Глава 59

– Это что за зверь невиданный? – одним резким движением Адлар развернул к себе лекаря.

– Да как вы смеете! Да я… меня Его Величество лично отправил.

– Ага, и бумаг сопроводительных с собой не дал, – плеснула я маслица в огонь.

– Ты кто? Я хозяин этих земель. Я здесь власть и закон! Я задал тебе вопрос! Отвечай, пока не приказал тебя выпороть!

Да, так его! Сразу видно, кто здесь главный!

Усталый, злой, Адлар нависал над злобным лекарем, и вид его не предвещал ничего хорошего. Такой и впрямь даст команду пройтись поперек спины хлыстами. И будет совершенно прав. У лекаря ведь подтверждающих бумаг нет.

– Они, они меня знают! Дознаватели, – завизжал чумной доктор, указывая на Ланзо. А тот, будто не слыша, очищал ботинок от налипшей земли и тихонько бранился себе под нос.

– Ланзо, этот с вами?

– Нет, истинный господин, – поклонился дознаватель и вернулся к своему занятию. Этакая маленькая месть с его стороны.

– У-у-у-у! – завыл и, кажется, всхлипнул пару раз лекарь.

– Говори, собака, зачем приехал? По добру ли? – встряхнул его Адлар, и тот быстро-быстро закивал клювом и подобострастно заговорил:

– Истинный господин, я лекарь из королевского дворца. Прознав о вашем лечении, вызвался посмотреть все своими глазами. Я торопился, оттого и писем не взял. Но обо мне всем известно в столице.

К моему изумлению, лекарь заговорил вполне миролюбиво, толково объясняя свое появление. Вот гад! Перед слабыми он куражился, а едва почувствовав силу, испугался.

– Проверю. Иди пока, – брезгливо оттолкнул его Адлар.

И лекарь, во избежание последствий, заторопился к дому.

– Вы как? – устало улыбнувшись, Адлар повернулся ко мне.

– Нам-то что. Отдыхали, играли с детьми.

Я кинулась было к нему и замерла в шаге. Соскучилась. По нему и по остальным. Хотелось обнять. Крепко-крепко. Но мы же господа. Да еще на виду у всех. Поэтому я взяла его ладонь своими руками и чуть сжала. Он ответил тем же. А дальше мы стояли еще некоторое время и разговаривали глазами.

– Хм, – прервал наш молчаливый диалог святой отец.

– Ой, вы же устали после такой работы. А дознаватель вам новости передал? Нас в столицу вызывают, – затараторила я, не отпуская руки Адлара. И мы пошли к дому. Пусть берет мою силу! Ему сейчас нужнее.

– Все знаем. Завтра выезжаем.

Все ушли вперед, а Адлар резко меня притянул к себе и обнял. Крепко. На одно мгновение. А еще зарылся носом в мои волосы. И все! По спине побежали мурашки. Сердце сначала учащенно забилось, а потом провалилось в колени и затихло. Хорошо-то как! Вот как это, оказывается, бывает! Когда встречаешь вторую половинку.

Просто объятия – а мне летать хочется. И бегать, и смеяться. А еще вот так стоять какое-то время. Подольше. И пусть все видят. Жених с невестой имеют право. К тому же Адлар здесь закон, вот!

– Пойдем в дом, – разомкнул объятья Адлар, а я улыбалась до ушей. Что угодно думайте – я счастлива.

Во дворе нас встретили дети и орущая от радости Кати. Волдо поднял ее на руки и долго о чем-то расспрашивал. А она смеялась и показывала на наши городки. Пытаясь изобразить, как надо замахиваться, она мазнула ладошкой ему по лицу. Тут же обняла и притихла. А у Волдо глаза заблестели от счастья.

Потом господа ушли мыться и переодеваться, а мы ждали их для расспросов в зале. Все вместе, с детьми. Правда, лекарь куда-то запропастился. Он так и не появился внизу в этот день. Поэтому служанка носила еду к нему в покои.

И вот когда мы все собрались, Ланзо выложил на стол два приличных мешочка. Такие мне знакомы – там хранят монеты.

– Госпожа Аналиса Корн передала. Здесь тысяча шестьсот восемь монет. Серебром.

Вот тебе и пир во время чумы! Эпидемия, а модницы тратят деньги на украшения. А ведь еще до мягких карет дело не дошло. Сколько же мы заработаем на изготовлении мыла и ароматических масел? Пожалуй, я таких цифр и не знаю. Но это потом.

Восемь монет мы разделили между детьми. А остальные поровну. После чего принесли обед, и я спросила, как все прошло в поместье Волдо.

– Не все согласились прививаться. Но мы сделали что могли, – глубоко вздохнув, ответил Волдо.

– Все мы в руках Всевышнего. Он показывает нам путь, а идти ли этой дорогой, человек решает сам, – многозначительно молвил отец Бенедикт.

С этим не поспоришь.

– А вы? Чем вы кидались во дворе? – потерев щеку, по которой случайно попала Кати, спросил Волдо.

Когда я объяснила, все аж встрепенулись. А с нами почему не играла? И вмиг куда-то подевалась усталость. Всей компанией высыпали на улицу, и деревенские мальчишки учили баронов и храмовника игре. А мы с Кати сидели на безопасном расстоянии, подбадривали и сопровождали каждый бросок громкими криками.

Хорошо-то как! Все живы! Мы, как и прежде, вместе. Что нас ждет впереди? Один Всевышний ведает. Но у меня появился Адлар, а у Волдо маленькая Кати. Это ли не счастье?

А еще я сильно надеялась, что в этот раз мы уезжаем в столицу окончательно. Вернее, внутренне была убеждена в этом.

Выехали рано, лишь только рассвело. Мы с детьми, словно сельди в бочке, в одной карете, и лекарь в гордом одиночестве во второй. Никто не пожелал составить ему компанию. Впрочем, и он никого и не звал.

По дороге развезли мальчишек. Время поджимало, поэтому толком поговорить с их родителями не удалось.

Каждой семье мы отсыпали по сто монет серебра. Для них это целое состояние. Будет на что и дом поправить, и скотину закупить, и ткани справить, да еще и на приданое девочкам останется. Если получится, мы заедем к ним когда-нибудь. А пока нас ждала столица.

Ночь в придорожной таверне прошла спокойно, и следующим вечером мы в сопровождении дознавателей въезжали в столицу. Вскоре остановились у дома Адлара.

Со слезами радости нас встретила хозяйка. Всех оглядела, поохала, что исхудали-то как. За Кати очень хвалила Волдо и велела жить в ее доме, сколько он пожелает. Таким образом показывая, что знает про отречение его семьи.

Родительница Адлара отвела глаза в сторону, и сообщила, что его отец уехал в дальнее поместье – прятаться от болезни. Из числа знати многие так поступили. Поэтому и не вышел нас встречать.

А за ужином Адлар выдал еще одну новость. Про нас с ним. Ну почему так сразу? Нет чтобы как-то подготовить родительницу.

Та замерла, но лишь на миг, а потом стремительно нас покинула, не сказав ни слова. Что происходит? Не приняла? Мы приглядывались меж собой, но вслух никто не решался произнести свои догадки.

А вернулась госпожа Аналиса с небольшим сундучком, выполненным из камня.

– Наши фамильные ценности. И они отныне твои! – она торжественно протянула мне сундучок.

– Спасибо!

Усталость с дороги, неожиданный подарок и в целом ситуация лишили меня многословности. А в глазах защипало.