Глава 16 · Переполох в Медовой балке

Диали

Нет, только не это! Это просто невозможно! Только-только я решила, что все позади, вздохнула свободно полной грудью, и тут…

Я в ужасе подняла глаза на своего, я думала, уже мужа, но нет… Похоже, все же не судьба.

— Прости, Ди… — он, казалось, ничуть не удивился. Даже не расстроился, просто виновато пожал плечами. — В тот день, когда это случилось, я не выдержал. Ты выгнала меня, и я пошел к камню Небесного Змея. Хотел разнести его в труху, не смог и дал ему другую клятву… Что во что бы то ни стало женюсь на тебе.

— Хах! — в общей тишине не сдержался Ворон. — И это он меня безумцем называет⁈

До меня не сразу дошли его слова. Он вел себя так, будто ничего страшного не произошло, но едва я поняла, о чем он… Воздух застрял в груди, я чуть не задохнулась: от возмущения или от страха — уже непонятно, но это неважно! Я даже не представляла, что можно быть настолько безбашенным!

— Ты в своем уме, Лайэль? — тихо выдохнула, едва приобретя дар речи. — Как можно обещать такое, зная, что это невозможно?

Лайэль фыркнул и покрутил запястьями.

— Ничего нет невозможного, ты в этом убедилась!

Теперь на меня накатило возмущение. Я будто оглохла и ослепла, придавленная пониманием неотвратимости, что висела над ним. Какая-то часть меня не верила в то, что можно так беспечно распорядиться своей жизнью, но факты говорили об обратном — он сознательно рискнул, ведомый лишь своим упрямством, даже не подумав о последствиях!

— Я же могла тебе отказать! Я хотела отказать! — выпалила, повышая голос. Я задыхалась от волнения, и мне было уже все равно, что он теперь король, и тут присутствуют его родители. Готова поспорить, что они, услышав эту новость, здорово пожалели, что в свое время редко брались за ремень. — Ты хоть понимаешь, что бы это значило⁈

— Ди, давай не будем ссориться перед алтарем…

— Одно мое слово — и камень убил бы тебя! Почему ты не сказал мне об этом? — я схватила его руки и встряхнула, указывая на запястья.

— Потому что не хотел, чтобы ты вышла за меня из чувства долга! — знакомо взорвался он. — Получилось бы, что я шантажирую тебя своей жизнью!

Я захлебнулась воздухом:

— Ты… ты совсем⁈

Мы замерли друг против друга: я — вцепившись в его руки как в уличающий вещдок, и он — буравя меня гневным взглядом.

— Оу, первые минуты супружества — и сразу скандал, — ехидно констатировал Ворон. — Привыкай, Лайэль, то ли еще будет…

В толпе зашушукались. Кто-то явно поддерживал меня, кто-то, наоборот, в порыве мужской солидарности вступился за принца:

— Не сдавайтесь, догогая! Покажите сгазу, кто в доме хозяйка! Этих самоувегенных мужчин всегда нужно дегжать в узде, и неважно коголь это или гыбак!

— Тебя не спросили, стерлядь носатая! Он взрослый мужик, а не телок на веревочке!

— Я бы вас попгосила, уважаемая, не выгажаться хотя бы в пгистутствии тгех коголей! И убегите, наконец, свою дугацкую шляпу, она занимает пол часовни!

— Что хочу — то и ношу! Еще какая-то гагара в розочках будет учить меня одеваться! Не уступай, Лайэль, пусть кура знает свой шесток!

— Фу! Какая невоспитанность! Вы сейчас говогите о коголеве! А вы, душенька, не слушайте! Пгодолжайте в том же духе! Что за пгигожденный эгоизм⁈

— Именно! — подхватила я, даже не обращая внимания на словесную баталию, что разыгралась вокруг. — Ты даже не подумал обо мне, что было бы, если я… если ты… — едва представив такой исход, губа задрожала, похоже, не сдержусь и испорчу всю церемонию! Да она уже испорчена! Что ж я невезучая какая? Свадьба — и то непутёвая…

— Ди! — растерялся Лайэль, явно не ожидавший такой реакции. — Но все же обошлось! Не устраивай истерик…

Поздно. Это уже истерика.

