Глава 28: Эмма

Этим утром я впервые поняла, что наконец-то выспалась. Еще бы! После того, что произошло накануне, больше никаких горячих снов, которые бы мешали основательно выспаться.

Глаза я распахнула с замиранием сердца, но постель оказалась пуста.

Одно дело мечтать и даже «зажигать» на пару, когда с ума сходишь от желания, и совсем другое посмотреть в глаза обоим при свете дня. Откуда только такая внезапная скромность после того, что я творила вчера?

О боже. Воспоминания обдали меня, как жаркий ветер в пустыне.

Я с головой укрылась одеялом, решив, что так и просижу до скончания века. Знаете, мечтать-то можно о многом, на то они и мечты, но когда самые смелые мечты происходят на самом деле…

ААА! Я ведь действительно переспала с ними обоими! Одновременно!

Для верности я еще и зажмурилась, повторяя только: «Боже мой, о боже мой, представляю, что скажет Сара!» Хотя что бы ни говорила Сара, «горячей штучкой» я до этой ночи не была. А вот теперь уже не отвертишься.

Надо бы перестать прокручивать в голове вчерашнюю ночь, а то у меня не только щеки, подо мной сейчас и кровать вспыхнет.

Было что-то важное, о чем я дала себе зарок подумать после… ну после того, как вообще смогу соображать. Вчера-то, когда один передо мной на коленях, а второй за спиной — думать получалось с трудом.

Сейчас от одних только воспоминаний тоже… Но надо попытаться. Итак…

Джеймс! Хорошо, с мужчиной определились. Итак, до того, как все завертелось, он произнес: «Скажи мне, Эмма, что это для тебя не только развлечение на одну ночь».

Хм. То есть… Если я прямо сейчас не провалюсь сквозь землю от стыда, то мы можем повторить? И даже не только сегодня?

И даже… черт возьми, сделать эти отношения постоянными? Неужели именно об этом меня спрашивал Джеймс?

Он считал, что для меня это только развлечение, но если спрашивал о таком, неужели для него и Александра это что-то больше? Конечно, у них уже был опыт таких отношений, который чуть не превратился в разудалый брак в Вегасе. И я очень хорошо понимаю возмущение Джеймса. Не желаю повторять прошлое и становиться просто подходящей заменой той погибшей девушке!

Может быть, у Александра просто сдвиг на тройственных союзах. А может быть, он так и не забыл ее. И вот это уже печальнее. Ведь он смог продержаться столько лет вообще без женщин. Кто знает, вдруг он спит со мной, а видит до сих пор ту самую перед собой?…

И снова импульсивный Джеймс читался как открытая книга, тогда как в омуте замкнутого Александра какие только черти могут водиться! Так просто и не разгадаешь.

Ладно, такие рассуждения помогли немного затушить огонь в крови. Пора взглянуть бывшим боссам в глаза после вчерашнего. Может быть, даже этого хватит, чтобы понять, что стоит ждать дальше.

Все равно молнией меня так и не поразило, да и земля не разверзлась, так что из кровати я вылезла целой, невредимой и очень довольной. Пришлось постоять под действительно холодным душем, чтобы освежиться. Голова плыла на радостях, и ничто не могло стереть улыбку, сколько бы я ни кусала губы. Перед глазами стояли только эти двое, а тело до сих пор помнило прикосновение их рук. И не только.

Из душа я вылезла окоченевшая, но по-прежнему очень довольная. Завернулась в халат. Мужских вещей не наблюдалось, значит, они оба хотя бы будут одеты. В отличие от меня. Вчерашнее белье после освещающего душа я решила не надевать. И вовсе не из-за одной крылатой фразы о взаимозависимости между наличием нижнего белья и уровнем счастья. Или потому что надеялась повторить все, как только спущусь вниз. Ни на что такое я не рассчитывала, готовила себя к худшему. Что, например, моих боссов и вовсе может не быть в доме. Как-никак рабочий день, а я хорошо знаю этих трудоголиков.

