Бонус: Пополнение, или девять месяцев спустя

1. Сара

— Алло, Сара, есть минутка?

— Есть, а почему ты шепчешь? — тоже шепотом ответила подруга.

— Да я на совещании, но мне очень нужна твоя помощь.

— Уже не справляешь с двумя? Диктуй адрес, выезжаю!

— Сара, не в этом дело… Можешь зайти в аптеку?

Пауза на том конце трубки.

— Мисс Чамп? Можем начинать? — спросила Мелани.

— Сара, надеюсь, ты тут? Мне пора! Да, Мелани, если все собрались, то давайте начинать…

***

Час спустя, когда совещание подошло к концу, от Сары пришла смс: «Я на месте». Пока остальные спустились в кафетерий, увильнув от многочисленных приглашений на ланч, я спустилась в холл.

Сара нервно расхаживала из угла в угол.

— Подруга, — сказала я, — ты бы хоть улыбнулась.

— Кто бы говорил, Эмма. На тебе самой лица нет.

Она протянула мне бумажный пакет, и я воздала хвалу небесам, что Сара сделала правильный выбор и не принесла покупки в прозрачной упаковке.

— Спасибо, — кивнула я, но не сдвинулась с места.

— Пойти с тобой? — разгадала мою нерешительность Сара.

— А ты можешь? — тут же встрепенулась я. — Дел никаких нет?

— Взяла отгул по такому случаю. Вдруг ты в обморок от новостей упадешь?

Я была ой, как близка к этому. Глянув в пакет, спросила:

— Сколько взяла?

— Пять штук.

— Их должно хватить?

— Если уже все решено, то и одного хватит. Идем?

Не сразу дошло, что Сара повела меня по указателям в туалет на первом этаже.

— Стой, Сара. Идем в мой кабинет.

В лифт зашли молча. Пакет жег руки, голова шла кругом.

— Есть идеи, когда это произошло?

Идеи были. И я была рада начать говорить, чтобы хоть как-то отвлечься.

— Ну… Например, в тот раз, когда я…

***

Несколько недель тому назад

— Мистера Карвера нет на месте, — сказала секретарь в приемной.

Там было шумно и многолюдно, в соседнем кабинете заканчивалось заседание объединенного совета директоров. Из-за подступающей грозы голова раскалывалась на части.

— Передайте ему, что я подожду мистера Карвера в его кабинете, — решила я.

Благо, моих полномочий хватало на то, чтобы подождать Джеймса в его собственном кабинете, пока его самого не было на месте.

В кабинете царили прохлада и полумрак из-за спущенных жальзи, а кондиционер работал на полную. Приняв таблетку от головной боли, я опустилась в глубокое офисное кресло Джеймса, надеясь хоть немного отдохнуть после душного зала для совещаний. Витавший в воздухе слабый аромат мужского одеколона работал лучше всяких благовоний.

Прикрыв глаза, я, кажется, даже заснула на четверть часа. Из сна меня выдернули голоса и звук открывающейся двери. Совершенно не понимая, что делаю, вместо того, чтобы вскочить и тойти от стола, ведь Джеймс мог быть не один, вероятно, окончательно не проснувшись, я зачем-то юркнула под стол.

Как будто меня поймали на месте преступления.

— Мистер Карвер!…

— Все позже, Сюзанн, — пресек Джеймс попытки секретарши заговорить с ним, — меня ни для кого нет. Заходи, Билл, обсудим детали. Виски? Кофе?

Холодея от ужаса, я услышала, как дверь захлопнулась, и мужчина ответил Джеймсу:

— Ничего не надо. Давай закончим быстрее, не хотелось бы париться в пробке в час-пик.

Мать. Мать. Мать. Стучало в голове.

Стол у Джеймса был литым, из массивных деревянных панелей. Только это и скрывало меня от посторонних глаз.

— Хм, — раздалось почти рядом. Могу поспорить, что это Джеймс увидел мою папку на столе, — да, присаживайся, Билл. Выкладывай, что хотел.

