Глава 60

Утром меня разбудили служанки.

– Госпожа, пора одеваться, делать прическу.

Ой нет, только не волосы! От этой мысли я моментально проснулась. Оделась и чутко контролировала вопрос укладки. У себя-то на выселках я косу заплела, шнурком перетянула – и готово. Здесь же требовалась красота. В итоге совместными усилиями заплели волосы «корзиночкой», повтыкали жемчужные булавки, и все остались довольны.

Завтрак организовали в покоях Адлара. И я невольно изумилась переменам в баронах. Если в прошлый наш приезд в столицу они надели на себя все самое кричащее и яркое, то сейчас они выглядели, на мой взгляд, серьезно и достойно: в белоснежных рубахах, серых камзолах и таких же брюках. Правда, золотых украшений на себя нацепили… Ну смотрелось в целом гармонично. К тому же нельзя забывать, что в этом мире украшения, как на мужчинах, так и на женщинах, – показатель статуса.

– Доброе утро! Какие все красивые! – я улыбалась во весь рот от избытка чувств.

Присутствующие подскочили. Начали раскланиваться и сыпать комплиментами в ответ. И выходило у них не напыщенно, а вполне естественно. И мне нравилось, и они не испытывали неловкости от сказанного. А может, все оттого, что мы крепко сдружились за время, что провели вместе.

После завтрака сели в карету и направились во дворец. По дороге молчали. Все, что могли обсудить, мы уже разобрали. Каждый знал, что и когда следует сказать. Договорились лишь, что начнет рассказывать о наших прививках храмовник. Бароны, а я по-прежнему считала Волдо таковым, они вроде как не в чести. Я – женщина. Поэтому среди всех нас самый большой авторитет имел отец Бенедикт.

Нас встретили лакеи и провели коридорами до того самого зала, где мы уже бывали. Его я запомнила. И вновь все повторилось. Ожидающие приема мужчины при виде нас надулись и старательно отворачивали лицо, чтобы не иметь возможности встретиться с нами взглядом. А еще они отсели подальше, так что освободился целый угол. Который мы с удовольствием и заняли, вместе с дознавателями.

Какое же было всеобщее удивление, когда совсем скоро распахнулись двери и оттуда появился тот самый секретарь Его Величества. Подошел к нам и, коротко кивнув, пригласил следовать за ним. Без очереди и ожиданий! По всей видимости, король не на шутку встревожен болезнью.

Дознаватели остались дожидаться, а мы вошли в распахнутые двери, которые следом за нами сразу закрыли. Помещение было просторное, стены обиты светлой тканью в мелкий рисунок, камин в углу. Около узких окон, в самом светлом месте зала, стояли столы со множеством бумаг, за столами сидели мужчины. При нашем появлении они подняли головы и, бегло осмотрев нас, вернулись к работе.

Мы же направлялись к следующим двойным дверям. Возле них по сторонам стояли вооруженные стражи. И два лакея, слегка поклонившись при нашем появлении, распахнули двери. Далее следовал еще один зал. Стены там были украшены голубой тканью с золотым шитьем. Золотые подсвечники с множеством горящих свечей, серебряные бокалы и кувшины стояли на изящных столиках. Рядом с ними крошечные серебряные тарелочки с нарезанными сырами и окороком.

Вдоль стен были расставлены диваны, на которых стайками сидели разодетые дамы и оживленно беседовали. В глазах зарябило от обилия украшений, надетых на них. Увидев нас, дамы как по команде замолчали. Ощупали взглядом Адлара и Волдо, затем, словно рентгеном, прошлись по мне и вновь уставились на баронов. Но затишье длилось недолго. Тут же вспыхнули шепотки и переглядки между собой. М-да, не забыли при дворе моих друзей. Видимо, и впрямь славно они здесь куролесили.

Мы подошли к следующим дверям, и после заминки они распахнулись. Глухой коридор. Лишь вдоль стен горели подсвечники, и два вооруженных стража стояли у двери.

– Его Величество ожидает господ! – секретарь слегка кивнул, и один из стражей открыл дверь, едва мы поравнялись с ним.

Мы зашли в приемную, и меня охватило разочарование. Я надеялась увидеть богато украшенный зал. Золото, канделябры, ковры… Но это оказалось сравнительно небольшое помещение.

Стены отделаны красным бархатом с золотым рисунком. Под ногами огромный, во весь пол ковер, чуть темнее, но тоже красный. Алые тяжелые шторы, резной деревянный стол, украшенный позолотой и, накрытый скатертью из красной с золотым шитьем парчи. В общем, вся обстановка была кроваво-красных тонов.

Стол располагался на возвышении, и за ним восседал Его Величество Аурелиус Второй. Лет ему было чуть за тридцать. Надо отдать должное, Всевышний щедро наделил его красотой. Густые, темные, вьющиеся волосы волнами спадали на плечи. Черные глаза с красивым миндалевидным разрезом обрамляли пышные ресницы. Прямой тонкий нос и алые губы завершали картину. Определенно, красавец! Но красота его была схожа своей утонченностью с Волдо. Мне же больше по душе крепкий торс, рубленные, словно топором, черты лица. Мужественность в каждой черте. Как у Адлара, одним словом. И я прекрасно понимала тревогу короля относительно безобразных рубцов, остающихся после оспы. Это еще ничего, а если случится слепота? Как он перенесет такой удар?

Одет Его Величество был во все алое. Камзол, сверху накидка. Голову украшал тонкий золотой обруч, руки были усыпаны перстнями.

Мы остановились, едва перешагнув порог, и склонились в приветствии. Я сделала настолько низкий реверанс, что еле удержалась на ногах. Друзья почтительно поклонились.

Его Величество жестом пригласил присаживаться за приставной столик. И только сейчас я заметила, что за ним уже расположились четверо человек, тоже одетые во все красное. Все они были не молоды, с солидной сединой и глубокими морщинами. А одно лицо мне было прекрасно знакомо – барон Бертольд Эодор. Тот самый королевский лекарь, что приезжал посмотреть на наше лечение своими глазами.

– Вы знаете, зачем вас пригласили? – обратился к нам один из присутствующих.

– Видимо, слава о спасении, что послал нам Всевышний, дошла до ушей Его Величества, – отвесил легкий поклон королю отец Бенедикт.