Глава шестая

Изольда поняла, что Гера решил идти до конца: похищения невесты ему показалось недостаточно, и теперь на повестке дня драка. Сегодня утром, когда Изольда была вся в предвкушении того, какую прекрасную свадьбу проведёт для Ларисы и Вити, она меньше всего ожидала, что драка-таки состоится. Причём, из-за неё, Изольды.

Судя по выражениям лиц обоих соискателей внимания Изольды, они были исполнены решимости провести драку в лучших традициях и в лучшем виде. Необходимо было срочно спасать положение.

Ай, будь что будет! Гера уже поцеловал Изольду практически при всех, а она отвечала, не смогла не ответить. Теперь ей терять нечего.

Слегка отодвинув Лёню, Изольда повернулась к Гере и встала практически вплотную к нему.

— Гера, я хочу с тобой потанцевать.

Он будто не слышал, смотрел на Лёню посветлевшими от бешенства глазами.

— Гера? — Изольда взяла его за руку и легонько потрясла. — Я приглашаю тебя на танец.

Лёня возмущённо засопел. Гера словно очнулся, заморгал и посмотрел в лицо Изольды.

— Что?

— Я хочу с тобой потанцевать, прямо сейчас, — медленно и раздельно сказала Изольда.

Лёня, резко развернувшись, быстро пошёл из зала, на ходу хлопая себя по карманам в поисках сигарет. Он проиграл и признал это, отступив. Изольда незаметно выдохнула. Неужели обошлось?

Гера обнял её и притянул к себе. Они медленно двигались в такт музыке, и Изольда вдруг почувствовала, как её охватывает привычное тепло.

Гера то легко касался её волос губами, то тёрся о них щекой.

— Спасибо, что остановила меня.

Гера опять говорил тихо, но очень внятно, и Изольда слышала каждое слово, несмотря на музыку.

— Я бы ушатал его, испортил бы свадьбу Ларисе и Вите. Всё потому, что этот тип забился на тебя с каким-то дружком. Мне парни сказали, они слышали. Я сюда быстрее, а вы уже танцуете тут с этим.

— Как это? — не поняла Изольда.

— Очень просто. Свидетель поспорил с другом на тебя. Что ты с ним уйдёшь со свадьбы и останешься до утра. Я не вру, Изольда. Они ещё шутили, что есть такая примета про свидетеля и свидетельницу. Как бы к счастью для молодых.

— Ужасно, — Изольде хотелось плакать.

— Скажи, а культурная программа уже закончилась?

— Да.

— Изольда, разреши мне увезти тебя отсюда? Я просто провожу тебя до дома, честное слово. Ничего себе не позволю.

Изольде, и вправду, давно хотелось домой, она очень устала. В самом деле, не набросится же Гера на неё? Он никогда не вёл себя с ней грубо.

— Хорошо, Гера. Увези меня, пожалуйста, домой. Тем более, мне нужно кое-что отдать тебе, уже давно.

— Пойдём, — Гера остановился. — Попрощаемся со всеми.

В машине был полумрак, тихо и ненавязчиво играла музыка. Изольда вспомнила, как они с Герой иногда просто катались по городу, болтая и слушая музыку.

— Проветримся немного? — спросил Гера, словно почувствовав её настроение.

— Хорошо, давай. Только недолго, я очень устала, Гера.

— Конечно, Изольда. Просто сделаем крюк по пути к твоему дому.

Глядя в окно на ночной город, Изольда думала о том, почему ей так хорошо с Герой, и почему именно с ним. Сегодня на свадьбе было столько молодых, симпатичных парней, а она видела только его и думала только о нём.

И сейчас… Она готова была ехать с ним вечно, хоть до самых звёзд. Просто сидеть рядом и молчать, и ничего прекраснее в жизни не было. Почему их сказка закончилась?!

Вернувшись с небес на землю, Изольда вспомнила кое о чём.

— Гера, мне нужно отдать тебе твои деньги и твой подарок. Я не считаю себя вправе это принять, мы уже давно не вместе. Взяла денег столько, сколько заработала, остальные так и лежат в конверте.

Лицо Геры напряглось, но он промолчал. Казалось, очарование момента полностью разрушено.

Они подъехали к дому Изольды. Гера вышел из машины, открыл двери у пассажирского сиденья и помог Изольде выйти.

