге не нашлось. Страна, где не работало колдовство, попала под очень серьезный запрет.
****
В конце концов, Риа сдалась. Объявилась с тяжелой ношей под плащом.
— Должна будешь, — она вытащила бутыль с бирюзовой водой. — Русалки та-а-ак на меня смотрели, будто съесть собирались. Натерпелась я страху! Даже знать не хочу, для чего тебе вода. Хватит с меня неприятностей. Леди Малена всем рассказывает, что я на тебя плохо влияю. На маму на работе теперь косо смотрят.
Щеки Вики запылали от смущения. Но разве Риа или кто другой поверит, что она не собиралась превращать леди мегеру в жабу.
Накануне девочка доставила близняшке огненную бумагу, которую отыскала в ящике стола. Подозрения подтвердились: картина открывалась, когда сёстры дотрагивались до неё одновременно. Главным было договориться, в какое время прикасаться к полотну.
Красным листам Мика не слишком обрадовалась.
— Без зачарованной воды они бесполезны. Их надо опрыскать, чтобы работали в Обыкновении. Надеюсь, морская вода поможет. Этот способ действует в Простории. Но в твоём мире всё неправильно.
Мика выглядела уставшей и расстроенной. Вике не хватило смелости расспросить о последних новостях и работе в торговом центре. Захочет сестра поделиться, сама заговорит.
Гораздо больше Мику впечатлила другая вещь, принесённая близняшкой. Вика составила справочник с полезными советами. Как пользоваться плитой и другой техникой в доме, или приготовить обожаемую отцом яичницу. Написала имена ближайших знакомых, объяснила принцип работы общественного транспорта. Капля в море, всех мелочей ведь не упомнишь. Но Мику и это осчастливило. Видно, успела намучиться с человеческими изобретениями.
Сегодня радости близняшки не было предела. Увидев в руках Вики бутыль, она принялась прыгать и хлопать в ладоши.
— Не истрать всё сразу, — посоветовала Вика. — Риа ни за какие коврижки не согласится достать ещё.
Но Мика не слушала. Расстелила на траве шесть листов красной бумаги и побрызгала на них из бутыли.
— Три листа мне, три — тебе, — она светилась, как новогодняя ёлка. — Осталось зачаровать их, чтобы никто, кроме нас, не мог прочитать письма. Давай шпильку. В волосах торчит.
Вика послушно выполнила распоряжение и вскрикнула, когда острый край впился в палец.
— Нужна наша кровь, по капле на каждый лист, — объяснила Мика.
Вика, широко раскрыв глаза, смотрела, как алые капли из ранки падают и мгновенно впитываются огненной бумагой. Не листы, а вампиры!
— По домам! — скомандовала Мика, едва бумага поглотила и её кровь. — Я напишу тебе письмо. Подуй на листы, чтобы прочитать. Затем скажи шепотом «ответ» и можешь списать новое послание. Не пугайся, пламя не опасное. Не то, что у этой… как её… плиты!
Вика нервно кашлянула, заподозрив неладное, но предпочла не спрашивать. Своих проблем хватало. В «Жемчужную корону» вот-вот контролёр пожалует. Измерять её самое обыкновенное колдовство.
Выбравшись из картины, Вика устроилась за столиком у окна в игровой. Положила листы ровной стопочкой и стала ждать, глядя на ночное море. Сегодня оно сердилось. Волны бесстрашно кидались на чёрные камни, не боясь разбиться на сотни брызг. Небо затянули тучи, спрятав луну и звёзды.
Часы в гостиной — самой первой комнате Микаэлы — пробили два часа ночи, и Вика опомнилась. Подула на бумагу.
— Ой! — вскрикнула она, вскакивая из-за стола.
Предупреждение сестры забылось. Да и как не испугаться, если по листу сверху вниз прошла огненная волна? Она схлынула так же внезапно, как и появилась, оставив на бумаге ярко-алые буквы, словно ожоги на теле.
«Это я. Привет!»
Следом друг за другом шли ещё три строчки.
«Почему молчишь? Ничего не вышло, да?»
«Виктория, ну где же ты?!»
«Вот, кентавр лохматый!»
Вика покачала головой. Ну и ругательства у благородной леди!
