Тридцать четвертая глава

Два дня у меня ушло на организацию работы удалённо.Директору такой формат не очень нравился, и пришлось его некоторое время убеждать. В итоге он был вынужден смириться с моим предложением. Сошлись на том, что раз в две недели я буду приезжать в офис, чтобы заниматься командировочными, остальное время работаю теперь из дома.

Организация работы дома тоже имела свои сложности, но я справилась. У меня теперь появился небольшой стол с видом в окно, новые шторы и новый ноутбук. В старенький не устанавливались бухгалтерские программы. И именно мучения с программами заняли основное время в эти дни.

Но это малая цена за комфорт в моём положении.

Я приладилась работать вечерами, когда Славка уже дома. Мне так спокойней.

Константин в эти дни не появлялся. Только звонил и беседовал с сыном.

Так получилось, что о существовании лунариума в московском планетарии Ярослав узнал в школе. Класс на днях организовывал экскурсию в это удивительное место. И после экскурсии мой любознательный сын заболел такими уникальными интерактивными экспонатами, и всё свободное время посвящал этому своеобразному музею.

Поскольку я теперь на работу не езжу, то могу себе позволить повозить Ярика, когда ему позволяет расписание.

Тем более, что после известных событий мне боязно отпускать Ярослава одного. Я умом всё понимаю. И что это ненормально, и что он не первый год ездит один и в музыкалку и на тренировки. Ходит на курсы при посольстве. Но я ничего не могла с собой поделать. Мне физически нужно было видеть, что со Славкой ничего не происходит.

На этой неделе мы едем в планетарий уже второй раз, и учитывая, что я теперь без машины, вся эта суета вызывает у меня уже определённое неудобство.

С другой стороны, я не помню, чтобы у меня в последнее время была возможность столько времени проводить со своим сыном. Наслаждаться этим общением. Заряжаться от него энергией и позитивным взглядом на мир.

Ну и мне самой, честно сказать, лунариум нравится.

Возможность закрутить собственноручно воронку чёрной дыры и смотреть, как в неё вовлекается всё больше и больше предметов, или самой запустить разрушающую волну цунами, возвращает меня в детство. Или положить руки на стекло плазменного шара и наблюдать, как бьётся в замкнутом пространстве, непредсказуемо сверкает яркая молния.

Можно создать своё облако, нежно нажимая на мембрану и выпуская пар, что принимает известную форму прямо при тебе.

В экспозиции почти сотня интерактивных экспонатов, объясняющих природу и физику явлений. И Славка заявил, что обязан внимательно разобраться с каждым.

Если я уставала, то устраивала себе отдых, сев в уютное кресло-яйцо с ненавязчивой музыкой.

Оттуда можно наблюдать за восторгом на лице у моего сына и радоваться миллиону вопросов, которые он задаёт экскурсоводу.

Меня всегда завораживала астролябия своей сложной механикой в движении и невероятной красотой. Это торжество мысли и материальное, живое опровержение утверждения о неразвитости науки в давние века. Они, между прочим, ходили в море, в дальние походы, ориентируясь только по звёздам. Или водили караваны в пустыне тоже с ориентиром лишь на небе.

А кстати, где-то у нас на даче был телескоп. Значит, его можно собрать и показать Ярославу звёзды.

Представила, как можно устроиться с комфортом летним вечером и, попивая чай, наблюдать небо. Разыскивать на нём завораживающие древностью имён светила. Ведь это даже в мечтах прекрасно.

Сюда, в лунариум, приезжает с работы Лёнька, чтобы забрать нас домой, и всю дорогу участвует со Славкой в обсуждении увиденного. Эти двое строят непременно грандиозные планы на ближайшее будущее.

Мне хорошо и спокойно рядом с Лёнькой. Мне не нужно ему ничего объяснять и не нужно напрягаться. Мне не нужно ничего придумывать. Я могу себе позволить закрыть глаза и наслаждаться моментом.

Быть собой и не ждать подвоха со стороны. Я привыкла к нему.

Я благодарна ему за то, что, понимая, чувствуя моё настроение, Лёнечка не вспоминает наш поцелуй, не выясняет ничего. Я не готова к разговорам, и он даёт мне время. При этом, как-то очень по-мужски, основательно входит в нашу жизнь.

Лёнька теперь часто остаётся ужинать с нами при том, что нынче я почти ничего не готовлю, и мы обходимся почти подножным кормом.

Но важен сам ритуал совместной трапезы в кругу близких с обязательными шутками, разговорами и неизменной заботой.

Доставку в Москве пока ещё не отменили, и нет проблемы заказать что угодно, в зависимости от желания и не за очень большие деньги. Мы пользуемся моментом, пробуя экзотику и кухни разных уголков мира. Сегодня у нас китайский вечер с обязательными палочками.

Кроме прочего, мы ещё развлекаемся Славкиным переводом сопроводительных надписей на коробочках.

Как-то прошлым летом, когда Пётр Васильевич уже сильно болел, и я отвозила Славку в лагерь, мы ехали с ним в метро. Мне нужно было немного проветриться, отвлечься, потереться среди людей, почувствовать себя живой. Да и не была уверена в себе, вот и не стала садиться за руль.

Мы стояли с Ярославом в начале вагона в проёме среди коротких скамеек. Напротив нас расположилась девушка лет восемнадцати. На выпирающих позвонках её спины, открытых майкой, красовалась татуировка иероглифами. Славка с интересом разглядывал картинку, наклоняя голову. А когда вышли из метро, сказал мне, что эта надпись означала «продаётся со скидкой» если повернуть голову направо и прочитать в строчку.

— Женя, поехали в эти выходные к моим родителям? Мама приглашает, — предложил Ленька.