Глава 33. Суровое наказание

Мёрфиль появился в покоях Твинсена беззвучно. Как он это делает? Иногда перезвон его бубенцов слышно за версту, а иногда он неожиданно выныривает, будто из-под земли, не издав ни шороха. Вот как, к примеру, сегодня.

Твинсен стоял у окна, глядел во двор. Не столько глядел, сколько размышлял. Отвернулся буквально на минуту, а когда повернулся — обнаружил сидящего на подоконнике шута. В его любимой позе. Одна нога беспечно болтается, другую, согнутую в колене, он обхватил руками.

— О чём задумались, моё глубокомысленное высочество? — Мёрфиль склонил голову набок. Бубенцы послушно звякнули.

Твинсен усмехнулся. Рассказать ли о своих мыслях шуту? Это странно, но принцу вспоминалась его первая и единственная любовь. Это случилось с ним лет в двенадцать. Профессор Виллингоф, читавший ему курс истории, требовательный, строгий и вечно недовольный, дал задание на летние каникулы изучить очередной талмуд. Толстенная книга навевала скуку. И Твинсен для начала пролистал её в поисках иллюстраций. К счастью, в книге нашлось несколько рисунков — в основном портреты. Один из них привлёк особое внимание. На нём была изображена юная дева. Казалось, её синие печальные глаза смотрят прямо на тебя. Твинсен замер, не в силах перелистнуть страницу. Дева была удивительно красива. Он долго изучал её черты, и юношеское воображение включилось. Он придумал целую историю — кто она, откуда.

Твинсен возвращался к этому портрету снова и снова. В его воображении красавица ожила. Он мысленно разговаривал с ней, флиртовал и даже заходил дальше флирта. Тебе должно быть не больше двенадцати, чтобы умудриться влюбиться в портрет двухвековой давности. Конечно, через пару месяцев наваждение прошло. Твинсен прочёл, кто на самом деле была эта юная особа. Одна из представительниц бунтарского рода с Севера. Именно представители этого рода подозревались как зачинщики мятежа, после которого отношения Севера и остальных провинций королевства особенно обострились. Головной убор, в котором была изображена дева на портрете, скрывал её цвет волос. Поэтому Твинсен сразу не понял, что на рисунке северянка.

То юношеское увлечение со временем забылось. Но сегодня оно ярко ожило в памяти, когда увидел в одном из коридоров дворца арестантку в тёмно-синем платье. Она показалась ему похожей на ту, в чей образ он был когда-то по-детски влюблён. Его удивил взгляд её синих глаз. Он был такой, как будто северянка тоже узнала в нём кого-то близкого.

Она ступала величественно. В ней сразу чувствовался аристократизм и непокорность. Она будто не замечала четверых гвардейцев, сопровождавших её. Взята под стражу? Но за что? Твинсен невольно проследил, куда завели её стражники. В крыло короля. Ну, если отец ею заинтересовался, её проступок очень серьёзен.

— Мёрфиль, не знаешь, в чём её вина?

Твинсен не сказал, кого имеет в виду, но, шут, тем не менее, догадался. Впрочем, неудивительно — Мёрфиль всегда понимал принца с полуслова.

— Вы об Анабель, моё любопытное высочество? О красавице-северянке с синими глазами?

— Уже и имя её знаешь?

— Да, посчастливилось узнать, как дева представляется незнакомцам.

— Разговаривал с ней? — удивился проворности Мёрфиля Твинсен.

— Вы же знаете, моё проницательное высочество, поговорить с красивыми девами — это моя слабость.

Мёрфиль спрыгнул с подоконника и переместился в кресло у стола.

— Сыграем в кости?

Твинсен сел в соседнее кресло. Но играть не хотелось.

— Она рассказала, в чём её обвиняют?

— В чём может быть повинно это прелестное создание? — ответил Мёрфиль вопросом на вопрос. — Самый большой и непростительный её грех — красота. Ведь мы, мужчины, то преклоняемся пред женским очарованием, то зачисляем его в виновники всех бед. Не так ли? — Мёрфиль лукаво улыбнулся и бросил кубики. — Надеюсь, Его Величество назначит ей не слишком суровое наказание.

Твинсен совсем не разделял уверенности шута. В чём бы ни была на самом деле вина северянки, отец может отнестись предвзято. Он не будет слушать оправдания. Легче поверит брехливой собаке, чем деве с Севера.

Принц снова вспомнил её взгляд, на удивление тёплый, будто она смотрит на друга. Обычно во взгляде северянок только холод.

— Сыграем позже, — бросил он Мёрфилю и, поднявшись с кресла, направился к двери.

— Как скажете, моё решительное высочество, — усмехнулся шут, сгребая кости в коробку.

Твинсен зашёл в кабинет отца без стука. Настроенный настоять на справедливости в отношении девы с Севера. Если понадобится, он был готов хоть сам стать её адвокатом.

— Отец, ты уже назначил северянке наказание? — спросил с порога грозно.

Когда был зол, Твинсен становился похож на отца. Появлялась сталь в голосе, приказной тон и напор. И не важно, что перед ним король.

— Назначил, — отец осадил сына взглядом.

Но в целом почему-то выглядел сегодня не таким, как обычно. В последнее время всё чаще Твинсен видел его мрачным и озабоченным. Но сейчас его лицо немного просветлело. Однако это ничуть не успокоило принца.

— Насколько суровое?

— Очень суровое, — заверил отец.

— Какое? — Твинсен быстро подошёл к королю, ощущая нарастающую тревогу оттого, что его предчувствия сбылись.

— Стать одной из твоих невест. Я полагаю, быть невестой такого несдержанного, упрямого, склонного к поспешным выводам принца, это суровое наказание, — не без сарказма ответил отец, смотря исподлобья.

— Невестой? — опешил Твинсен.

— Не ты ли хотел соблюдения давней традиции? Настаивал на участии в фестивале представительницы Севера? Твоё требование выполнено. Анабель станет твоей северной невестой. И так как больше никаких препятствий нет, я отдал приказ через три дня открыть фестиваль.

Досада схватила за горло. Твинсен думал, что отец с его предвзятым отношением к северянкам и за год не найдёт такую, кого посчитает достойной. А он отыскал за пару дней? И чем она взяла? Как убедила отца, что заслуживает быть одной из невест? Твинсен догадывался, что могло повлиять на решения короля — её красота. Да, дева необыкновенно красива и, видимо, прекрасно умеет этим пользоваться. А он, как последний глупец, торопился её спасать! Думал, гвардейцы, которые её сопровождали, исполняют роль стражников, а они просто обеспечивали ей охрану. И теперь фестиваль начнётся через три дня, а значит, уже через месяц Твинсен должен будет жениться?!

Он вышел от отца, горя от гнева на эту непонятно откуда взявшуюся северянку и её красоту.

— Сервиль, — остановил лакея, проходившего мимо. — Ты уже знаешь, какие покои отвели Анабель?

— Да, Ваше Высочество, — склонил тот голову. — Я только что проводил госпожу Анабель в западное крыло.

— Пойди к ней и скажи, что я желаю её видеть. Немедленно. Пусть явится на летнюю веранду.

— Будет исполнено, Ваше Высочество.