Джеймс опустился на стул и снова задумчиво хмыкнул. Спинку я отпустила назад, а он ненавидел, когда я так делала.

Не глядя под стол, Джеймс толкнул кресло и занял свое место во главе.

А чего бы он стал смотреть под стол, верно? Хотя, если я его сейчас, как следует напугаю своим эффектным появлением, очень может быть, что он после этого всегда-всегда будет проверять, а не прячется ли кто у него под столом.

Вот это я влипла, боже мой.

Билл вкратце обрисовал ситуацию, его фирма собиралась поглотить штатную редакцию и слияние требовалось провести в кратчайшие сроки, чтобы не тормозить рабочий процесс.

— Так вот, я наслышан о вашей мисс Чамп из юридического и ее подвигах…

— Кхм, — кашлянул Джеймс, а я под столом залилась краской.

— … Может, она сможет проглядеть наши документы, чтобы ускорить процесс? — закончил Билл.

— Ну, насколько я знаю, мисс Чамп не дает консультаций, — начал Джеймс.

— Знаю-знаю! Мы за все оплатим в лучшем виде. Всего одна встреча с моими юристами, а то мне кажется, они готовы водит за нос, лишь бы растянуть процесс на месяцы.

— Давай, я попробую связаться с ней, она тебе сама скажет. У нее… плотный график.

Как двусмысленно это прозвучало из уст Джеймса:

— Сюзан? — нажал на громкую связь Джеймс. — Можешь, связаться с мисс Чамп?

Молчание.

— Мистер Карвер, но мисс Чамп была у вас…

— Да, да, я вижу папку, что она мне оставила, но свяжитесь с ней снова.

Опять молчание.

— Но мисс Чамп сказала, что подождет вас в кабинете.

— Уверен, что заметил бы ее, Сюзан, будь она здесь, — ответил Джеймс. — Просто наберите ее, ладно? Я же говорил — «плотный график», — обратился к Биллу Джеймс.

Представляю их лица, если я начала выбираться из-под стола прямо сейчас со словами: «А вот и я, джентльмены!».

Судя по звукам, Билл поднялся.

— Ладно. Если все получится, набери меня.

Джеймс поднялся тоже.

— Договорились.

Тогда же телефон, поставленный на беззвучный режим еще во время совещания, заворчал в моей сумочке. Прости, Сюзан, никак не могу ответить. Слава богу, мужчины были далеко, иначе услышали бы.

— Сыграем партию на корте в выходные?

— О, я пока не в форме, Билл.

Чертов Билл! Джеймс все еще разрабатывал руку плаванием. Теннис был под запретом, пока его сухожилия на правом плече не придут в норму, и Джеймс горячо переживал уирату любимой игры. И горестно вздыхал, когда говорил, что вынужден «барахтаться в луже с этим тираном», как он называл Александра, когда тот заставлял его проплывать несколько раз туда и обратно в бассейне.

— Прости, Джеймс, вылетело из головы.

Мужчины распрощались, Джеймс проводил Билла до выхода, а Сюзан, кажется по звукам, даже заглянула в кабинет в попытке понять, куда я делась, но Джеймс попросил несколько минут покоя и захлопнул перед носом секретарши дверь.

Черт. Он уставал сильнее, чем я догадывалась. А значит, ему требовалось больше времени для восстановления после аварии, чем он получил.

Джеймс рухнул в кресло, опять-таки не глядя под стол, откинулся на спинку и закрыл глаза. Будь я киллером, он был бы уже дважды трупом.

Ладно, надеюсь, обойдемся без сердечных приступов. Хотя не представляю, как сама отреагировала бы на такое.

Уже не таясь, выбралась из-под стола и, все еще оставаясь на коленях, ладонями коснулась колен Джеймса.

Он вздрогнул всем телом. Его глаза стали квадратными, когда он увидел меня на коленях перед собой. Но не стал ни кричать, ни падать в обморок. Молодец.

Притянул к себе и крепко сжал бедрами. Поведение в стрессовых — наивысший балл, таки запишем. Сориентировался он в ситуации быстро.

— Эмма? Я разве сплю?

Я провела руками по его нагам.

