Глава 56

Друзья появились лишь к обеду. Быстро поели, отмахиваясь от моих расспросов, и вновь ушли прививать людей. Конечно, тот факт, что бароны сами работают, – событие из ряда вон выходящее. Но и ситуация совершенно непростая. Они же, как и я, избранные Всевышним! А значит, наряду со святыми угодниками обязаны исполнять то, что заповедано. А пред Всевышним все равны. И знать, и простые люди.

Только вечером, за ужином они рассказали, как прошел день. Дознаватели отбыли сразу же, как привезли трех зараженных подростков. Но отбыли втроем. Своего четвертого, более молодого товарища, оставили в поместье Волдо. Чтобы мы и его спасли. А в ответ взяли на себя ответственность передать отцу Волдо, что поместье нашего друга он больше не занимает. И заверили, что до следующего их появления мы можем пользоваться поместьем как и прежде. Сплошная коррупция!

– Еще два дня, и мы здесь закончим. Вообще-то люди и сами поняли, как следует поступать. Вначале не верили, но другого выхода у них не осталось. Вот и подставляли руки под порезы, со слезами на глазах и с молитвой Всевышнему. Но больше всего досталось святому отцу, – рассказывал Адлар.

Я перевела взгляд на отца Бенедикта, пытаясь разглядеть признаки усталости. И правда, глаза как будто погасли и под ними залегли тени. Но самое удивительно, наш вечно говорливый товарищ за вечер не проронил ни слова.

Оказалось, что весь день он в открытом поле молился во исцеление всех болящих. Заканчивал в одном месте, и его уже ждали в другом. Люди искали поддержки во всем. Поэтому отказать он не мог. Кто после такого может худое слово про него сказать? Да я первая в бой кинусь.

– И вот еще. Подростки, те самые, у которых мы брали гной. Поселить их некуда. Мы думаем, ты не откажешь им в приюте в нашем доме?

– Могли бы и не спрашивать. Конечно, пусть остаются. Они для нас не опасны.

– У меня к вам встречный вопрос. Кати осталась одна, – я покосилась на кроху, что сидела рядом. – Потом, когда все закончится, решим, с нами или с Волдо она останется. Никто ведь не против?

– Со мной! – выпалил Волдо. – Я уже все решил. Мы с дочуркой покажем всему свету, от кого они отвернулись. Так ведь, Кати?

– Тяк! – подтвердила кивком его слова девочка.

Вот это поворот! А может, так и правильно? Жить одному и для себя – сомнительное удовольствие. Кроме того, Волдо разом лишился семьи, а сейчас ему будет о ком заботиться, и это, несомненно, изменит его жизнь в лучшую сторону. Справится ли? Я в этом и не сомневалась. Из Волдо получится отличный отец!

В последующие два дня, как и ожидали бароны, все проходило по одному сценарию. С утра до вечера они прививали людей от оспы. А мы с Кати занимались хозяйством. Гуляли, играли и даже нашли несколько нарядов Адлара, чтобы сшить из них платья для нашей спасительницы.

К концу второго дня решили сделать перерыв. Подростки, три пугливых юнца лет по двенадцать, пошли на поправку. И язвы у них полопались и начали затягиваться. Да и устали они неимоверно. При том, что еще болели.

– Пусть отдохнут несколько дней. Отъедятся, и мы отправим их по домам.

С Адларом в этом вопросе никто спорить не стал. Следующий день мы провели в покое. Друзья только вышли один раз, проверить, всех ли «вакцинировали».

Договорились, что утром следующего дня они в карете отправятся за следующими подростками. Нам предстояло переезжать на земли Волдо. А там знать. Как они отнесутся к нашему методу лечения?

Я начала собираться. Подумывала даже Кати с собой прихватить, но меня остановил Адлар.

– Ты никуда не едешь.

– Как это?

– Мы сейчас знаем и понимаем в прививках больше тебя. Нечего тебе в крови и гное ковыряться. Сиди дома и приглядывай за детьми.

– Но я же хочу помочь.

– Ты уже помогла. Дальше мы сами.

Остальные только согласно кивали головами, сговорились, видимо. И что мне оставалось? Я предприняла еще ряд попыток, но все мои аргументы были отвергнуты.

– Сиди дома и жди нашего возвращения. Сколько? Пока не знаем.

– Вы хоть приезжайте меня навестить! Как я здесь одна?

– Ты не одна, ты с ребенком. Вот и занимайся им.

Утром они умчались. Я побродила по дому. Вышла на лужайку. За ворота мне запретили даже нос казать. Да я бы и сама не пошла. Поэтому оставалось только предаваться мечтам о будущем.

Как раз момент подходящий. Я впервые осталась одна. С момента попадания в этот мир такого не случалось. Так что я наконец в одиночестве. Нет, прислуга и охрана никуда не делась. Но разве с ними можно поговорить так, как с друзьями?

Правда, выручали подростки. В том смысле, что я заботилась о них. Смазывала ранки, поила целебными травами. Заставила даже помыться и переодеться в одежду Адлара. Ту, от которой он отказался по каким-то причинам. Она хранилась на чердаке.

Мы вместе трапезничали. Поначалу подростки жались и наотрез даже разговаривать со мной отказывались. Все кланялись и благодарили. Но я объяснила, что мне нужна поддержка, разговоры и компания за столом. А, так не принято? Так время сейчас такое.

– Вот смотрите – знатные бароны и храмовник. Кто мог подумать, что они будут самолично спасать людей? А ведь спасают!

С этим подростки согласились. И пошел процесс знакомства. Гуго, Йон и Дедерик. Все из одной деревни, знают друг друга с детства. Гуго оказалось четырнадцать лет, и он из самой бедной семьи. Братьев и сестер у него шестеро. А еще с ними живут родители отца. Вернее, вся семья живет в доме родителей отца. Самого отца насмерть зашибло деревом, когда для барона лес рубили. Мать и он сам с утра до вечера работают либо на своем огороде, либо на поле хозяина. Но еды на всех не хватает. На завтрак мать варит кашу на воде, обеда отродясь не бывало, а ужинают куском серой лепешки и стаканом воды. А бывает, что и просто водой.

Йону двенадцать. Его отцу в свое время повезло. На мельнице насмерть придавило помощника мельника, и отца взяли на освободившееся место. Он с тех пор ходит хмурый и вечно согнувшийся. Мать растирает ему больную спину, но зато на столе всегда есть каша. А еще удалось заполучить козочку. В общем, они прямо богачи по сравнению с Гуго.

Дедерик, тринадцать лет. Его семья пасет господскую скотину. Ну и он сам, конечно, помогает. Живут сносно. Не голодают, но мяса он никогда не пробовал.

Чтобы притупить угрызения совести, я пообещала себе помочь их семьям чем только смогу. Купить скотину, в первую очередь. Куры и козы – это уже разнообразие на столе. Кроме того, может, кому потребуется дом подлатать или, не знаю, телегу. В общем, все сделаем.

Да, всем помочь невозможно. Но эти семьи отныне мне не чужие.