— Я убила бы тебя! Я! Своими руками, сама того не зная! Ты это понимаешь⁈

Слезы покатились градом. В своих фантазиях я тут же вообразила себя рыдающей над ним, упавшим замертво после моего вымученного, но праведного «нет», и понеслось по нарастающей.

— Кхм! Вы позволите закончить обряд или сразу начнем разводиться? — осторожно встрял жрец, отыскав, наконец, под ногами любопытной публики затерявшийся амулет.

Лайэль закатил глаза, обхватил меня руками и прижал к себе.

— Заканчивайте быстрее!

Остаток церемонии я провела, уткнувшись носом ему в грудь, всхлипывая и подвывая, и не могла остановиться даже когда мы вышли из часовни.

— Диали, дорогая, давай я приготовлю тебе успокоительное. Прими его прямо сейчас, да что ж это такое… стресс на стрессе! — причитала Греттель, суетясь вокруг и утирая мои слезы.

— Какое еще успокоительное? У нее теперь муж есть! Молодой, здоровый, инстинктами не обделенный! Поверь, у него есть чем ее успокоить!

— Баба Шуша!

— Впегвые не могу с вами не согласиться, уважаемая! — вдохновенно поддержала госпожа Барбарель, пока я, красная как вареный рак, экстренно успокаивалась и приводила себя в приличный вид. — А вы, милочка, идите домой и сами пейте свое успокоительное. А лучше вылейте его в окно и вспомните, что тоже замужем!

Я, словно во сне, огляделась по сторонам. Яркое солнце слепило глаза, перед которыми пестрила любопытная толпа. В ней мелькали знакомые лица: радостные и грустные, завистливые и сочувствующие. Они расплывались под пеленой мутных слез, четко я видела только Лайэля и осознавала лишь одно: сейчас я не хочу видеть больше никого, кроме него, я не хочу этой кутерьмы и шума, все, что мне нужно для полного счастья — его объятия и тишина.

— Ваше Величество! Примите мои глубочайшие поздравления и ознакомьтесь! — подскочив к нам, гаркнул Ваффель и сунул под нос Лайэлю длиннющий список: — План подготовки к королевской свадьбе и церемонии коронации! Вы же не думаете, что королевская чета ограничится скромной церемонией в забытой богами часовне! Итак, сегодня нужно успеть: в 12.00 — совещание с членами Совета (план совещания прилагается), после чего торжественный обед, затем…

Лайэль скривился так, словно съел недоспелый лимон. Отодвинув рукой Ваффеля, он пропустил меня вперед, мы сделали пару шагов и тут же попали в плен к его родителям.

— Диали, дорогая, — улыбаясь, начала Силиция. — Мы так с тобой и не пообщались. А я могу тебе про него много интересного рассказать, — засмеялась она, потрепав по волосам смущенного Лайэля.

— Сын, тебе нужно переодеться, — повел бровями отец. — Что это, ну право? — он брезгливо двумя пальцами приподнял полу рыбацкой безрукавки. — В самом деле, пора взяться за ум… Что касается церемонии в королевском дворце Алайи, то я на ней настаиваю! Ты здорово потешил местный люд, но закон есть закон! У королей свои обычаи и правила! Эй! — он щелкнул пальцами вознице. — Подготовьте экипаж для молодой королевской четы!

Король и Силиция направились к каретам, а я взглянула на мужа. Мужа! Слово-то какое! Сердце зашлось в груди и учащенно застучало. Судя по поджатым губам и вороватому взгляду, которым Лайэль шарил по кустам в поисках путей отступления, сейчас он мечтал о том же, что и я.

—…затем встреча с лучшими портными королевства, вам и молодой королеве надлежит пошить несколько разных туалетов… — долговязый Ваффель, казалось, следовал за нами по пятам, продолжая монотонно бубнить. — Два — для церемонии обручения, еще для…

Бам-с! — увесистый снаряд из заварного крема смачно впечатался в нос ушлому распорядителю.

