Глава 8

Неподалеку опять чирикала птаха, я завозилась, не желая просыпаться. Моя удобная подушка шевельнулась, потом раздался глухой удар, как если бы что-то кинули и стало тихо. Я попыталась уснуть опять и досмотреть красочный сон, не получилось. У «подушки» вдруг выросли крепкие руки и меня бережно обняли. Вот тогда мозг проснулся окончательно, и на радостях от наступления нового дня, выплеснул на меня воспоминания о вчерашнем. Спросонья я не сразу сориентировалась, что из всего того хаоса реальность, а что отголоски сна. Именно поэтому я еще некоторое время продолжала обнимать учителя, на котором так вольготно развалилась, устроив на нем не только свою голову, но и закинув на него ногу.

«А-а-а! – завопил разум, пытаясь найти выход из неловкой ситуации. – Что делать? Притвориться спящей или открыть глаза и поздороваться?» По хорошему надо выбрать второй вариант, потому что после всего того, что было между нами ночью, смущаться поздно. Я еще пребывала в сомнениях, когда Аруку-сан решил за нас обоих, он нежно поцеловал меня в макушку и осторожно выбрался из постели, переложив меня на настоящую подушку. Все же я трусиха, даже после умопомрачительной ночи мне было страшно встречаться взглядом с учителем. Как он отнесется к моей вчерашней раскованности, опасно граничащей с развязностью? Аниоко-таю всегда говорила, что женщина должна подчиняться, а в любовных утехах особенно. Что мужчинам не нравится, когда над ними пытаются доминировать.

Дверь тихо открылась и закрылась, я приоткрыла глаза, проверяя наличие учителя в комнате. Ушел. Я потянулась, позволяя себе улыбнуться. Все же жизнь прекрасна. А взрослая тем более. Ночью я поняла, что холодность и невозмутимость Аруку-сана всего лишь маска. Он оказался совсем не такой, каким я его все это время считала, в нем удивительным образом сочетались нежность и страсть, забота и неистовство. Я до сих пор не могла поверить, что он ни разу не причинил мне боль, даже ненароком. Он наоборот, сделал все, чтобы мне было с ним хорошо. Его губы целовали меня в таких местах, что и подумать стыдно, не то что рассказывать.

От воспоминаний меня кинуло в жар, я скинула с себя простынку, собираясь встать и пойти принять душ. Надо было охладиться и помыться, ведь ночью нам было не до этого. И не мешало бы прояснить вопрос с контрацепцией, может, учитель поставил мне блокатор еще в первый раз? Какие-то уколы были, я смутно помню, надеюсь, среди них был и контрацептив. Конечно, был, Аруку-сан ничего на самотек не пускает и не забывает. Уверена, он позаботился о том, чтобы я не забеременела. Но уточнить все же надо, не хотелось бы неприятных сюрпризов в недалеком будущем.

Дверь неожиданно открылась впуская полуголого учителя с маленьким столиком в руках, уставленному разнообразными блюдами. Я замерла, любуясь практически фантастическим зрелищем. Взгляд мужчины приковался к моему телу и руки его слегка дрогнули, раздалось мелодичное позвякивание чашек, которое вернуло мне способность соображать. Я быстро подхватила простынку и натянула ее на себя.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил Аруку-сан, ставя столик с едой и присаживаясь рядом со мной.

- Хорошо, - буркнула я, краснея под взглядом мужчины. Чтобы не провоцировать его, я села.

- Не болит? – ладонь учителя легла на мой живот, я смутилась еще больше и неопределенно пожала плечами. Что мне ему сказать? Что вчерашняя ночь была самой лучшей в моей жизни? Что несмотря на ноющую боль в мышцах и легкий дискомфорт в одном месте, меня переполняет радость, которой хочется поделиться с целым миром? В общем, повести себя, как влюбленная дура, хотя по факту я ею не являюсь. А может, сказать что-нибудь дежурно-циничное? Видела как-то в одном сериале по межгалактической сети, там героиня после секса, который ей понравился, кстати, со скучающим выражением на лице произнесла: «Было неплохо, надо будет как-нибудь повторить».