Я так и простояла, зажмурившись, посреди спальни. Хотелось хотя бы на пару минут стать героиней мюзикла, чтобы спеть и станцевать о переполнявших чувствах, все равно словами об этом никак не расскажешь. А еще тот факт, что я была абсолютно голой под халатом, свел на «нет» все мои попытки снова не думать о сексе.

Пора спускаться. Дольше тянуть невозможно. К тому же из-за постоянной улыбки уже и щеки болят.

Первое, что я услышала, когда дошла до кухни, был голос Александра:

— А как на счет восьмого пункта?

— Не знаю, — лениво протянул Джеймс. — Для нашей фирмы он вообще не имеет значения, поскольку мы не обладаем активами в печатных СМИ.

— Черт возьми! — хлопнул по столу ладонью Александр так, что я вздрогнула. — Так какого хрена ты столько времени с ним не соглашался?

Джеймс расхохотался.

— А ты вспомни, как ты обставил меня на десятом пункте! Я не мог отступить так просто.

Я стояла за дверью сама не своя.

Они обсуждали детали слияния? По доброй воле?! Даже не пришлось в подвале запирать и под пытками добиваться согласия? Там небеса еще не рухнули?!

Ароматы кофе и корицы щекотали нос. Я заглянула на кухню. Оба сидели за заваленным бумагами столом, на них были одинаковые футболки с гербом университета. И тем не менее даже сейчас Александр умудрялся выглядеть собранным, как чертов британский принц на фотосессии. Джеймс выглядел проще, волосы взъерошены, поза расслабленная.

Когда я толкнула дверь и вошла внутрь, сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Они оба сначала посмотрели на меня, а потом поднялись, как по команде. Я не знала, куда деть руки и как перестать кусать губы.

— Привет, — выдавила я.

Джеймс обошел стол и первым поцеловал меня в губы. Пока я пыталась справиться с головокружением после этого поцелуя, Александр уже протянул стаканчик с кофе с логотипом моей любимой кофейни.

— Спасибо, вау! Он даже до сих пор горячий!

— Слышали, как ты принимала душ, — ответил с улыбкой Александр. — И тогда же сделали заказ. Это было куда проще, чем делать моккачино самим.

Джеймс хмыкнул, собирая бумаги. Не сводивший с меня глаз Александр нагнулся и нежно коснулся моих губ. Оба поцелуи были со вкусом кофе.

Чертов халат немного сбился, когда я села за стол, что не осталось без внимания. Я попыталась сосредоточиться на чем-то другом. Например, на их работе.

Жаль, конечно, что она больше не моя. Но об этом я подумаю позже.

— Так вы теперь с «Ламберт и Сыновья» сотрудничаете? — заметила я вензель на бумагах. — И как?

Александр помрачнел, так что ответил Джеймс:

— Да никак! Этот Зак Пиллоу вечно прогибается, то под одного, то под другого.

— Я занималась тем же, — пожала я плечами, делая глоток кофе.

Они оба уставились на меня, а потом расхохотались. Я закрыла лицо руками и произнесла едва слышно:

— Я не про вчерашнее.

— Ты, кстати, как? — спросил Джеймс. — Ничего не болит?

— Нет.

— Хорошо, — кивнул он, тоже глядя в другую сторону.

Мне в халате стало невыносимо жарко, но я сдержалась, не стала распахивать его, только запахнула ворот еще сильнее и схватилась за кофе.

— Есть еще твои любимые пончики, — сказал Александр.

— Ты же был об этих холестериновых бомбах иного мнения? — не сдержала улыбки я. Поднялась и отыскала в пакете пончики, вернулась с ними за стол. — А покажите мне предложения мистера Зака Пиллоу. Если это возможно… — стушевалась я. Все-таки коммерческая тайна, все такое.

— Держи, — кивнул Джеймс, — все равно это никуда негодный проект.

Я прожевала пончик, читая до боли знакомые строки.

