Глава 79. Уникальная кровь

В глаза бил яркий свет. Снежана приподняла голову над подушкой. Уже утро? Сколько же она проспала? Рядом с кроватью сидел Тельмар. На попытку своей пациентки подняться прореагировал неодобрительно.

— Тебе ещё нельзя вставать, — проворчал он самым вредным голосом, на который только способен, и совершенно бесцеремонно надавил на плечи, заставляя снова откинуться на подушки.

События вчерашнего дня обрывками начали всплывать в памяти. Последнее, что удалось припомнить — как Тельмар вливал в Снежану антидот. После чего она окончательно отключилась.

— Почему я так долго спала? У антидота есть снотворный эффект?

— У антидота нет снотворного эффекта. Просто я дал тебе ещё и снотворное.

— Целитель, — возмутилась Снежана, — почему всем вы даёте бодрящую настойку, а мне снотворное?

Тельмар глянул с напускной строгостью.

— Вот говорят же, худшие пациенты — это лекари, — пробурчал он недовольно. — Я дал тебе снотворное, потому что так надо. Твоему телу нужен был полный покой, чтобы легче справиться с последствиями отравления.

Снежана ни капли не сомневалась, что Тельмар действовал профессионально. Но ей действительно нельзя было продолжать оставаться в постели. Во-первых, нужно было узнать во всех подробностях, что произошло после того, как она отключилась. А, во-вторых, рассказать, что узнала от Млистона. Он сильно с ней разоткровенничался, думая, что ей остались последние минуты, благодаря чему она выведала бесценную информацию.

Тельмар догадался, конечно, почему Снежане не лежится.

— Поговорить можно, и не вставая с постели, — он ласково похлопал её по руке. — Я всё тебе расскажу. Но сначала выпей вот это, — он приподнял её голову и поднёс к губам чашку.

— Опять снотворное? — насторожилась Снежана.

— Пей, — строго произнёс Тельмар. — Не то пожалуюсь твоим опекунам: теперешнему и бывшему. Вдвоём-то они быстро найдут на тебя управу, — он сурово сдвинул брови, чтобы Снежана не сомневалась, что управа найдётся. — И это не снотворное, а зелье, восстанавливающее силы.

— Другое дело, — Снежана, не поморщившись, опрокинула в себя пахнущую терпкими травами горьковатую жидкость.

Затем Тельмар распорядился принести Снежане тёплого молока. Разрешил, наконец, хотя бы чуть приподняться на подушках и начал рассказывать.

Он хотел поведать о событиях в хронологическом порядке, но Снежана перебила его. В первую очередь хотела узнать, удалось ли допросить Млистона. Её волновало, известно ли уже целителю, что только Млистон виноват в смерти королевы и болезни Твинсена, а вины Тельмара нет. Оказалось, что целитель уже знал. Снежана могла бы догадаться и не спрашивая. Он как будто даже внешне изменился. Стал шире в плечах и не так сутул. Горький груз вины, который давил на него все эти годы, спал. Освободил душу и тело. Позволил дышать полной грудью.

Снежана была так рада за него. В глазах стояли слёзы. Она дотянулась до руки Тельмара и сжала её, показывая, что разделяет его чувства. Она почти никогда не видела улыбку на его лице, но сейчас он чуть заметно улыбался. Впрочем, длилось это недолго. Он снова стал строгим и ворчливым. Прикрикнул, чтобы допила всё молоко, и продолжил рассказ, только теперь в хронологическом порядке.

— Заседание Большого Совета уже почти закончилось, когда в зал зашёл Крайдан. Все присутствующие, и я в том числе, сразу поняли, что он чем-то крайне обеспокоен, потому что он не стал соблюдать ни единой светской нормы этикета, даже не поприветствовал Его Величество, а сразу обратился к Демиру с фразой «Где она?!» и «Я знаю, кто он».

Рассказывал Тельмар довольно безэмоционально, но воображение Снежаны живо нарисовало эту яркую картину. Наверно Советники пришли в шок от бесцеремонности Крайдана.

— Из разговора Демира и Крайдана стало понятно, что тебе грозит опасность. Демир принялся раздавать охране команды, чтобы прочесали дворец и придворцовую территорию в поисках тебя. Но я сразу догадался, где тебя нужно искать в первую очередь — у меня в кабинете. Туда и направил Магистров.