Наверное, я бы еще долго предавалась бы глупым мыслям, но Аруку-сан обхватил меня за плечи и прижал к своей груди, разбивая своим поступком все мое мировоззрение. Одно дело принять то, что учитель видит во мне игрушку для сексуальных утех, другое заподозрить его в глубоких чувствах. Да нет, этого просто не может быть, такие люди, как Аруку-сан, не умеют любить. Для них важны только собственные желания. И то что он так заботлив сейчас, ничего не значит, как только я перестану вписывать в его рамки, наказание последует незамедлительно.

- Поедим, а потом в ванну? – приподнял мое лицо за подбородок мужчина, улыбнулся и добавил: - Или наоборот?

- Поедим, - быстро ответила я, прекрасно понимая, чем закончится совместное омовение. Не то чтобы я против, просто кушать хотелось сильнее.

Ели опять молча, меня начала тяготить эта тишина. Почему он ничего не объяснит, не расскажет? И вопросы эти его дурацкие: «Болит? Как ты себя чувствуешь?» Будто меня ночью пытали, а не «любили».

- А… - подняла я взгляд на учителя, собираясь задать какой-нибудь нейтральный вопрос. Например, спросить про мелких. Кто их тренирует все эти дни? Как вообще дела в школе? Но все эти вопросы вылетели у меня из головы, достаточно было посмотреть Аруку-сану в глаза. Я опять видела зверя: жестокого, безжалостного, но сейчас он мне снисходительно скалился, излучая расслабленность и довольство. Я встряхнула головой, прогоняя наваждение.

- Голова болит? – забеспокоился мужчина, чуть наклоняясь и касаясь губами моего лба. – Жара нет.

- Просто не выспалась, - покраснела я, отгоняя воспоминания о том, как именно не давал мне спать Аруку-сан. – Это все птица.

- Его зовут Сол, он уже несколько лет прилетает ко мне по утрам, знает, что его тут накормят, - улыбнулся учитель. Я подарила ему улыбку в ответ, где-то в глубине души было желание расстаться по-хорошему. Вдруг произойдет чудо и Аруку-сан не будет меня искать после побега? Так что ради маленького шанса на подобный исход я была готова выслушать истории про птичку.

Но и тут не срослось, зазвонил коммуникатор Аруку-сана. Настойчиво так, тревожно. Учитель сам не горел желанием с кем-либо общаться, но делать было нечего.

- Сэнсей, к вам Каганай-сан, - донеслись слова дежурного на воротах школы. – У него очень срочное дело. Пускать?

Сердце пропустило удар и в панике забилось с новой силой. Черт! Как же хреново! Зачем он пришел сегодня?! Не мог подождать до завтра, когда меня уже не будет на планете?! Видимо, я не совладала с лицом, Аруку-сан заметил мое волнение и если до этого он собирался отказать, то теперь нахмурившись дал добро.

- Я скоро вернусь и мы поговорим, - перед уходом сказал он.

Он меня совсем за дуру держит?! Думает, я буду ждать его прихода в надежде, что он меня простит и мы заживем счастливо во веки веков? Я, конечно, наивная, но не настолько. Я вскочила и начала спешно одеваться, надо было успеть сбежать, пока учитель не вернулся. В комнате Аруку-сана была только одежда, которую он купил мне вчера, так что пришлось воспользоваться им. В ванну не пошла, не до чистоты, когда на кону свобода.