Произнесла шепотом слово «ответ», обмакнула пышное белое перо в чернильницу и аккуратно вывела на опустевшем листе:
«Кентавр? Это лошадь с человеческим туловищем, как в сказках?»
«О, боги моря! Получилось! — написала Мика. — Да, кентавр — лошадь. Но наполовину человек. Они водятся в Лесовии. Работают на колдунов. Но только за деньги. Наши летуны лучше. Кстати, о животных. Надеюсь, из леди Малены получилась уродливая жаба?»
Губы Вики расплылись в улыбке. За три дня страх прошёл. Воспоминания о жабе в очках и ослиным хвостиком вызывали смех.
«Уродливая», — написала девочка и по привычке нарисовала смайлик — кружок с глазами-точками и широкой улыбкой.
Мика не поняла, что это значит.
«Леди Малена улыбалась?»
«Нет. Это я улыбаюсь».
Они «проговорили» минут пятнадцать. В основном о гувернантке, придумывая новые козни. Потом Мика отправилась спасть, а Вика осталась за столиком. Смотрела в окно. На море и небо. Смотрела и смотрела, пока ночной вид не поплыл, и глаза не закрылись…
****
— Поднимайтесь, леди неряха! Вы настолько обленились, что не можете дойти до кровати?
Вика приоткрыла глаза и застонала. Тело затекло от неудобной позы. Ох, она умудрилась уснуть за столиком в игровой комнате.
— Шевелитесь, Микаэла! — приказала леди мегера, поправляя круглые очки, съехавшие на кончик крючковатого носа.
Очки часто подводили гувернантку. В остальном она выглядела безупречно: темно-синее платье идеально отглажено, белый чепчик накрахмален и сидит, как влитой.
— Сегодня важный день! — объявила леди мегера, не дождавшись от воспитанницы реакции.
Вика потянулась и проворчала:
— Вместо цветочков я буду вышивать крокодила?
На суровом лице гувернантки не дрогнул ни один мускул.
— Нет, вздорная девчонка, — произнесла она нараспев, готовя сладкую месть. — Сегодня контролёр измерит вашу магию.
Вика упала вместе со стулом.
Как же так?! Контролёра ждали лишь через две недели!
— Наш гость прибыл на рассвете, — леди мегера демонстративно не заметила казуса, приключившегося с юной госпожой. — У вас с ним много общего. Он тоже не считается с окружающими. Воспитанные колдуны предупреждают о времени визита, а не сваливаются на голову, как шторм. Вот! — она кинула девочке платье нежно-голубого цвета с вышитыми волнами на подоле. — Потрудитесь привести себя в порядок.
Гувернантка, довольная собой, покинула игровую, а Вика вскочила, потирая ушибленную коленку. Она не верила ушам. Контролёр? Сегодня?! Может, леди мегера пугает в отместку за непослушание? С неё станется. Но пять минут спустя в покои бочком прокралась Риа. Щеки пылали, в голубых глазищах отражалось сочувствие.
— Мне так жаль! — захныкала она и кинулась Вике на шею. — Мика, я не хочу, чтобы ты уезжала!
Самозванка растерялась. Она понятия не имела, как успокаивать других девочек. Единственная подруга Таня Лаврова никогда не плакала, зато сдачи обидчикам давала не хуже мальчишек.
— Я ещё никуда не уехала, — Вика мягко отстранила подружку сестры. — Может, контролёр решит, что я бездарность, и меня оставят дома.
Девочка надеялась именно на такой исход. Это Микаэле Ларье предрекли работу мастером фантазий. А она — Виктория Волкова из Обыкновении. Колдовать не умеет. Только вредных гувернанток в жаб превращает, и то по чистой случайности.
— Леди Деметра думает иначе, — Риа шмыгнула носом. — Слуги на кухни шептались, мол, госпожа сказала, что ты скоро отправишься в королевский замок.
Вика содрогнулась.
— Хватит меня пугать, — велела она. — Лучше помоги с платьем.
В наряды Микаэлы приходилось облачаться с боем: застегивать десятки пуговиц или, что ещё хуже — сражаться со шнуровкой. Дома гораздо проще: натянул джинсы с майкой, и все дела. Вика не понимала здешнюю моду. Для чего столько рюшей и бантов? Для красоты? Глупости! Уж точно не для удобства. За четыре дня она несколько раз чуть не упала, запутавшись в длинном подоле.