— Можешь считать это сном, Джеймс.

— Чем такие сны у мужчин обычно заканчиваются, знаешь? — он провел большим пальцем по моей губе.

— Догадываюсь.

Оставаясь перед ним на коленях, я скользнула руками по его бедрам и, облизнувшись, погладила член через одежду, а после стала расстегивать ремень на брюках.

***

Наши дни

— Боже мой! И вот так, прямо на рабочем месте? — выдохнула Сара.

Мы сидели на мраморной столешнице, рядом с раковиной. Спиной к зеркалу с видом на унитаз. В туалет от страха не хотелось. Совершенно.

— Это еще что… Знаешь, что в другой раз было?

— Подожди, с парнем на вечер договорюсь. А то после твоих рассказов, наброшусь даже на таксиста… — Сара быстро набрала смсч-ку. — Кстати, ты когда уже съедешь, чтобы я могла закатывать вечеринки и ходить голой?

— Мы это пока не обсуждали, — кисло ответила я.

Да и не знаю, а к кому переезжать? Кому-то одному? Или пусть снимут мне дом и приезжают ко мне, как в бордель, по очереди? О господи… Шикарное будущее.

Сара кивнула в сторону бумажного пакета.

— Не считаешь, что пора поговорить? Кольцо это хорошо, но блин… Кажется, все зашло слишком далеко.

— Пора, наверное… У тебя кто-то новый появился? — я кивнула на телефон, пока она набирала смс.

— У, детка, ты не представляешь. Он коп! И ты его знаешь, он тебя допрашивал в больнице.

Я вспомнила двухметрового красавца в форме.

— Мистер Кеннинг? — ахнула я. — И кто после этого горячая штучка?

— Он в моей постели, знаешь ли, один и без напарника.

Сара отложила телефон.

— Всё, вечером меня ждут два метра чистого тестостерона. А теперь рассказывай.

***

Несколько недель тому назад

Когда я ворвалась в кабинет Александра, сам он сидел за столом и работал с бумагами.

— Мы не можем уволить миссис Дилон! — воскликнула я.

— Мисс Чамп, я что-то пропустил или вас перевели в отдел кадров? — его голосом можно было резать камни.

Ах так, мистер Февер?

— Теперь это мое дело. Вы нарушили десятый пункт контракта, мистер Февер. Работники предпенсионного возраста не подпадут под сокращение в результате слияния.

— Не я составлял списки тех, кто будет сокращен, — он пожал плечами.

— Его составлял отдел кадров, вам его принесла ваша секретарша, а вы его подписали. И я, как глава юридическогго отдела, повторяю — миссис Дилон нельзя увольнять, так как мы нарушаем собственное соглашение, и она имеет полное право подать в суд.

Александр отложил ручку.

— Направьте соответствующую бумагу в отдел кадров. Я-то тут при чем?

— О, простите, что решила спасти вас от миллионных исков, — развернулась на каблуках, чувствуя, как горят щеки.

И тут услышала:

— Стоять.

Александр поднялся. Медленным шагом, как тигр из засады, двинулся на меня. Встал ближе, чем позволялось этикетом.

— Эмма, неужели надо врываться ко мне такой мегерой?

— А тебе почему надо быть таким несносным? — выдохнула я, чувствуя, как его рука заскользила по животу, расстегивая пуговицы на моей рубашке.

Следом короткая молния на брюках, и вот его ладонь уже накрыла мои трусики.

— А тебя ведь именно моя несносность и заводит, — прошептал он в шею. — Только попробуй сказать, что это не так.

— Просто…

Дыхание сбилось — Александр отодвинул трусики в сторону. Мои мысли, мои скакуны, тут же все разбежались, заразы.

— Не мог бы ты не подписывать абсолютно все документы, которыек тебе приносит секретарь? Хотя бы взгляни на них. И еще… — круговые движения его пальца заставили задрожать, а голос снова сорвался. — Еще…

— Я дам тебе все, что ты пожелаешь, — горячий шепот, пока руки движутся все быстрее.

— Смени секркетаршу, — выдохнула я.

