Глава 46. Романа

После нашей беседы с Виктором на кухне я решила, что пусть трезвеет и зализывает свои раны. Я сказала про номер Жанны, но на самом деле была велика вероятность, что она не захочет со мной встречаться. Последний наш с ней разговор назвать милым можно было с большой натяжкой. С очень большой натяжкой. Поэтому я придумала, как обойтись без помощи Бёрна.

Если эта мутная бабушка хочет встречи с внуком, она ее получит. Но только после того, как объяснит мне, что вообще происходит, и зачем ей Рус. В то, что Жанна «на старости лет» прониклась родственными связями, я, мягко говоря, не верила. Но, по сути, я не знала эту женщину вовсе. Может, она ушла от мужа-криминального авторитета и долгие годы жалела, что потеряла связь с сыном. Теперь же пытается перенести всю свою нерастраченную любовь на внука.

С другой стороны, что мешает мне с ней познакомиться поближе? Прямо спросить, что ей движет, а после уже решать, стоит ли устраивать эти встречи «бабушка-внук». Поэтому я попросила Руслана назначить Жанне встречу в пиццерии рядом с парком, где он обычно занимался скейтбордингом. Я отправила сына на площадку, а сама заняла столик возле окна.

Интерьер ресторанчика делали под Италию: здесь была открытая кухня с дровяной печью, небольшие деревянные столики, шторы в клетку, ненавязчивая музыка. Последний раз я была здесь, когда Рус отмечал свою первую победу на местном чемпионате, но с тех пор тут мало что изменилось. Я заказала «Маргариту», потому что так и не позавтракала, но Жанна появилась раньше, чем приготовили пиццу.

Мне очень хотелось надеть на встречу с «бабушкой» деловой костюм, чтобы выглядеть солидно, но, посмотрев прогноз погоды, обещающий тридцать три, я остановила свой выбор на легком хлопковом платье-рубашке. Жанна тоже приоделась в белоснежное льняное платье в пол, украсила шею ниткой жемчуга, а голову — стильной шляпкой. На роль бабушки эта женщина годилась меньше всего, хотя, учитывая всю нашу историю, возможно, я слишком к ней предвзята.

— Руслан, я так понимаю, не придет, — вместо приветствия заявила Жанна, грациозно опускаясь в кресло напротив меня и разглаживая складки на юбке. Хотя даже всей ее элегантности не хватило, чтобы натуральный лен не морщился и оставался гладким.

— Он подойдет немного позже. — Мы с сыном договорились, что я скину ему сообщение. — А перед этим я хотела бы узнать, почему ты назначаешь Русу встречи за моей спиной.

Я посмотрела прямо в глаза Жанне. Если ее взгляд был невозмутимо-высокомерным, то мой — требовательно-сканирующим.

— Я всего лишь хочу познакомиться с внуком и наладить наши с ним отношения, — пожала плечами она.

— В обход меня?

— Ты сама запретила мне с ним видеться!

— После того, как ты отказалась от моего присутствия на ваших встречах, — напомнила я.

— Ты вообще не рассказала никому из нашей семьи о его существовании, — хмыкнула Жанна.

Ну нет, я перед Князем в юности не спасовала, чтобы меня сейчас в чем-то упрекала эта бабуля года.

— Вашей семьи? — уточнила я. — То есть семьи, из которой ты ушла давным-давно?

Мне удалось ее зацепить: я увидела, как у Жанны задергался глаз. Но я не собиралась терпеть нотации от женщины, которая бросила собственного сына. У каждого из нас есть свои скелеты в шкафах, мы все принимали те или иные решения, которые привели нас туда, куда привели.

— Я не осуждаю тебя, ты не осуждаешь меня, — предупредила я. — Единственный человек, который действительно должен был знать о Руслане — это Виктор, но с ним мы все это уже обсудили и уладили.

— Ты снова с ним? — поинтересовалась Жанна.

— Это тебя не касается, — какой вопрос, такой ответ. — Но нет, мы не вместе. Мы просто родители одного подростка, и сейчас пытаемся понять, как нам с этим быть.

— Не хочешь отдавать его отцу?

Кажется, правило про «не осуждать» нужно напоминать мне самой.

— Жанна, он же не щенок, чтобы его кому-то отдавать! Он уже достаточно взрослый, чтобы решать, с кем ему остаться.

— И кем мой внук хочет остаться? С тобой? — Она даже не старалась скрыть насмешку в словах, тем приятнее было ее «обломать»:

— Представь себе, да. Сын хочет, чтобы все оставалось как прежде.

— А ты?

— Что — я? — переспросила.

— Хочешь, чтобы все было без изменений?

— К чему ты клонишь?

— Пицца «Маргарита», — объявил официант, водрузив на стол металлическую подставку, а затем сверху поставил мой заказ. — Комплект приборов для вас?

— Не нужно, — остановила его Жанна. — Просто принесите мне «Апероль».

Я еле дождалась, пока парень отойдет от нашего столика, а вот «бабушка» создала интригу и сидела довольная.

— Разве тебе не хотелось бы возобновить отношения с моим сыном? — задала она новый вопрос.

— Не хотелось, — отрезала я. Возможно, поспешнее, чем следовало, потому что на лице Жанны появилась ухмылка. Словно я только что подтвердила какие-то ее личные догадки.

— Хорошо, пусть не с ним. — Она взмахнула рукой. — Но тебе наверняка хочется немного женского счастья. Ты потратила всю свою молодость на воспитание сына, Романа. Не сомневаюсь, что тебе сейчас хочется пожить немного для себя.