— Подождёшь? Я всё принесу сейчас.

— Изольда, половина второго ночи. Не думаю, что ты хранишь деньги и браслет в прихожей. Начнёшь ходить туда-сюда, разбудишь всех. Давай лучше договоримся так: завтра днём я заеду, и ты мне все отдашь. Завтра суббота. Ты дома будешь часа в четыре дня?

— Дома. У меня в воскресенье смена.

— Как тебе новая работа?

— Прекрасно, Гера. Очень нравится.

— Очень-очень? Совсем не скучаешь по прежней жизни и прежней работе? — грустно спросил Гера.

Это был запрещённый приём. Изольда выпрямилась и попыталась отодвинуться, но Гера не позволил. Глядя в глаза Изольды, он мягко коснулся ладонью её щеки.

— Я знаю, что очень виноват, Изольда, но всё же хотя бы попытайся меня простить. Просто по-человечески. Если ты твёрдо решила расстаться навсегда, то давай хотя бы не врагами расстанемся. Хорошо?

— Хорошо, я постараюсь, — кивнула Изольда, глядя в глаза Геры и не в силах отвернуться.

— Спасибо.

— До завтра, Гера! Я всё приготовлю к четырём.

— Да, я обязательно буду.

Изольда закрыла ворота, дождалась, когда стихнет шум мотора, прижалась к воротам спиной и медленно сползла вниз. Её всю трясло от рыданий, вырвавшихся, наконец, на свободу.

На второй день свадьбы, проходивший в банном комплексе, где были также сауна и бассейн, Изольда идти отказалась заранее: её обязательное присутствие там не требовалось. Судя по всему, Гера тоже не собирался на второй день, поскольку ночью сказал, что с утра будет возить товар, а в четыре часа приедет к ней за браслетом и конвертом с деньгами.

Изольда предупредила домашних, что Гера приедет по делу, и отец понял это по-своему. Когда приехал Гера, Альберт чистил снег у ворот и беспрепятственно пропустил гостя. Изольда в кухне пекла блины, Раиса смотрела сериал в гостиной, а Славы вообще не было дома, убежал на свидание.

Изольда уже закончила готовку и мыла посуду, когда в кухню заглянула мать.

— Дочка, к тебе Гера приехал.

Голос у матери был странный, и смотрела она странно. Изольда услышала, как вернувшийся с улицы отец весело переговаривается с Герой.

Изольда, которая представляла себе визит Геры совсем по-другому, разволновалась. Она собиралась выйти к нему на улицу, отдать всё и попрощаться, а теперь придётся проявлять гостеприимство.

— Привет, Гера, — сказала она, появляясь в гостиной. — У нас то ли ранний ужин, то ли поздний обед. Будешь блины с творогом?

— Буду, — улыбнулся Гера. — Ты же знаешь, что это предложение, от которого невозможно отказаться. Тем более, я с утра в разъездах, некогда было пообедать.

Изольда вспыхнула от досады, только сейчас поняв, что приготовила одно из самых любимых блюд Геры: он обожает блины с творогом. А это значит, он теперь подумает, что она старалась специально для него. Наверняка уже подумал.

Все прошли в кухню и устроились за столом, прямо как в старые добрые времена, будто и не было расставания.

Когда пили чай, Гера, прочистив горло, заговорил:

— Изольда, я прошу тебя о том, чтобы ты меня выслушала.

— Отец, пойдём, пусть молодые поговорят, — Раиса хотела подняться.

— Нет, Раиса Андреевна, останьтесь, пожалуйста. И ты, Альберт.

Гера и отец Изольды уже давно общались без церемоний, Альберт сам на этом настаивал.

Гера быстро вышел из кухни и почти тут же вернулся с двумя букетами. Один, поменьше, из розовых роз, подарил смутившейся Раисе, а второй — большой, из красных роз на длинных стеблях, — Изольде.

Изольда покраснела так, что на глазах выступили слёзы. Так и стояла, прижав к себе букет и не в силах сказать ни слова.

— Раиса Андреевна, Альберт… Я прошу у вас руки вашей дочери. Изольда…

Гера повернулся к Изольде, и она увидела открытую коробочку с кольцом в его руках.

— Прошу тебя, пожалуйста! Дай мне возможность всё исправить. Давай начнём сначала. Правильно начнём.

