Глава 24. Романа

Остаток дня прошел без приключений: я разобралась с текучкой, пообедала вместе с Русланом. Точнее, это для меня был обед, а для него завтрак. Затем поплавала в бассейне. В общем, делала все, чтобы не думать о неприятном визите Жанны. Точнее, плевать я хотела на мать Виктора. Думала я, в основном, о самом Бёрне, и не могла выкинуть его из головы. Хотя это было достаточно сложно: я жила в его доме. Теперь мы делили нашего сына. Я чуть ему не отдалась…

Последние мысли точно были совершенно лишними, а вот насчет Руслана нам стоило поговорить. Например, каким Виктор видит наше будущее. Он будет прилетать к Русу по выходным или по праздникам? Или, не дай бог, попытается забрать его с собой!

Поэтому когда я услышала его голос в холле дома, решила, что самое время для серьезного разговора. Поправила волосы, вытерла вспотевшие ладони о брюки любимого пижамного костюма. Я приняла решение, что, пока я живу в этом доме, буду ходить в максимально закрытой одежде. Во избежание. Никаких платьев, никаких сорочек и пеньюаров. Если Бёрн считает, что я желаю его соблазнить — он крупно ошибается.

То, что было ночью, как и то, что было в прошлом, в прошлом должно и остаться.

Я рассчитывала встретиться с Виктором в гостиной или на кухне. Не в спальню же к нему идти? Но не нашла Бёрна на первом этаже. Впрочем, когда я вышла на веранду, то обнаружила там Германа.

— Босс с сыном пошли в сторону пристани, — ответил он на мой вопрос, где искать Виктора.

С сыном, значит?

Я не знала, как на это реагировать: с одной стороны я не собиралась откладывать наш разговор на потом, с другой — понимала, что Русу надо познакомиться с отцом. Каким бы тот ни был, Руслан должен сам во всем разобраться. Иначе я действительно буду той самой мамочкой-наседкой, о которых сегодня так нелестно отозвалась Жанна.

Поэтому я постояла на веранде под любопытным взглядом Германа, а после все равно отправилась в нужном направлении. Ничего плохого не случится, если я понаблюдаю за ними со стороны. Правда, обогнув дом, я замерла.

Виктор и Руслан стояли друг напротив друга на лужайке, подсвеченные закатным солнцем, которое оставляло золотые дорожки на полотне реки. Я на секундочку залюбовалась ими: оба высокие, красивые. Я подумала, как бы это было, будь мы по-настоящему семьей. А следующий миг буквально вросла в каменную дорожку под моими ногами, потому что Руслан бросился на Виктора, а тот легко блокировал удар, сделал подсечку, и мой мальчик полетел на траву.

Секунды, пока я неслась в сторону сына, смазались, превратились в ничто, стертые памятью. Я осознала себя только в моменте, когда заключила Руса в объятия, птицей закрывая его от следующей атаки. От всего зла, которое ему могут причинить. Которое ему может причинить его отец.

— Романа? — раздалось надо мной удивленное Виктора.

Одновременно с этим красный как томат Руслан начал выпутываться из моих объятий.

— Мам, ты чего?

Игнорируя возмущение сына, я его осмотрела всего, ощупала, прежде чем перевести взгляд на возвышающегося над нами Бёрна.

— Что ты творишь? — прорычала я. — Какого хрена ты поднимаешь руку на моего сына?!

Виктор посмотрел на меня скорее изумленно, чем зло, а затем вдруг начал смеяться. Замахнись он на меня, я и то пришла бы в гораздо меньшее замешательство, а здесь…

— Мам, не позорь меня! — прошипел сын. — Я едва уговорил отца научить меня драться, а ты… Что ты вообще тут делаешь?

Вот теперь я действительно ощутила себя мамочкой-наседкой. Донельзя глупо получилось и обидно, потому что Бёрн продолжал веселиться за мой счет.

— Драться? Почему ты меня не предупредил?

— Кто же знал, что ты тут появишься? Ты же избегаешь отца.

Проницательный ты мой!

— Вообще-то такие вещи надо обсуждать с родителем, — выдала я на автомате.

— Я и обсудил, — напомнил Руслан. — С отцом.

Я поморщилась и уставилась на протянутую мне ладонь Виктора.

— Завидую я тебе, Рус, — хмыкнул он. — Моя мать меня в драках не прикрывала.

— Мне не надо, чтобы она меня прикрывала, — заявил мой почти-взрослый сын, — я сам хочу защищать себя и ее.

У меня защемило сердце от слов Руслана. Я даже почти простила его выходку с этими драками. И не откажешь теперь ему в этом. Да и имею ли я право, если он решил? Пусть его Бёрн тренирует, другим я сына не доверю.

Что же касается родительских прав и обязанностей, мне все-таки придется подвинуться и смириться с тем, что теперь будут спрашивать не только у меня. Делить сына и враждовать с его отцом я точно не собиралась.

Я приняла ладонь Виктора, и быстро оказалась на ногах.

— Тогда занимайтесь, я позже подойду, — пробормотала я и попыталась уйти, но Бёрн перехватил меня за руку.

— Ты зачем искала Руса? — спросил-потребовал он, глядя мне в глаза. — Или ты искала меня?