Риа тихонечко всхлипывала, застегивая непослушные пуговицы в форме ракушек. Молчала, и на том спасибо. Едва она закончила, дверь распахнулась без стука. Вика сердито обернулась. Да, она не Микаэла, но не потерпит вторжения. Сестра подобного бы точно не спустила. Никому!
Кроме…
На пороге стояла леди Деметра в зелено-синем платье. Черные волосы украшали не цветы, а жемчуг. На шее сверкал огромный камень в тон наряду.
Риа сделала реверанс и засеменила к выходу.
— Можешь остаться, — разрешила госпожа, не взглянув на белокурую девочку. — Я отниму у внучки всего минуту.
Бабушка подошла к Вике и взяла за подбородок, чтобы посмотреть в глаза.
— Микаэла, ты слишком юна и не понимаешь важность предназначения, — проговорила дама строго. — Однако, надеюсь, поведешь себя, как настоящая Ларье, и покажешь себя с лучшей стороны.
— Да, бабушка, — пролепетала Вика.
А что ещё сказать, когда смотрят так, будто разбирают взглядом на кусочки?
— Примерь это, — леди Деметра достала из складок юбки кулон в форме звезды с маленьким прозрачным, как слеза, камешком. — Такие украшения носят все мастера фантазий. Твой создали в день первого измерения магии. Он хранился в королевском замке. Сегодня контролёр его вернул.
Бабушка щелкнула замочком цепочки, и Вику обдало жаром. Но горячая волна не обожгла, схлынула за секунду.
— Ох! — Риа попятилась.
— Ничего страшного, — снисходительно бросила леди Деметра. — Камню полагалось запылать огнём, соприкоснувшись с Микаэлой. Теперь он выглядит обычным.
Вика заметила облегчение, промелькнувшее на лице леди Деметры. Но почему?
— Через час ждём тебя в приемном зале, — объявила хозяйка замка на прощание. — С завтраком придётся подождать. Не хочу, чтобы тебя стошнило на контролёра от волнения.
Самозванка дождалась, когда закроется дверь и стихнут шаги.
— Могла бы посочувствовать, — сердито процедила она, плюхнувшись в кресло. — Удачи пожелать.
Риа устроилась на краешке стула.
— Это же леди Деметра, — развела она руками.
Вика покосилась на пустой стол.
— Есть хочу, — протянула грустно. Она не страдала отсутствием аппетита даже перед школьными контрольными. А тут измерение магии. Что у неё могут измерить? Отсутствие таланта?
Риа оживилась.
— Могу сбегать к маме на кухню, — предложила она.
Но Вика придумала другой план.
— Давай вместе!
— А если бабушка узнает?
— Подумаешь, — усмехнулась Вика, направляясь к двери. — Что она сделает? Не отпустит в королевский замок?
Риа нервно хихикнула и зашагала за подругой.
В коридоре встретила тишина, слуги собрались в среднем зубце. Можно было идти, не опасаясь ненужных встреч. Настроение самозванки улучшилось. Ей понравилось нарушать распоряжения бабушки. Сказались четыре дня домашнего ареста. Вика не привыкла сидеть взаперти, а в компании Тани и Тёмы Лавровых скучать не приходилось. Как же она тосковала по рыжим брате и сестре! А ещё больше по отцу и бабушке Анфисе — ворчливой, но доброй. Разве много на свете найдётся старушек, согласившихся приютить душевнобольного незнакомца с грудным ребёнком? Леди Деметра точно не из таких. Ни за что бы не предложила помощь чужакам.
— Ш-ш-ш, — Риа приложила пальчик к губам. — Мне кажется, или кто-то поёт?
Вика прислушалась. Из распахнутых окон доносилась песня на незнакомом, каркающем языке. Но грубое звучание слов компенсировал мелодичный женский голос.
Девочки выглянули в окно.
— Русалка! — изумилась Риа. — Леди Деметра велела им сегодня не появляться возле «Жемчужной короны». Почему же эта посмела приплыть?
Вика свесилась вниз, чтобы лучше разглядеть девушку-полурыбу. Русалка сидела на торчащем из воды чёрном камне и перебирала пальцами длинные светлые волосы. На фоне загорелого тела и темно-серого хвоста они казались белыми, как снег или мороженное. Заметив в окне девочек, русалка перестала петь. Внимательно посмотрела на Вику и принялась что-то показывать жестами.