— Перезаряжай, Ларри! Нужно отрезать ему подступы к Лайэлю! И вот этого крылатого держи под контролем. Не нравится он мне… Если дернется — заряжай кремомет и пали по его каркающим сорокам!

Ворон улыбнулся уголками рта и подошел к нам, потеснив плечом ругающегося Ваффеля. Сейчас он выглядел как истинный король: величественный и статный. Теперь, когда он не был больше ограничен магией и угрозами Тидарры, он словно расправил крылья во всех смыслах, вобрал всю свою силу и казался хищным, даже опасным.

— Кранты тебе, Тьярри, — по-братски обнял его Лайэль. — От кремомета нет спасенья.

— Да я даже связываться не стану, — хохотнул Ворон. — Капитулирую. Куда идти сдаваться?

Они о чем-то тихо переговорили с Лайэлем, и Тьярри подошел ко мне.

— Примите мои поздравления, королева Диали, — он галантно чмокнул мою ручку. — Я уполномочен передать поздравления от моей супруги. Ей сейчас немного нездоровится… Диали, — с официального тона он перешел на легкий шепот, — она просила передать, что сожалеет…

— Не надо, Тьярри, — быстро перебила его я. — Лайэль мне все рассказал. Передай Кьяре, что я не держу на нее зла и очень хочу с ней повидаться.

Ворон удовлетворенно кивнул.

— Правда? Тогда добро пожаловать к нам в Меридор!

— Ты остался в Меридоре? — нахмурил брови Лайэль.

— Я заново отстраиваю Кавьердер. Ты же видел, там одни руины. А Меридор придется чистить от драконов. Если у тебя есть свободные охотники — я не откажусь.

Мы вздрогнули, обернувшись на металлический звон позади. Этьелен грохнул на траву поцарапанный щит и непонятного назначения железяку и стянул с головы ржавый шлем.

— Охотники? — уточнил сурово, хотя предполагалось, что он не слышал. — Ладно, так и быть, согласен… Снимай осаду, Ларри. Вот этих отпускаем, — он махнул рукой в сторону экипажей. — А этого придется взять в плен, он слишком много знает.

Приговоренный Ваффель вылупил глаза, выронил вымазанный кремом список и бросился к каретам, возле которых разгоралась очередная склока:

— Я гешительно отказываюсь ехать вместе с вами. Вам с этой шляпой нужен отдельный экипаж, пгичем без кгыши!

— Ты посмотри, пристала как репей! Не нравится — иди пешком! Тем более сначала я должна забрать своего кота! Эй ты, разворачивай к дому невесты!

— Что вы себе позволяете? Я не собигаюсь ехать ловить никакого кота! Кучег! Мы едем во двогец!

— Нет, не во дворец! Я не поеду никуда без Пушеля! За котом, я сказала!

— Святая Эффа, тепегь я понимаю, зачем вам такая шляпа! Ею можно пегеловить всех котов в окгуге!

Один из экипажей со скрипом развернулся, направляясь в сторону поселка. Народ и не думал расходиться, напротив, продолжал прибывать. Кое-где уже спонтанно начали накрывать столы, сооруженные из подручных материалов. Жрецы, распахнув ворота часовни, достали из погребов запасы священного вина. Вокруг царила атмосфера праздника, который, очевидно, затянется надолго.

Король Антуанэль оглянулся, стоя у открытой дверцы экипажа:

— Лайэль, поторапливайся! У нас очень много дел!

Мы втроем переглянулись.

— Тьярри, выручай…

Ворон ухмыльнулся с пониманием. Показал глазами Лайэлю, что разговор с ним не окончен, а просто переносится до нашего визита к нему, и направился к кортежу.

— Ваше Величество, можно минутку вашего внимания?

Лайэль ухватил меня за руку:

— Бежим!

