Глава 8. Дорога

Странно, что Магистр даже не спросил, умеет ли Снежана ездить верхом. У них тут, что, все женщины по умолчанию прекрасно держаться в седле? Среди Снежаниных знакомых, к примеру, никто не знал даже с какого бока к лошади подступиться. Но она, к счастью, знала.

Ей не было ещё и семи, когда мама записала в конный клуб. Снежана начинала с пони. В одиннадцать уже с лёгкостью справлялась со взрослыми скакунами. Правда, когда мамы не стало, и Снежана переехала жить к бабушке, пришлось оставить регулярные занятия. Конные прогулки стали редкостью. Но она использовала любую возможность проехаться верхом, поэтому навык прекрасно сохранился.

Снежану не страшило, что предстоит конное путешествие, однако, когда к ней подвели скакуна, кое-что сильно озадачило — дамское седло. Она не привыкла к такому. Не слишком удобное, особенно, если придётся скакать галопом. Но, с другой стороны, в обычное «мужское» седло в такой юбке, как у Снежаны, взобраться вообще невозможно.

Она взгромоздилась на лошадь не совсем грациозно, но осталась довольна, что справилась без посторонней помощи. Чему, кстати, Магистр совершенно не удивился. Значит, всё-таки тут с верховой ездой дружат все женщины.

Они выехали за ворота обители. Вот что такое девственная природа! Везде, куда хватало глаз, — холмистые зелёные просторы. Кое-где небольшие негустые рощицы. Слева вдалеке виднелась змейка речушки, берега которой поросли кустарником. Никаких тебе линий электропередач, никаких шоссе. Дорога, правда, имелась. Неширокая, грунтовая. И, к слову сказать, единственная. По ней Магистр и направил своего скакуна. Скорость выбрал неспешную. Снежана пустила свою гнедую смирную и, судя по всему, немолодую лошадь, рядом.

Какое-то время они передвигались молча. Магистр изучал спутницу, подолгу бесцеремонно задерживая на ней взгляд. Снежана решила, что тоже имеет право беззастенчиво разглядывать того, с кем практически добровольно отправилась неизвестно куда. Тем более, что мужественный профиль Магистра радовал глаз — черты резкие, но притягательные. В этом мужчине ощущалась та сила, что делает человека опасным, если он твой враг, и надёжным, если он твой друг. Как же ей поступить? Попытаться сбежать от него или, наоборот, просить о помощи? Ошибка может дорого стоить.

— Как тебя зовут? — первое, о чём поинтересовался Магистр.

— Анабель, — Снежана решила пока не называть настоящего имени.

— Мне не нужна служанка, Анабель. Это был только предлог забрать тебя из обители.

Вот так — не стал ходить вокруг да около. Снежане нравилась в мужчинах прямота.

— Я догадалась. Тогда зачем я вам?

— Зачем? — как будто спросил самого себя. — Помочь.

— То есть вы взяли меня в пленницы исключительно ради оказания помощи?

— Ты не пленница.

— Правда? — Снежана вскинула на него глаза, полные скепсиса. Она совершенно не верила, что Магистр настроен её отпустить. — Хотите сказать, что могу прямо сейчас отправиться, куда посчитаю нужным? — она не собиралась дерзить, но в интонации невольно проскочил вызов.

— А тебе есть куда идти? — теперь скепсис прозвучал в его голосе.

В самую точку! Снежана с трудом сдержала вздох. Идти ей было абсолютно некуда. Перед глазами простирался огромный мир, про который она не знала ровным счётом ничего.

— Повторяю, я тебя не держу, Анабель, но хочу помочь. Я же вижу, ты нуждаешься в помощи.

Она снова глянула недоверчиво.

— Жизнь научила меня, что люди редко оказывают бескорыстную помощь.

— А ещё люди редко бывают благодарными, не так ли?

— Это упрёк в мой адрес?

— Да. Я не услышал слов благодарности, хоть и спас тебя.

— Разве мне угрожала опасность?

Магистр мрачно усмехнулся:

— А разве нет? Я мало встречал женщин, готовых добровольно пройти ритуал очищения.

Значит, чутьё Снежану не подвело — ритуал имеет плачевные последствия.

— Какой благодарности вы ждёте?

— Расскажи мне о себе. Я хотел бы услышать твою историю. Где твоя семья? Чем ты зарабатываешь на жизнь?

Снежана медлила. Она пока не могла решить, можно ли открыться Магистру.

— Разве Отец-настоятель не рассказал вам о роде моей деятельности? — обошлась сарказмом.

— Я поверил твоим словам, что ты не блудница.

— А в то, что я целитель, выходит, нет?

Магистр смерил долгим тяжёлым взглядом.

— Нет.

— Но я действительно целитель.

Он помрачнел, складка между бровей стала заметней.

— Если рассчитываешь на мою помощь, то не должна мне лгать. Не переношу лжи.

Эта резкая перемена настроения говорила, что тут замешано что-то личное. Какая-то свежая рана. Как будто совсем недавно Магистр пережил предательство. Может, поэтому в его глазах непроходящая усталость и тоска?

Он опять на какое-то время замолчал. Однако не переставал на неё поглядывать.

— Предупреждали же меня не связываться с северянкой, — вроде бы упрёк, но прозвучало беззлобно — пожалуй даже, с лёгкой иронией. — Ладно, заедем в таверну, накормлю тебя, потом решим, что с тобой делать.

О! Первый человек в этом мире, который заговорил про еду. Магистр сразу вырос в Снежаниных глазах. Она уже давно ощущала голод. Последний её лёгкий ужин состоял из йогурта. И с того момента прошло больше полусуток.

— За обед спасибо, — благодарно улыбнулась Снежана, но не преминула задать вопрос, который терзал со вчерашнего дня: — Почему все принимают меня за северянку?

На лице Магистра проскочило удивление. Его прищуренный взгляд остановился на одном из её локонов.

— Хочешь сказать, ты не северянка? Красишь волосы?

Странный вопрос. Причём тут — красит ли она волосы?

— Нет.

Снежану устраивал её цвет волос — тёмно-каштановый с медным отливом, и как-то даже в голову не приходило перекраситься. Волосы вообще были её гордостью. Чуть волнистые густые с природным блеском. Дима любил запустить в них пятерню и легонько сжать. Нашёптывал, какие они мягкие и послушные. В груди неприятно заныло. Чего ей вдруг вспомнился бывший парень? Уже вроде смирилась. Сейчас не время возвращаться к болезненным воспоминаниям.

— О чём задумалась, Анабель? — голос Магистра вернул в реальность. — Тоскуешь по кому-то?

— Нет.

— Не лги.

— Почему вы всё время подозреваете меня во лжи? — возмутилась Снежана.

Ни по ком она не тоскует! Уже два дня, как выбросила Диму из головы.

— Потому что ты даже имени настоящего назвать не потрудилась.

Вот проницательный гад! Как он догадался?

Снежана думала, что ему ответить. И вдруг заметила, как он насторожился и притормозил скакуна. Она проследила направление его взгляда. Издалека им навстречу мчалась карета. Белая, с позолотой, запряжённая четвёркой белых лошадей.

— Король, — с каким-то напряжением произнёс Магистр. — Сможешь, скакать галопом?

Он развернул свою лошадь и быстрым аллюром направил в ближайший лесок.

— Не отставай! — скомандовал на ходу.

Снежане передалось напряжение. Она пустилась за Магистром следом, молясь не выпасть из неудобного дамского седла, не предназначенного для бешеных скачек.