— Чего она хочет? — насторожилась Риа.
Русалка провела пальцами по шее, сжала кулак и дернула руку вверх. Повторила движения. Раз за разом показывала одно и то же. Пока Вика не догадалась.
— Она хочет, чтобы я сняла кулон мастера фантазий.
Девушка-полурыба радостно закивала.
— Зло! — крикнула она, морщась.
Спрыгнула с камня в воду, подняла хвостом столб брызг, и была такова.
Девочки тревожно переглянулись.
— Ты же не собираешься её слушать? — спросила Риа.
Вика пожала плечами, проводя пальцами по цепочке. На первый взгляд, кулон безобиден. Но омерзение русалки выглядело убедительным.
— Мне не обязательно носить его постоянно, — Вика попыталась расстегнуть застёжку.
Но не тут-то было. Замочек заело.
— Давай помогу, — Риа протянула руки к шее подруги. Но вскрикнула и подула на пальцы. — Жжётся! — пожаловалась она обиженно. — Не хочет, чтобы снимали.
Вику от страха пробрал озноб.
На неё нацепили ошейник? А в чьих руках поводок?
— Тише, кто-то идёт, — прошептала Риа нервно.
Вика и сама услышала в отдалении голос. Бабушкин голос! И чей-то ещё.
Белокурая подружка потянула за руку — в тёмный боковой коридор. Он, как назло, закончился тупиком. Но выбираться было поздно.
— Прижмись к стене, — велела Риа. — Может, не заметят.
Шаги приближались. Второй голос принадлежал кривоногому дворецкому Клаусу. Вике он не понравился с первого взгляда. Разговаривал снисходительно, а на губах играла мерзкая улыбочка. Ладно, леди мегера. Гувернантке по статусу положено устраивать взбучки воспитанникам. Но дворецкий вёл себя почти как равный. Или будто знал страшную тайну семейства Ларье и шантажировал хозяйку.
— Надеюсь, контролёр останется доволен обедом, — проговорила леди Деметра совсем близко — шагах в двадцати. — Крайне важно, чтобы всё прошло гладко. Каждая мелочь!
— Не беспокойтесь, госпожа, — ответил Клаус почтительно. — Шеф-повар превзошёл себя.
— Кстати, о кухонных работниках, — продолжила бабушка, подходя к затаившимся девочкам. — Когда Микаэла уедет, объясни дочке кухарки её место. Чернь не имеет права именоваться «леди».
Вика в ужасе посмотрела на белокурую подружку. С лица девочки сошли все краски. Щеки будто и не знали румянца.
— Будет сделано, госпожа. Мне самому надоело прислуживать маленькой нахалке. Но вы уверены, что ваша внучка уедет? Неизвестно, что скажет контролёр.
Хозяйка замка и дворецкий достигли бокового коридора, но были слишком заняты беседой, чтобы смотреть по сторонам.
— Измерение магии теперь — простая формальность, — леди Деметра засмеялась, от смеха повеяло холодом. — Контролёр привёз звезду мастера фантазий. Она застегнулась на шеи Микаэлы.
— Вот как! — вскричал Клаус. — Но вы не были уверены.
— Не была, — согласилась бабушка со вздохом. — И страшилась результата. На карту поставлено слишком многое.
— Раз звезда застегнулась, значит… — дворецкий не решился продолжить.
— Это значит, — закончила мысль леди Деметра, — ошибся либо первый контролёр, либо своенравный мальчишка, посмевший жениться на моей единственной дочери.
— Но господин Николас…
— Прекрати его так называть! — крикнула бабушка яростно. — Господин! Выскочка из Лесовии, не желавший подчиняться!
Шаги на несколько секунд стихли.
— Простите, — пробормотал Клаус. — Я не подумал.
— Вот именно! — изрекла леди Деметра и продолжила путь. — Ошибся всё-таки Ник. Его глупость стоила жизни другой моей внучке. Но этого нельзя было предотвратить. К тому же, Микаэла и Виктория родились лишь наполовину колдуньями моря. Они ненастоящие Ларье. Кстати, — добавила госпожа, исчезая за поворотом. — Их упрямому отцу необязательно было умирать. Ник сам выбрал незавидную судьбу, пойдя против меня.