Из дома мастера я ушла через террасу, возможно, входную дверь он не запирал, но рисковать не было времени. И так я его потеряла, забежав в свою комнату и похватав кое-какие вещи. Уже уходя, прихватила свое оружие: катану и вакидзаси, единственный подарок учителя, который я ценила. Мои мечи ковал один мастер, они идеально подходили друг другу, но имели каждый свой характер. Катана у меня ассоциировалась с девушкой, легкой, гибкой, стремительной и верной. Вакидзиси с ребенком, этаким вредным и капризным мальчишкой, который меж тем в минуты опасности становился продолжением моей руки, смертоносным и не ведающим жалости. Изуму всегда смеялся над моими фантазиями, называл их глупыми и предлагал обряжать мечи в тряпки, раз я в детстве не наигралась в куклы. Я обижалась, но воображение все равно приписывало оружию сверхъестественные качества. Еще до отъезда Изуму, начитавшись сказок, я провела что-то наподобие обряда, окропив лезвия мечей своей кровью. Хотелось волшебства и оно случилось, в один из дней друг балуясь схватил мой вакидзиси, да так неловко, что серьезно порезался. И как я могла бросить моих «защитников», которые всегда были мне верны? Оружие – вот настоящие друзья воина!

Мне бы сразу уйти через полигон, но ноги свернули к главному зданию, именно там Аруку-сан принимал клиентов, гостей, врагов и других посетителей. Я корила себя за любопытство, глупость, самонадеянность, но все равно пробралась через террасу, чтобы подслушать о чем беседуют мужчины. Они не разговаривали, они дрались. Я видела много боев, каждый день в школе проходили спарринги и просто состязания. И всегда это выглядело красиво, завораживающе. Но сейчас я увидела всю неприятную подноготную боевых искусств. Судя по кровоподтекам на лицах у обоих мужчин, силы были примерно равны и можно было смело уходить, не боясь, что они друг друга поубивают.

- Мы можем решить все мирно, назови цену, - остановили меня слова Каганай-сана.

- Нет, - ответ учителя не удивил.

- Я так и знал, что ты запал на свою ученицу. Только Нанами хочет меня. Она сама ко мне пришла и сказала это. Я все еще чувствуя ее вкус на своих губах, слышу ее стоны, - Каганай сознательно провоцировал Аруку-сана, чтобы тот потерял свою обычную хладнокровность и подставился под удар. Не знаю, была ли их драка поединком, и что собирался делать Каганай в случае победы. Вряд ли он думал об убийстве учителя, скорее, для него просто важно было одержать победу над ним, пусть в кулачном бою. Но он не учел того, что Аруку-сана злить опасно. Честно признаться, я сама не знала, как страшен в гневе учитель.

Мышцы на спине и руках мастера вздулись, обрисованные сеточкой вен, стремительный бросок и вот он уже держит Каганай-сана за горло. Пальцы учителя буквально вгрызаются в плоть воина, кровь струйками сбегает по его шее. Лицо Каганая багровеет, он хрипит, наносит руками удары, но все без толку, Аруку-сан будто бы не замечает попыток воина вырваться. В глазах Каганая появляется страх, да у меня самой волосы встают на голове дыбом, потому что от учителя исходит нечеловеческая ярость на ментальном уровне. Его внутренний зверь рвется на воли, сметая все барьеры, которые Аруку-сан выстроил на его пути.

Каганай понял, что выбор у него невелик, либо уронить честь и воспользоваться оружием, либо умереть. Он выхватывает кинжал и вгоняет учителю между ребер. Мое сердце пропустило удар, на долю секунды ноги ослабли и я привалилась к стене. Одно дело мечтать, как лично убьешь своего мучителя, другое видеть, как убивают небезразличного тебе человека. Когда Аруку-сан им стал? Наверное, был всегда. Да и невозможно оставаться равнодушной к человеку, который тебя воспитал, выучил. Пусть обида никуда не делась, но смерти учителю я не желала.