Тельмар вдруг бросил на Снежану немного странный взгляд.

— Как Крайдан догадался, что тебе грозит опасность?

Это он у неё спрашивает? Снежана понятия не имела. В памяти всплыло, как внезапно появился в подвале её спаситель. Какую она почувствовала эйфорию в тот момент. Как это было восхитительно — теряя связь с реальностью, осознавать, что о тебе позаботятся, что этот сильный могучий благородный мужчина пришёл, чтобы спасти, и спасёт!

— У вас с ним ментальная связь?

— Ментальная связь? — удивилась Снежана. — Нет.

Что это, вообще, такое?

Тельмар как-то странно покачал головой — видимо, остался при своём мнении.

— Он дежурил у твоей постели всю ночь. Только под утро мне с трудом удалось отправить его отдохнуть. Пришлось слукавить, что буду проводить с тобой процедуры, и его присутствие будет помехой.

На Снежану снова накатило тепло — пьянящее чувство защищённости. Она забыла это ощущение. Это было так давно — когда ещё была жива мама. Тогда она тоже могла просидеть всю ночь напролёт рядом с постелью дочки, если та болела. С тех пор никто никогда не дарил такой самоотверженной заботы.

— Я виноват перед тобой, — неожиданно грустно вздохнул Тельмар. — Я не разглядел этого раньше. Понял только вчера… насчёт тебя и Крайдана…

Почему у целителя стал такой покаянный взгляд?

— На заседании Большого Совета Твинсен огласил, что выбрал своей невестой тебя. Он произнёс проникновенную речь о том, что хочет положить конец бессмысленной вражде между Севером и другими провинциями, и попросил поддержать свой выбор. Я был одним из тех, кто это сделал…

Тельмар замолчал, а Снежана судорожно осмысливала его слова. Твинсен всё же назвал её? Бессмысленный поступок. Разве принц не понимал, что его выбор не поддержат? Или всё же поддержали?

— Кто ещё высказался «за»?

— Демир и король. В итоге Его Высочество получил необходимые ему три голоса.

Снежана отставила чашку и откинулась на подушки. Её раздирали противоречивые чувства. Что называется — без меня меня женили. Очень по-средневековому. Но она испытывала не только возмущение и досаду. Она не могла не восхищаться мужеством Демира и Тельмара, которые не поддались на шантаж Млистона. И её трогало упорство Твинсена. Он славный. Он стойкий. Он оказался человеком долга. Ему выпало страшное испытание, но он не сломался. Не спрятался трусливо в кокон жалости к себе… В груди щемило от сострадания. Но Твинсен заслужил, чтобы женщина, которую он поведёт под венец, отдавала себя ему не из жалости.

— Решение Совета уже объявлено?

— Ещё нет. Торжественную церемонию оглашения отложили до вечера, чтобы ты смогла присутствовать на ней.

— Мне нужно срочно поговорить с королём, — Снежана начала подниматься с постели. — Целитель, дайте вашей бодрящей настойки.

— Рано, — недовольно сощурился Тельмар.

Ну вот, только что глядел виновато, а уже опять ворчит. Тельмар неисправим.

— Я всё равно пойду к королю, — твёрдо произнесла Снежана.

— Упрямая северянка, — беззлобно пробурчал целитель. — Ладно, дам тебе то, что просишь, но сначала как следует поешь.

Через несколько минут перед Снежаной уже стоял плотный завтрак и вожделенный пузырёк с бодрящей настойкой.

Снежана решила не терять времени зря. Пока работала ложкой, начала ещё один очень важный разговор.

— Целитель, как состояние принца?

— Болезнь прогрессирует, — помрачнел Тельмар. — Сегодняшним утром мне не удалось полностью снять жар, как я ни старался.

У Снежаны сразу пропал аппетит. Но отчаиваться она не собиралась.

— У меня есть догадка, чем болен Твинсен и как ему помочь. Я знаю, что мои слова прозвучат немного странно. Но вы должны мне верить.

Лекари — по умолчанию большие скептики, но Снежана заметила проблеск надежды в глазах Тельмара.

— Мне кажется, вы уже догадались, что я провела детство и юность не в Лаамарии. Пока нет времени подробно рассказывать где. Это не столь важно. Важно, что в тех краях очень развита медицина. И я обучалась у лучших лекарей. Мне известно про болезни гораздо больше, чем знает любой целитель Лангобора.

