Глава 33

– Да, понимаю. Все, что требуется от меня, я непременно сделаю, – спрятав подальше печаль, госпожа Аналиса выпрямилась и подняла голову.

И мы наконец-то приступили к обеду и уже на сытый желудок рассказали, как прошла встреча в королевском дворце. Вернее, как она не прошла.

На мой вопрос о судьбе туфель Волдо с Адларом рассмеялись. Оказывается, зал для ожидания просматривается насквозь через потайные отверстия. И наверняка от наблюдателей не укрылся мой манёвр с обувью, поэтому ее изъятие было актом еще большего унижения баронов.

– Представляю, какие у них были лица, когда ты поднялась и как ни в чем не бывало направилась на выход. Они точно такого не ожидали.

– Госпожа Аналиса, простите меня за туфли. Они, наверное, стоят целое состояние, – я опустила глаза. Только со мной такое могло приключиться.

– Что вы, – отсмеявшись со всеми, ответила она. – Я готова подарить еще несколько пар, лишь бы поддеть королевских снобов.

После ее слов мой стыд за утерю чужого имущества улетучился. А после обеда мы впятером отправились к дознавателям. Они сейчас являлись главными распорядителями судьбы баронов.

Без особых вступлений я спросила, на какой срок нам позволено задержаться в столице, и к удивлению заметила проблеск сочувствия в глазах главного дознавателя.

– У нас нет нареканий к действиям баронов. Поэтому договоренности остаются в силе – пять дней. Но при первом нарушении они немедленно отправляются в ссылку, – Ланзо покосился на баронов.

– Спасибо, господин дознаватель. В таком случае позвольте посвятить вас в наши ближайшие планы.

Он явно шел нам навстречу, поэтому следовало соблюдать взаимные договоренности. И я рассказала, что мы намерены посетить госпожу Зельду и заключить с ней соглашение о производстве своих изделий. Затем вернуться в ратушу и запатентовать их. Ну или наоборот: вначале патент, потом уже договор с портнихой.

С этим дознаватель согласился. Я поблагодарила его от нашего имени, и мы вернулись в покои Адлара. На время пребывания в столице они превратились в центр совещательной жизни.

И вот там-то выяснилось, что мы, не задумываясь, прихватили во дворец все образцы рюкзаков и сумочек. Просто они находились в мешках, и никому в голову н пришло выложить часть. А мне было не до того.

– Госпожа Аналиса, нам срочно нужно к госпоже Зельде! До завтра она должна сшить первые экземпляры для канцелярии патентов, – обратилась я к родительнице Адлара.

– Я прямо сейчас прикажу закладывать карету, – с охотой подхватилась она.

– А наше присутствие там необходимо? – недовольно спросил Адлар.

– Конечно нет, но это нелепо: приехать в столицу и добровольно просидеть взаперти остаток времени.

И мои спутники, пусть с неохотой, но поднялись. Далее начались сборы, бароны в очередной раз сменили одежду. И вот слуги предупредили, что кареты для нас готовы.

А на выходе из дома мы столкнулись с отцом Адлара. Он обвел нас всех тем же презрительным взглядом, но задержался на лице супруги. Та шла вперед, словно ледокол, выпятив грудь и высоко задрав подбородок. Она даже не глянула в сторону мужа, проследовав мимо, словно он был пустым местом.

Сдается мне, вечером у них состоится серьезный разговор. Ну да это не мое дело.

А на улице случилась заминка. Мы, не сговариваясь, вчетвером направились к своей карете, а госпожа Аналиса к своей. По размеру та была чуть не в половину меньше нашей, но зато роскошнее.

Матушка Адлара остановилась, кинула взгляд на свою карету, затем на нашу и решительно двинулась к нам. В итоге я сидела между Волдо и отцом Бенедиктом, а Адлар расположился с родительницей.

Далее минут двадцать привычной тряски, и карета остановилась на большой площади. Бароны выбрались первыми, затем помогли нам, и пока я вновь привыкала к твердой земле, госпожа Аналиса уже неслась в сторону ближайшего здания. Удивительная прыть для дородной дамы. Нам пришлось ускориться, чтобы не отстать.

С порога она потребовала у встречающей посетителей девушки личной встречи с госпожой Зельдой.

– И поскорее, – напоследок припечатала она.

Не успели мы отдышаться и полюбоваться тканями, что в большом количестве лежали вдоль стен, как появилась сама хозяйка, встревоженная нашим появлением. Она осмотрела нашу толпу и склонилась в реверансе перед госпожой Аналисой.

– Что-то случилось? – она заметила мой простой наряд, и с ее лица схлынула кровь.

– Нам нужна помощь. Немедленно! – приказала мама Адлара, и лицо швеи пошло пятнами.

Я вмешиваться не стала. Если нашей законной представительнице захотелось проявить себя в деле – нам всем это только на руку.

– Прошу, госпожа, – дрожащим голосом отозвалась хозяйка и показала на внутренние помещения.

Следуя за ней, мы вошли в просторное помещение, которое с нашим появлением словно съежилось. В центре стоял большой стол, окруженный стульями.

– Чем могу помочь? – тихо произнесла госпожа Зельда, и все взгляды устремились на меня.

Набрав в грудь побольше воздуха, я в очередной раз пустилась рассказывать о наших похождениях. Говорила четко и по порядку, потому как рассчитывала на долгосрочное сотрудничество, а для этого нужно, чтобы госпожа Зельда понимала и принимала ответственность.

На моменте объяснения пошива она остановила меня и попросила сопровождающих ее девушек пригласить швей. А пока мы ожидали, осторожно начала выспрашивать про денежную часть сделки.

– Мы решили установить среднюю цену. За сколько вы будете продавать – решайте сами. Разница останется у вас. А также эксклюзивные права на пошив. Сколько составит средняя цена? Завтра, когда мы приедем за готовыми изделиями, вместе и решим.

На нашей стороне была госпожа Аналиса. Она, в отличие от нас, не покидала столицы и наверняка знала местные цены. Вот пусть и решает. Удобно я придумала, правда?