Глава 41

Столяр Отто оказался невысоким коренастым мужичком с крепкими руками, по глаза заросшим неопрятной бородой. Этакая тумбочка на ножках. Одет в традиционную серую рубаху и коричневые штаны.

Он внимательно выслушал меня. Особое внимание я уделила безопасности двух качелей.

– На сколько они возвышаются над землей, ровно на столько они должны уходить в землю, – дважды повторила я для верности.

– Да понял я, – на второй раз Отто отозвался с раздражением. – Здесь работы немало. Дней двадцать, не меньше.

– Вначале качель на одного, – встрял храмовник. – Сколько на нее дней требуется?

– Ну, там не сложно. Дня три, думаю, – почесав бороду, ответил столяр, и отец Бенедикт обрадовался.

– Всевышний в помощь! – подбодрил он Отто.

Мы заплатили аванс: три монеты серебром – и направились обратно. А по дороге Адлар завел важный разговор.

– Зачем ты это делаешь?

– Что именно? Помогаю вам? Так вы мне жизнь спасли, да и уговор между нами.

– Нет. Я про мойку дома, уборку во дворе, да и качели эти. Зачем? Думаешь, что ничего не поможет и нам доживать свой век здесь?

– С чего ты это взял? Я продолжаю придумывать, чем смягчить вашу участь, чтобы всем нам вернуться в столицу. А что касается всего остального… Понимаешь, надо учиться получать удовольствие от жизни в любой ситуации. А вы привыкли только к эмоциям на грани. Но вспомни, как здорово было, когда мы гуляли в парке твоих родителей. Всем понравилось, и было душевно. Или вспомни, как отец Бенедикт для нас одних мессу проводил. Растрогал до слез. Именно поэтому я создаю такие же уютные уголки для воспоминаний здесь. Радость, она же не зависит от места пребывания. Нужно научиться видеть и чувствовать ее во всем. Поэтому я затеяла и уборку, и качели.

Адлар долго молчал. Я уже начала беспокоиться. Может, обидела его чем или посмеялась над его развлечениями в столице? Хотя я неоднократно баронам говорила, что это не развлечения, а дурь от скуки.

– А ведь твое появление уже изменило нас. Не так ли, Волдо? – Тот в ответ глубоко вздохнул, соглашаясь с другом. – Мне и самому сейчас неприятны воспоминания о наших похождениях в столице. Думаю, сейчас я бы от них отказался.

Вот они! Самые главные слова! Адлар начал взрослеть. Задумываться о поступках и об их последствиях. Безусловно, во многом на него повлияла поездка в столицу и то, как их там встретили. Вернее, как от них отвернулись все, за исключением, пожалуй, матушки Адлара и чиновника из канцелярии патентов. Начало положено. Осталось закрепить результат и подтолкнуть баронов к следующим размышлениям.

– А чем бы вы сейчас занялись в столице? Насколько я понимаю, вы никогда не работали. У вас нет знаний и навыков. А теперь? Кем вы себя видите?

– Ну… не знаю. Будем помогать тебе. Ты ведь не остановишься со своими придумками? А их надо шить, или вырезать, или еще невесть чего. А потом еще и предлагать купить. Это сейчас нам повезло, что король бал устраивает и швея успеет сумочек нашить. А с каретами как быть? Дело-то верное, но как сделать так, чтобы знать прознала о новшестве?

Адлар все больше мне нравился своей смекалкой. Прирожденный торгаш! Действительно, изобрести и изготовить можно все что угодно. Но попробуй это, продай?

– Я только за! Но этому тоже надо учиться. Наша поездка показала, что знатные люди отвернулись от вас. И не факт, что, когда вы получите прощение от Его Величества, они вернутся к прежнему общению. У них уже появились новые друзья и приятели, ваше место в их жизни занято. Я хочу сказать, что старыми связями вы пользоваться не сможете. И? Как будете действовать?

Адлар замер на месте. Хотя мы и без того шли очень медленно. Потому что в горку, да и разговор интересный.

– Через матушку. Она очень уважаема. От нее не посмеют отмахнуться или не принять ее предложение.

– Правильно. А еще?

Раз уж запустили мыслительный процесс – пусть продумывает разные варианты.

– Ну… отец. Тот вряд ли поможет. Рубен? Но что он сможет?

– А устроить бесплатную обзорную экскурсию по столице на новых каретах? Нанять гида, пусть рассказывает про историю столицы в целом и отдельных улиц. Не на долгий срок. До зимы, и хватит. А потом, если приживется, можно и деньги за это брать. И другие маршруты продумывать. Или организовать городское такси. Не у всех же есть кареты? – направила я его мысли совершенно в другом направлении. Правда, пришлось дополнить свои слова объяснениями относительно экскурсий, гида и такси.

Все втроем уставились на меня, открыв рот от неожиданных идей.

– Храмовникам нужно предложить, – подал голос отец Бенедикт, что до этого только внимательно прислушивался к нашему разговору. – Церковь очень богата. И высшие храмовники не жалеют денег на свои удовольствия. Поверьте, они купят мягкие кареты за любую цену.

– А можно еще на этих каретах отправиться в другие города и там ими похвастать. Например, к моему дядюшке. Он достаточно богат, но сторонится столичной суеты, – подал прекрасную идею Волдо.

А я не могла нарадоваться на них. Первый разговор – и такой конструктивный, грамотный. И чтобы закрепить результат, я пустилась в похвалы.

Пела оды отцу Бенедикту за его смелую идею, гибкий ум и способность в короткий срок перестроиться и удачно влиться в наш коллектив.

Восхваляла сообразительность баронов и искренне радовалась вслух, что за столь короткое время со дня нашего знакомства они настолько изменились. Прямо с примерами. Что ранее они только стонали о прошлом, а сейчас и гулять стали, и активно обдумывают свое будущее. И вообще, раскрылись, что ли. Стали более интересными собеседниками.