— Ага, узнаю тактику. Если вас не устроят эти условия, он подтолкнет вас к другим. Только те не будут вам во благо, оба будут сопряжены с затратами для обеих сторон. Но вы же упрямые, и вероятно, согласитесь на что угодно, лишь бы уязвить вторую сторону, даже несмотря на последствия для собственной фирмы.

— Откуда ты знаешь? — подал голос Александр.

— «Синвей-Юните», — я постучала пальцем по наработкам Зака Пиллоу. — Узнаю их манеру вести бизнес. Они пытались и меня подкупить. Месяца три назад. Еще целый месяц впустую уговаривали, убеждая, что для вас самих потери будут незначительными.

— Но зато в плюсе останется «Синвей-Юните», — мрачно сказал Александр.

— Ага, — кивнула я. — Вот Зака Пиллоу они, похоже, убедили быстрее.

— А что твой босс сказал на это? — спросил Александр.

— Посоветовал согласиться. Тем более, что те готовы были заплатить, независимо от того будет ли по итогу подписан контракт или нет. Такой шанс все равно не исключался, зная, ваши упрямые характеры и взаимоотношение.

— Посоветовал согласиться? — процедил Александр.

— Доказательств у меня нет, — поспешно сказала я, — да и он не дурак, все это говорилось полунамеками. Так чтобы никто не подкопался, даже если бы у меня был с собой работающий диктофон.

— Зато ему было очень удобно вышвырнуть тебя потом на улицу из-за одной только характеристики. Чтобы ты не выдала его в случае, если это всплывет наружу.

Ах, вот он к чему клонит.

Я коснулась руки Александра.

— Не надо, — сказала я с нажимом. — Я же сказала, что понимаю, почему ты отправил ту характеристику. Жаль, что эта бумага испортила мое личное дело, но я справлюсь. Вот увидишь.

Александр поиграл желваками, глядя на меня. Потом перевел взгляд на Джеймса.

Тот незамедлительно кивнул.

— Ага, о том же подумал. Сейчас вернусь, — бросил Джеймс, поднялся и вышел в холл.

— Что происходит? — спросила я. — Не могли бы вы не общаться телепатически, хотя бы в моем присутствии?

С Александра словно спал морок. Он хмыкнул и улыбнулся.

— Все говорили, что мы словно читаем мысли друг друга.

— О да, очень похоже, что так и есть. Так что произошло и куда пошел Джеймс?

— Исправлять мою ошибку.

— Что это значит?

— Всё! — громыхнул довольный Джеймс, возвращаясь. — Зак Пиллоу уволен.

Александр кивнул, а я уставилась на них обоих:

— Черт возьми! То есть решили и ему испортить жизнь, не только мне?!

— Нет, решили избавиться от адвоката, который работает еще и на конкурентов, — ровным голосом ответил Джеймс.

— А кто вам теперь поможет? Вы ведь…

— Что? — ухмыляясь, спросил Джеймс. — Не могли раньше даже находиться в одной комнате? Ну, мы теперь даже спим вместе, если ты не заметила.

— Ты перегибаешь палку, Джеймс, — тут же холодно отреагировал Александр.

И я узнала этот тон — как непозволительно долго он общался со мной только таким подчеркнуто отстраненным голосом.

— Прости, Эмма, — мигом присмирел Джеймс. — Но серьезно… Это будет даже честно, если ты сделаешь это.

— Я? Что сделаю?

— Поможешь нам привести контракт в удобоваримый вид. Ты ведь это уже сделала однажды.

— И вы его разорвали.

— Обещаю не трогать его, если только ты не собираешься снова выскочить за кого-нибудь замуж.

— Все равно, — я покачала головой. — Я безработная.

— Разве у тебя закончилась лицензия адвоката?

— Нет, но… Одиночки не курируют такие проекты. Это ведь…

— Нарушение общественно-юридических правил и норм, — закончил Александр. — Но, кажется, ты уже поняла, что мы любим их нарушать?

О да.

— Тогда за дело.