Но, как оказалось, рано я его похоронила. Аруку-сан выпустил горло Каганая и отпрыгнул от него, на свою рану он даже не посмотрел, хотя кровь толчками хлестала из нее. Все его внимание разделилось между Каганай-саном, который пытался отдышаться и мной. Не знаю, как он меня заметил, услышал или почувствовал, неважно. Главное, что мне не посчастливилось встретиться с ним взглядом. Меня будто придавило к стене презрением и яростью, на миг даже дыхание перехватило. Что он подумал, увидев вещи и оружие в моих руках? Что я прибежала к Каганаю? Уж воину наверняка такая мысль пришла в голову, достаточно было глянуть, как он воспарил духом. Рано я решила, что не желаю смерти учителю, как бы не пришлось сражаться за свою жизнь, потому что он, похоже, жаждет убить не только Каганая. Разум предлагал замечательный вариант, как избавиться от обоих сразу. Дать одному убить другого, а потом разделаться с победителем. Вот только внутри все переворачивалось от этой мысли, было противно даже думать о таком подлом поступке. Но если ничего не делать, то Каганай убьет учителя. Воин уже достал меч и собирался им воспользоваться.

Мои дальнейшие действия не поддавались логической оценки, я так и не решила для себя, почему хочу сохранить жизнь учителю. Я обнажила катану, лицо Аруку-сана дрогнуло и будто превратилось в маску. Как же легко он записал меня к тварям, которые не задумываюсь ударят в спину. Почему эта мысль болью отдалась в сердце? Плевать, я выполню свою долг и забуду о нем, об Изуму, об этой планете. Жаль только эмоции не получается отключить, они все равно прорываются наружу, но когда-нибудь обязательно научусь это делать. Я сжала левой рукой лезвие своего меча, чувствуя, как оно рассекает кожу. Боль слегка прояснила разум.

- Служи ему верно, красавица, - прошептала я, прежде чем кинуть катану учителю. Он поймал, что неудивительно. В другое время я насладилась бы растерянностью мужчин, может, сказала бы прощальное слово или что-то гадкое, но не сейчас. Ножны от меча бросила на пол, развернулась и молча вышла.

- Нанами! – крик учителя потонул в лязганье мечей, а я, чтобы не слышать этот звук, побежала. Все быстрее и быстрее, запоздалый страх смешивался с адреналином и гнал меня вперед. Хотят что-то доказать друг другу? Их право. Только я не собираюсь идти у них на поводу и падать в руки победителю. Если не получится сбежать, вызову учителя или Каганая на поединок. Победа мне, конечно, не грозит, зато хотя бы попытаюсь доказать им, что я человек, а не вещь.

Я пересаживалась с одного общественного транспорта на другой, петляя по городу. Но не для того, чтобы сбить преследователей со следа, а чтобы потянуть время. К тайнику я не пошла по той же причине, он находился неподалеку от космопорта и не хотелось бы, чтобы о нем прознал учитель. Почему-то я была уверена, что он жив и даже не особо меня ищет. Наверняка, решил дать мне возможность побегать, чтобы я сама осознала всю безвыходность своего положения и вернулась к нему.

Время упорно не хотело двигаться вперед, замерев в районе полудня. Заскочив в один из торговых центров, где я собиралась затеряться среди покупательниц, с ужасом поняла, что с момента моего побега прошло немногим более получаса. Как прятаться еще полдня? А самое главное где? Рискованный план созрел сам собой, когда я практически столкнулась с незнакомой молодой женщиной. Она была примерно одного со мной роста и комплекции. Мы раскланялись и разошлись, во всяком случае так это смотрелось со стороны. Я же взялась проследить за женщиной, собираясь использовать ее, как прикрытие. Только бы она зашла в туалет. Я тенью следовала за ней и молилась о чуде. И оно произошло, женщина целенаправленно шла к дамским комнатам. Было ли это совпадение или мое внушение на расстоянии сработало, неважно, главное, что я успела заскочить в кабинку за ней.