С чего бы начать? Нелегко будет объяснить Тельмару то, что Снежана поняла о болезни принца. Когда яд кобры попадает на кожу — происходит отравление организма. У человека возникают головокружение, повышенное потоотделение, тошнота, дурнота и даже обморок. Вполне типичная реакция на отравление ядом. Но, яд чёрной кобры, каким бы сильным ни был, всё же не смертелен для человека. Организм справляется с ним и происходит выздоровление.

Однако что потом? Почему через несколько месяцев, а то и лет, болезнь возвращается? Эту загадку разгадать было сложнее всего. Раз за разом Снежана задавала себе вопрос: у каких недугов бывает инкубационный период? Но ответ-то очевиден — у вирусных инфекций! Прописная истина! У некоторых инфекций он длится несколько дней или недель. А есть и более длительные. К примеру, ВИЧ. С момента заражения до момента проявления первых признаков болезни может пройти 9-11 лет. В этом мире, могут существовать инфекции с таким же длительным инкубационным периодом. Получается, в слюне, которой плюётся кобра, содержится не только яд, но и вирусы. Это как с земным клещом. Его укус тем и страшен, что может передать человеку вирус энцефалита.

Снежане пришлось рассказывать целителю про невидимый мир крошечных болезнетворных организмов и про их способность размножаться в теле человека.

— Мы с вами видим, как чёрная эолла циркулирует с кровью по всему организму Твинсена — это они и есть. Их называют вирусы.

— Но почему они не размножаются в телах лаамарийцев, которые тоже подверглись нападению кобры?

— У лаамарийцев есть врождённый иммунитет.

Снежане пришлось прочитать короткую лекцию по основам иммунологии. Тельмар впитывал информацию быстро. Сказал, что давно догадывался об особых способностях организма противостоять болезням.

— Если у человека есть иммунитет к определённым вирусам, то стоит этим вирусам попасть в его организм, начинают вырабатываться антитела, которые разносятся кровью по всему телу и убивают вирусы, — продолжила объяснять Снежана. — Если влить принцу кровь такого человека, то он выздоровеет.

— В моей крови должны быть такие антитела, — оживился Тельмар.

— Ваша кровь не подойдёт, — покачала головой Снежана. — Она может оказаться несовместимой с кровью принца. А если перелить несовместимую кровь, это может убить больного.

Снежане пришлось ещё и небольшую лекцию о группах крови прочитать.

— Переливать будем мою кровь, — подытожила она. — Я единственный человек в Лангоборе, чью кровь можно без опаски перелить принцу.

— Почему?

— Потому что у меня первая группа, резус отрицательный. Такую кровь можно переливать человеку с любой другой группой крови.

— Думаешь, в Лангоборе больше нет людей с такой уникальной кровью, как у тебя?

— Есть и достаточно много. Но как мы поймём, у кого именно? Нужен специальный анализ, на который Лангоборская медицина ещё не способна. Моя кровь уникальна тем, что такой анализ я сдавала, и знаю свою группу.

Тельмар быстро сообразил, что Снежана права — подходит только её кровь. Переливание любой другой крови — это риск для принца. Но, подумав ещё немного, он нахмурился. Снежана догадывалась почему.

— Да, целитель, прежде чем переливать мою кровь принцу, мне придётся подвергнуться нападению кобры, чтобы в моём организме начали вырабатываться антитела.

— Но вдруг ты не унаследовала лаамарийский иммунитет? Ты же сама говоришь, что из других краёв.

Снежана понимала, что риск существует. Чистой лаамарийкой была только Снежанина бабушка. В следующих поколениях лаамарийские гены были разбавлены земными. Но Снежана переняла столько черт присущих их северному роду — хотелось верить, унаследовала и иммунитет.

— Думаю, стоит рискнуть, — улыбнулась она Тельмару, залпом осушая сосуд с бодрящей настойкой. — Другого способа спасти принца нет.

Целитель тяжело вздохнул. Глядел на неё с минуту задумчиво.

— Как твоё настоящее имя?

— Снежана.

— Ты очень отважная, Снежана, — с отеческой гордостью произнёс он и нежно провёл рукой по голове.