Мы нырнули в ближайшие кусты. Трава хлестала по ногам, пестрый ковер цветов мелькал перед глазами. Чем дальше мы удалялись от часовни, тем легче становилось на душе. Тяготы, заботы и обиды ушли на задний план, мне хотелось лишь смеяться. Что за бред? Мы, кажется, сбежали с собственной свадьбы!

Вот уже стихли гомон голосов и смех, вокруг звенели птичьи трели, слышался тихий треск цикад да стрекотание кузнечиков в траве. Свернув на натоптанную тропинку, мы выбежали к лесной дубраве.

— Фух! — Лайэль остановился, переводя дух, а я уже вовсю хохотала.

— Мне кажется, твой отец сейчас передумает и порвет указ! Какой из тебя король, Лайэль, ты просто невозможен!

— Не переживай, они привыкли! И ты привыкнешь. Ди… — он прижал меня к дереву и, прежде чем я открыла рот, чтобы высказать ему свои возражения и пожелания, приник к губам в горячем поцелуе.

— Но я хочу сказать… — я едва успела вставить слово, пока он сделал перерыв, чтобы вдохнуть, но снова вынужденно замолчала.

— Да? — он выпустил из плена мои губы. Ненадолго, ровно настолько, сколько понадобилось, чтобы проложить дорожку поцелуев вниз по шее и обратно.

— Ты… ты… не должен… — слова снова утонули в поцелуе, а я оказалась в кольце его объятий.

— Я слушаю…

—…больше так беспечно рисковать собой, Лай… ммм…

— Угу… — он снова накрыл мои губы своими, и я сдалась. Обхватила руками за шею и прильнула, жадно отвечая. Все утро хотела это сделать. С ума можно сойти, чувствуя его рядом и не имея возможности прикоснуться. Особенно после этой ночи. Сегодня мы почти не спали, и каждую прожитую минуточку, каждый момент я все утро смаковала, вновь и вновь прокручивая в голове, и кровь приливала к щекам.

— Мы не поедем во дворец, да, Диали? — он оторвался от меня, тяжело дыша и распаляясь. — Только не сегодня…

Я обхватила ладонями его лицо, прерывисто целуя губы.

— Лайэль, где есть такое место, где нас никто не найдет? Я хочу, чтобы ты был только мой. Хоть один день, хоть ненадолго, пока тебя не отберут Совет и портные.

— Они не отберут, — он убрал с моего лица непослушную прядь и улыбнулся. — Если ты забыла, у любого короля есть гораздо более важная обязанность, чем заседания в Совете.

— Какая? — я поймала его руку, осмотрела запястье, зловещий рисунок с которого испарился еще в часовне сразу после моего рыдающего «да», и прижалась к ней щекой.

— Зачать наследника. Да-да! Это прописано в законе!

Я не сдержала смех:

— Мне нравится, когда ты такой законопослушный.

— И потом, — пожал плечами Лайэль, — мне сейчас ни в чем нельзя уступать правителю Меридора. Сама понимаешь, нам с Вороном еще придется пободаться, а этот ушлый уже везде успел вперед меня.

Я обняла его за талию, притягивая к себе:

— Не беспокойся, любимый. Мы его догоним и обгоним.

— И заставим содрогнуться, пополнив банду Этьелена, — Лайэль состроил шутливую и грозную мордаху, а я неожиданно расстроилась.

— Ох! — услужливая память выудила из архивов предсказание старой стинарры. Я надула губы как обиженный ребенок и страдальчески взглянула на Лайэля. — У нас не будет девочки…

— Ну, Ди… — он ухватил меня в охапку и покачал в руках словно дитя. — Мы же не станем из-за этого расстраиваться. И потом, стинарра действительно такая древняя, мало ли, может, уже стала заговариваться.

На душе потеплело. Вряд ли это можно считать утешением, но попытка неплохая. Я уткнулась носом ему в грудь.

— Ты и впрямь так думаешь?

— Ну да. Все зависит от нас, Диали. Просто придется постараться!

КОНЕЦ