- Занято, не видите, что ли?! – возмутилась женщина, но я уже нажала на одну примечательную точку, с помощью которой можно было лишить человека сознания. Жаль, срабатывало только на нетренированных людях. Женщина обмякла, опустившись на унитаз. Я знала, обморок продлиться недолго, поэтому первым делом закрыла дверь, а потом потянулась к ее разуму. Моей целью было поменяться с женщиной одеждой, чтобы сбить камеры слежения с толку. Но тут я залезла в ее сумочку, надо было переложить деньги и другие ценности женщины ей в карманы, и нашла документы. Немного макияжа и я могу вполне сойти за эту незнакомку. А это значит, что не нужно дожидаться полуночи и пробираться на корабль Грега, который мог и обмануть, можно будет купить билет на пассажирский лайнер. Главное, сделать так, чтобы на пограничном контроле не стали сканировать сетчатку глаза. Но это как раз в моих силах.

Я нервничала. Тренинг и техника дыхания не помогали. Время шло, а я практически физически ощущала, как вокруг меня затягивается петля. В космопорт я пробралась без труда, успев забрать из тайника скопленные деньги. Да и с покупкой билета проблем не было, а вот время работало против меня. По моим подсчетам, учитель должен был найти Иоши Киоко и понять, что я теперь скрываюсь под этим именем, а значит, с минуты на минуту меня могли поймать. А посадку на шаттл все не объявляли. Почему я была уверена, что учитель остался жив? Не знаю. Наверное, потому что он и без оружия в руках опасен, а с ним практически непобедим. Я больше волновалась о Киоко, которая волею случая оказалась втянута во все это. Мне пришлось ей внушить, чтобы она походила по торговым центрам, а потом отправилась гулять в парк и только после этого пошла домой. Надеюсь, с ней ничего не случилось.

Раздавшийся голос диспетчера, приглашающий пассажиров на посадку, заставил меня вздрогнуть.

- Первый раз летите? – участливо спросила женщина средних лет, присевшая рядом со мной.

- Да. Волнительно немного, - со смущением ответила я, чувствуя себя бездарной идиоткой, которая даже со своими эмоциями не может совладать.

- Скажу по секрету, я в год несколько раз летаю и всегда волнуюсь, - доверительно произнесла женщина понизив голос. – Как представлю, что из-за какой-нибудь мелочи мы, пассажиры, останемся в открытом космосе без надежды на спасение, так мороз по коже. Я бы с удовольствием никуда не летала, но моя дочка живет с мужем на Юковаки. Самой ей тяжело вырваться ко мне, семья, дети, работа…

Видимо женщина действительно боялась летать, потому что она все говорила и говорила, делясь со мной историей своей жизни. Казалось, ей было неважно, слушают ее или нет. Я ее не торопила и не обрывала, собираясь пройти на посадку в числе последних пассажиров. Но сколько не тяни, все когда-нибудь заканчивается, так и наша очередь подошла.

- Деточка, ты же не откажешься сидеть рядом со мной? – спросила моя попутчица. Я немного растерялась, потому что даже не заметила, как она перешла на более личное обращение. – Если мы скажем, что летим вместе, нас посадят рядом.

Я кивнула головой, отдавая бразды руководство этой малознакомой женщине. Нет, я не собиралась с ней поддерживать разговор или какие-то приятельские отношения, просто увидела хорошую возможность отвлечь чиновника от меня. Так и получилось, женщину знали и не очень любили, стоило ей только подойти к стойки регистрации, на лице мужчины резко появилось трагическое выражение. Он что-то шепнул стоящей рядом девушки и перешел к другой стойке, оставив свою коллегу нам на растерзание.

- Нииса, как же я рада тебя видеть, - с искренней радостью произнесла моя спутница. – Как твои дела? А я вот опять к своим. Эта девочка со мной, таким трусихам, как мы надо держаться вместе. Не обижайся, деточка, я не со зла…

И опять полился поток слов, не знаю, зачем ей компания, она же все равно никому другому не дает вставить слово. Вот девушка пыталась спрашивать у меня о цели поездки и нет ли у меня каких-нибудь заболеваний, которые могли бы обостриться во время полете в космосе, но быстро поняла, что ответов она все равно не услышит.  Просто взяла мои документы, проверила через систему на подлинность и уже собиралась запустить файл идентификации личности, но я мягко коснулась ее мозга, убеждая, что все необходимые процедуры проведены. Взгляд девушки на мгновение стал расфокусированным, но потом она улыбнулась, нажала подтверждение на своей панели и пожелала нам с говорливой женщиной удачного пути. Я даже слегка растерялась тому, как легко мне удалось вторгнуться в мысли девушки, привыкла иметь дело с учителем, мозг которого для меня закрыт или с такими, как Каганай, с искусственным блоком от вторжения в их разум.

