Глава 52

Еще через день у крохи спал жар. Она пришла в сознание. Правда, со слов служанки, по-прежнему была слаба. Но начала пить простоквашу с медом. А это верный признак – болезнь отступает. Слава Всевышнему! Я даже расплакалась от радости за малышку. Что бы там ни случилось дальше, она уже в безопасности.

Но радость длилась недолго. На пятый день я почувствовала озноб и слабость во всем теле. Есть совершенно не хотелось. Ноги подкашивались, пока я спускалась на улицу. С трудом заставила себя выпить кружку простокваши. Друзья с тревогой рассматривали меня.

– Кажется, я заболеваю. Пойду к себе, лягу. Вы-то как?

После секундной паузы все дружно замотали головами. Причем весьма резво.

– Берегите себя и малышку, – сказала я на прощание и неторопливо, с усилием поднялась в покои.

Пока я добиралась до них, то вспотела и нижняя сорочка стала влажной. Слабость. Раздеться мне помогла служанка, и, обливаясь потом, я забралась под меховое одеяло. Озноб сменился жаром, да еще и от камина разило. Фу, как противно. Попросила пошире открыть окно, а уже через пять минут страдала от ледяного, как показалось, ветра. Вскоре меня потянуло в бесконечный сон.

Сновидения отличались друг от друга лишь временем суток. То в комнате стояла темнота, которую едва прорезал свет свечей, то я отчетливо различала дневной свет. Иногда во сне ко мне приходили друзья, заглядывали в покои и что-то говорили. Но различить их слова не получалось. Они спрашивали о чем-то служанку, и она им отвечала. О чем шла речь? Да кто его знает.

Снилась какая-то старуха. Вся в черном. В голове промелькнула мысль – это смерть за мной пришла. Но тогда зачем она гладит меня по щеке и пытается влить в рот воду с привкусом травы? А однажды заглянула черноволосая девчушка. Совсем малышка. Потопталась в приоткрытой двери, огляделась, нет ли кого в коридоре, и шмыгнула ко мне. Забралась на кровать и долго меня разглядывала. Затем пришла служанка и выпроводила ее. Или служанка эта была в другом сне?

И вот в одну из ночей я проснулась. Пелена отступила, и я как в первый раз разглядывала свои покои, слабо различимые в свете свечи. Попутно пытаясь вспомнить где, кто я и что этому предшествовало. Служанка мерно посапывала на стуле, придвинутом к камину. А мне захотелось пить. Вернее, я и проснулась от мучительной жажды.

Попросить воды оказалось непросто. Губы потрескались, и я с трудом их разлепила. Из горла вместо слов вырывались какие-то свистящие звуки. Да и горло саднило. Я подумала – надо хлопнуть в ладоши, чтобы разбудить служанку. Какое там! Слабость была такая, что я едва руку приподняла. Ничего не добившись, вновь провалилась в сон.

Следующее пробуждение случилось более удачным. Едва я разлепила глаза, как служанка радостно вскинула ладони и начала приговаривать. И к своей радости, я различала слова!

– Давайте-ка я протру вас, госпожа. И одеялко поправлю. Вот так. Вот и хорошо.

– Пить, – одними губами прошептала я, глядя ей в лицо.

– Ась? – Вот дура! Второй раз вряд ли смогу повторить. Я начала злиться.

– Позвать кого?

Я закрыла и открыла глаза. Пусть зовет кого-нибудь, кто поднесет мне воды, раз сама не понимает.

– Позвать, да?

А-а-а-а! Кто ее ко мне приставил?! Замените немедленно! Пока она меня не угробила. Внутри все кипело. От своей беспомощности и ее тупости. Ну кто так за больным ухаживает?

– Зови! – громким шепотом произнесла в ответ.

– Агась. Поняла госпожа. Может, травок? – Да она издевается надо мной?! – Хотя нет, лучше господ позову, раз вы просите.

И она торопливо вышла за дверь. Гадина! Я так хотела пить, что ни о чем другом и думать не могла. Смотрела на кувшин, что стоял на столе, и из глаз катились слезы. А дотянуться до него не могла. Да чего уж там. Я даже руку поднять не могла. Какая изощренная пытка!

Благо, длилась она недолго. Дверь распахнулась, и ввалились мои друзья. В полном составе. Бодрые и совершенно здоровые. Высшее счастье! С любопытством стали разглядывать меня и наперебой расспрашивать.

– Пить, – со слезами на глазах я показала взглядом на вожделенный кувшин.

– Пить дайте. Вон как на кувшин смотрит и плачет.

Адлар! Мой спаситель! Век буду за тебя молиться!

Такой вкусной воды я не пила никогда! И кажется, навсегда запомню ее живительный вкус.

Друзья между тем наперебой рассказывали мне обо мне. Перемогалась я долго – сегодня шел шестой день. Они очень переживали за меня. Несколько раз посылали за травницей и сами постоянно заглядывали. Но сейчас видят, что я пошла на поправку, и сильно рады. Еще расспрашивали меня. Что мне принести, простокваши или яйцо? А может, кусок мяса?

От такой трогательной заботы я все-таки расплакалась.

– Да отстаньте вы от нее! – рявкнул отец Бенедикт.

Знаменитый врачеватель душ! Он первый сообразил, что к чему. Слава Всевышнему.

Хотелось узнать, как они перенесли болезнь. Как себя чувствует ребенок? Как обстановка вокруг дома? Но невозможность говорить душила. Вскоре и нос заполнился соплями. Ну зачем я ревела? А как не реветь-то? Спорила сама с собой.

А когда поняла, что вновь клонит в сон, поторопилась показать глазами на кувшин, что продолжал держать в руках Адлар. Надо напиться как следует. Неизвестно, когда такая возможность представится в следующий раз.

Благо, Адлар понял с одного взгляда и, приподняв мою голову, поднес к губам кружку с вожделенной водой. Напилась! Вот сейчас можно и поспать.

Я закрыла глаза, и вскоре звуки куда-то уплыли.