— Что же ты молчишь, дочка? — не выдержала Раиса, и Альберт шикнул на неё.

— Гера, пойдём в мою комнату, поговорим, — тихо сказала Изольда.

— Хорошо, — кивнул Гера, успокаивая себя тем, что Изольда не отказала сразу и не выгнала его.

Изольда нашла большую вазу, наполнила водой, поставила туда красные розы и забрала всё это в свою комнату.

Гера вошёл следом и положил коробочку с кольцом на стол. Потом вернулся и плотно закрыл двери. Если уж получит от ворот поворот, то хотя бы так, чтобы никто не слышал. Изольда, поставив вазу с цветами на стол, встала у окна, глядя на густой крупный снег, поваливший с неба так, словно он куда-то торопится. А папа только-только дорожки почистил.

— Изольда, — подошёл Гера, взял её за руку и потянул к креслу.

Сел в кресло, а Изольду усадил к себе на колени. Когда всё было хорошо, когда они были счастливы, всегда сидели так. Изольда не сопротивлялась. Обняла Геру за шею, прижавшись щекой к его волосам. Гера сомкнул руки на её спине.

— Как ты мог, Гера? Почему? — всхлипнула Изольда. — Тебе было плохо со мной? Сказал бы, если я что-то делала не так. Ведь ты старше меня, умнее, опытнее.

Гера покачал головой, сильнее стиснул Изольду и прижал к себе.

— Нет, — как-то сдавленно ответил он. — Ты — самое лучшее, что есть в моей жизни, я был очень счастлив с тобой. Но, к сожалению, понял это, только когда ты ушла от меня. Я очень легко относился к тому, что происходило с нами, принимал, как должное. Вся эта весёлая жизнь, этот кураж… Это началось сразу после армии, мне необходимо было забыться. Дело в том, Изольда… Я не рассказывал тебе. В армию меня провожала девушка, сестра моего лучшего друга, Лёхи, ты его знаешь. А её зовут Настя. Она старше нас с Лёхой на два года. Она была моей первой любовью, первой женщиной. Когда я уходил в армию, мне было девятнадцать, а Насте — двадцать один. Она заочно училась в университете и работала в одном из отделений банка, здесь, в нашем городке. Я был уверен, что Настя меня дождётся, станет моей женой. Она уверяла, что любит меня. Однако, если и ждала, то всего полгода, а потом вышла замуж и уехала в другой город. Из-за меня ты узнала, что такое предательство. Я бесконечно виноват перед тобой. А я узнал из-за неё, будучи в армии. Когда вернулся через полтора года, словно с катушек слетел. Ладно хоть, увлёкся коммерцией, а то бы всё закончилось печально для меня. За те годы, которые прошли до встречи с тобой, привык к свободной, лёгкой жизни. Мне казалось, я люблю всех женщин вообще, в целом, а свою единственную никогда уже не встречу. А потом появилась ты, и я сразу понял, что ты — другая для меня, не такая, как все. Но резко остановиться и изменить свои привычки не смог. За что мы оба и поплатились. Прости меня, пожалуйста, Изольда! Вернись домой. Стань моей женой, по-настоящему. Почему ты плачешь?

— Тебе было больно из-за этой Насти, вот и плачу. Ты всё ещё любишь её?

— Изольда!

Гера отстранился, но не отпустил Изольду, смотрел в её заплаканное лицо.

— Ты хорошо меня слушала? Внимательно?

— Да, — Изольда смешно шмыгнула носом.

— Я давно не люблю Настю. Даже не сержусь на неё давно. Мне просто всё равно, понимаешь? Я люблю тебя. С того дня, когда мы целовались впервые больше года назад, помнишь? Тридцать первого декабря. А может, и раньше любил, просто понял именно тогда.

— А как же привычки? Друзья? Весёлая и лёгкая жизнь?

— С тех пор, как ты ушла, не был ни на одной попойке, и не собираюсь никуда без тебя. Нагулялся, хватит.

— А курить бросишь?

— Брошу, сегодня же. Уже бросил, всё. Клянусь! Изольда…

Она поцеловала Геру первая. С трудом остановившись, Гера, не отпуская Изольду, потянулся к столу и взял коробочку. Надев на руку Изольды кольцо, поцеловал её ладонь.

— Собирайся, Изольда. Поедем домой.

Но история на этом не закончилась.