И вроде бы все хорошо, осталось пройти по разветвленному коридору и я буду на борту шаттла, но интуиция вопила - это ловушка. Женщина все щебетала, нас обгоняли другие пассажиры, а я экстренно искала глазами выход. К черту потраченные на билет деньги, в шаттл я не сяду. Возможно, я перестраховываюсь, но лучше так, чем попасть в руки учителя или Каганай-сана. Даже представить страшно, что один из этих мужчин может сделать со мной, ведь получается я предала их обоих.

Служебный выход я нашла, когда почти отчаялась и начала думать о том, есть ли возможность выбраться из шаттла, пока он находится на земле. Небольшой мысленный посыл моей недолгой попутчице, чтобы она не подняла раньше времени панику и не стала меня искать, и я скользнула за дверь. Голова слегка кружилась, сказывалась нагрузка на мозг, но ничего, главное, пробраться на корабль Грега, а там я смогу убедить его взять меня с собой.

Из здания космопорта я выбралась быстро, благо находилась недалеко от выхода. А вот на стоянку звездолетов пробираться пришлось значительно дольше, и не только из-за значительного расстояния, но и то, что я хотела сделать это скрытно. Радовало одно, в основном своем люди пешком здесь не ходили, а от проезжающего транспорта было легко прятаться. А еще не знаю, чтобы я делала, если бы Грег не наблюдал за погрузкой своего корабля, стоя в тенечке. Возможно, осталась бы на планете и подалась в леса, потому что я не думала, что отыскать нужный звездолет будет так тяжело. Но сегодня мне везло.

- Вижу, погрузку почти закончили, - тихо произнесла я, бесшумно подходя к Грегу.  Мужчина вздрогнул и обернулся.

- Цыпа?! – с сомнением в голосе спросил Грег. – Или называть тебя Нанами?

- Лучше зови Киоко, - подарила я мужчине белозубую улыбку, вытаскивая документы. – Обрати внимание, вылет мне разрешен. Надеюсь, каюта для меня готова?

- У тебя и билет до Юковаки куплен, ты еще успеваешь на рейс, - подозрительно глянул на меня капитан, пристально вглядываясь в мое лицо.

- Там меня будут искать в первую очередь, - не стала я отрицать очевидного. – Не хочу кое-кому облегчать жизнь. Ну так что, мне грузиться или искать другой способ покинуть планету?

- Что даже не попробуешь меня заставить? – усмехнулся Грег. Я посмотрела на мужчину, размышляя о том, хочу ли я принуждать к чему-нибудь человека, во власти которого окажусь на целых две недели? Будь у меня время и не потрать я свой дар, можно было бы рискнуть. А так проще затеряться в городе на время или действительно податься в леса. Понятно, что это все ненадолго и Аруку-сан меня найдет, но нервы он основательно себе испортит. Прощаться не стала, развернулась и пошла обратно, прокручивая в голове варианты как можно быстро и незаметно покинуть город.

- Стой, ты куда? – схватил меня за руку Грег.

- Не думаю, что тебе данная информация будет полезна, - холодно ответила я, пытаясь освободиться от его захвата.

- Пошли, - нахмурился мужчина и буквально поволок меня на свой корабль. – Знаешь, в чем твоя проблема? Нормальная женщина заплакала бы, попросила о помощи. А ты... ты сама одна проблема. Уверен, я еще пожалею о своем решении.