Глава 30

Дверцы распахнули снаружи. Адлар вышел первым и, подхватив меня за талию, без видимых усилий приподнял и поставил уже на землю. Ноги. Они начали отекать или это со страху так показалось? Тогда почему колени подкашиваются? Надо потерпеть совсем немного. Это как на приеме у стоматолога. Я уговаривала себя, попутно разглядывая королевский дворец.

Нет, он монументальный, масштабный и все такое… Но дух не захватывало от лепнины и башенок на крыше. Взгляд то и дело выхватывал потемневшие пятна и заметные сколы на стенах. Все это вместе создавало впечатление, что дворец неплохо было бы подправить. Затертые до черноты перила помыть. Увядшие растения на входе заменить. В общем, если сравнивать королевский дворец с домом Адлара, то последний производил более выигрышное впечатление.

Отец Адлара направился вверх по лестнице, а нас, пока я разглядывала дворец, обступили дознаватели.

– Надо взять рюкзаки и сумки, – напомнила я, а Волдо лишь отмахнулся.

– На это есть слуги.

И мы дружною толпою пошли к лестнице. Внутри дворец производил еще более удручающее впечатление. Ковровые дорожки местами вышарканы, а местами прожжены. Позолота померкла, лучше уж ее закрасить. Неужели сами хозяева этого не видят? Да уберите вы эти дорожки, и вид изменится в лучшую сторону.

Я даже расстроилась. Рассчитывала увидеть немыслимую роскошь, а в глаза бросалось лишь ее остатки. Как тут не поверить баронам, что их семьи богаче королевской?

Мы проходили длинными коридорами и очень медленно преодолевали лестницы. На руках меня носить – неприлично. Сама я дороги не видела из-за пышной юбки. Приходилось вначале считать ступени, а потом на счет я и поднималась, опираясь на руку то Волдо, то Адлара.

Навстречу то и дело попадались мужчины разной степени задумчивости. Но едва они встречались взглядами с баронами, как менялись в лице. Кто-то демонстративно отводил глаза и торопился пройти мимо не поздоровавшись. Другие все же делали легкие кивки, но в целом старались держаться от нас подальше. Да еще и присутствие дознавателей за нашими спинами давало полет фантазиям.

Бароны скрипели зубами и шипели не хуже змей.

– Ты видел, барон Жоли демонстративно отвернулся? – процедил Волдо.

– А раньше только и делал, что искал знакомства и моей компании, – зло сплюнул на пол Адлар.

К моменту, как мы дошли до зала, в котором предстояло ожидать аудиенции, бароны накалились до предела. А там ждало новое испытание. При виде нас присутствующие принялись презрительно фыркать и пересаживаться подальше, освобождая нам угол. Но самое позорное, что отец Адлара присоединился к этим надутым индюкам. Он как бы провел черту между собой и сыном. Противно было стать свидетелем такой сцены. А о том, что творилось в душе у Адлара, я и не представляла.

Я с радостью устремилась к освободившемуся месту и с облегчением выдохнула, опустившись на обшарпанный диванчик. Интересно, а если незаметно стянуть туфли? Ног под платьем все равно не видно, а продолжать пытку с каждой минутой становилось все мучительнее. Боль злила и отвлекала от мыслей. А ведь впереди мне предстояло самое сложное в жизни выступление.

А куда деть туфли? Мой взгляд упал на мешки с рюкзаками. А что если их засунуть туда? А потом возьму этот рюкзак себе. Ну зачем Его Величеству все рюкзаки разом? Надеть его на плечи храмовнику, и порядок.

– Отец Бенедикт? – прошептала я. – Дотянитесь до рюкзака побольше. Мне надо.

– Тебе зачем? – Адлар передал требуемое, но глядел вопросительно.

– Туфли жмут, не могу больше. Тихонько сниму и спрячу.

– Да ты в своем ли уме? На прием босиком идти? – зашипел он на меня.

– Да лучше босиком, чем ползком.

Под платьем я уже стянула ненавистную обувку и расцвела в улыбке. Затем нагнулась и сложила все в рюкзак. Да, на глазах у всех, а что делать?

– Передай отцу Бенедикту. Пусть из рук не выпускает.

Хорошо-то как! Я вытянула ноги и несколько раз согнула-разогнула пальчики. Свобода. Правда, я сразу почувствовала, что платье чересчур сильно затянуто. Да и волосы не мешало бы ослабить. Ох, скорее бы уже нас приняли, пока я не разделась.

– Господа! – Как из-под земли перед нами возник мужчина в темном камзоле с цепким взглядом. Он прошелся по всем взглядом и вернулся к баронам. – Назовите цель своего появления здесь.

И тут три пары глаз уставились на меня. Зачем так-то? Сами и говорите. Пауза затягивалась, и Адлер придал мне уверенности легким толчком в бок.

– Мы с господами придумали изобретения, которые будут пригодны всем жителям королевства и придутся по вкусу даже Его Величеству.

Кланяться сидя было неудобно, поэтому я встала и после короткой речи присела в реверансе.

– Покажите! – требовательно сказал незнакомый господин.

Я перевела взгляд на своих и получила от них уверенные кивки.

Переступая короткими шагами, чтобы скрыть свою босоту, я подошла к мешкам с рюкзаками и сумочками. Затем провела короткий инструктаж и затихла, в ожидании дальнейших распоряжений.

Господин кивнул одному из слуг, тот подошел и забрал наши изобретения. Но господин не уходил. Он внимательно смотрел на рюкзак в руках отца Бенедикта.

– Дайте мне.

– Это личные вещи, – я кинулась на защиту своих туфель.

– Во дворце все принадлежит Его Величеству. Дайте мне! – он протянул руку к рюкзаку, и храмовник, бросив на меня беспомощный взгляд, отдал ему рюкзак.

– Ждите здесь.

С этими словами похититель моих туфель скрылся за двойными дверями.

– Что это было?

– Секретарь Его Величества, – вздохнул Адлар. Сам он, кажется, обмер, когда этот секретарь к нам обратился.

– Он мои туфли унес, – тихо сказала я.

Адлар только закатил глаза, ничего не ответив.

И вновь потянулось время ожидания. Сколько мы уже здесь? Люди заходили и выходили. Причем порядок был такой: к каждому подходит слуга и, наклонившись, что-то говорит. После чего посетитель поднимается и проходит в двойные двери. А наша очередь когда подойдет?

Наконец к нам вышел тот же секретарь.

– Ваши изобретения пришлись по вкусу Его Величеству, – он окинул всех взглядом и усмехнулся одними глазами, глядя на меня. – Вы можете возвращаться, – кивнул он баронам.

– Куда? – непонимающе спросил Волдо. Мы тоже ничего не поняли.

– Откуда приехали, – секретарь не скрывал сарказма в голосе. – Ваши подарки приняты, в личном приеме вам отказано.