Каждый раз, когда я видела эту блондинистую модель ростом метр семьдесят в обтягивающей шикарный бюст одежде, я чувствовала, что зеленею от ревности. Вот у Джеймса нормальная секретарша, а эта!

Александр даже остановился.

— Так в ней все дело? — удивился он. — Поэтому ты похожа на огнекдышащего дракона, когда попадаешь ко мне в кабинет?

— Да… — его руки снова пришли в движекние. — Да, — выдохнула я, выгибаясь.

Вцепилась в его руки, чувствуя, что на грани. Закусила губу, чтобы не стонать и вздрогула всем телом, когда он ввел в меня пальцы.

— Уволишь ее? — спросила я едва дыша, через пару минут.

— Нет, — сказал он и стянул с меня брюки.

— Да почему «нет»? Она же тупа как пробка…

Александр коленом раздвинул мои ноги и, надавив на поясницу, заставил прогнуться вперед.

— Каждый раз, когда ты так ревнуешь, я буду вполне убедительно доказывать, что хочу только тебя.

***

Наши дни

— Сколько времени прошло?

— Меньше минуты, — ответила Сара, вертя в руке упаковку. — Написано хотя бы пять минут подождать… Тебе важно от кого ребенок?

— Да подожди, может, и нет ничего. Просто… задержка.

Просто. С задержками так не бывант. С ними все становится только сложнее.

— А ты его оставишь?

— Да что за вопросы, Сара?!

— Ну, о чем-то же надо говорить эти пять минут, пока ждем.

— Да лучше уж молчать, чем о таком… Конечно, я его оставлю.

— А кому из боссов первому скажешь?

— Обоим скажу. Одновременно.

— Ну да, делали-то тоже одновременно, — рассмеялась Сара. — Расслабься, Эмма. Ты такая бледная.

— Легко тебе говорить.

— А блондинку-секретаршу хоть уволили?

— Нет, представляешь! Так и пользуется моей ревностью.

— Как думаешь, однажды твоим боссам это надоест?

— Ох, черт, Сара! Я не знаю.

— А думаешь, им важно, кто первый попал в яблочко?

— Не знаю.

— О! Вот и пять минут истекли. Иди, посмотри, что там на тестах.

— Нет, пожалуйста, глянь вместо меня.

Сара спрыгнула с раковины и заглянула в кабинку. На бачке унитаза в ряд лежали пять самых разнообразных тестов.

— Ну-у-у… — протянула она.

Меня как ветром сдуло со столешницы. Я впихнулась в узкую кабинку и зависла над чувствительными полосками. Зрение не желало фокусироваться.

И тогда Сара прошептала с благоговейным трепетом:

— Что делать-то будешь?

Хороший вопрос. Очень хороший.

— Ну, — я шмыгнула носом, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — Сначала, наверное, плакать буду.

В ответ Сара тоже шмыгнула носом.

— Хороший план для начала. А еще нужно решить, где и когда ты сообщишь им об этом.

— Так. Мне надо выпить.

— А вот пить тебе больше нельзя.

— Тогда прогуляться. Гулять-то мне еще можно?

Сара вытащила ключи от машины и позвенела ими.

— Любой каприз.

2. Джеймс

— У себя? — бросил я Джессике.

Пепельная блондинка кивнула, ослепительно улыбаясь ярко-накрашенным ртом. Работай она на кого-то другого, я бы был на двести процентов уверен, что босс регулярно нагибает ее на рабочем месте. Но это же Александр. И зачем ему такая секретарша, спрашивается?

Я постучал и вошел в кабинет. Александр был один, в очках, которые надевал после долгого рабочего дня под вечер. Мазнул по мне взглядом и продолжил сверять графики на экране.

— Не видел, Эмму?

— Нет, а что?

— Она должна была занести мне отчеты. Два часа назад.

Рука Александра зависла над клавиатурой.

— Она не отвечает на звонки и ее никто не видел после совещания. На пропускной мне сказали, что к ней вроде подруга пришла, а потом…

— Машина Эммы на месте?

— Да. На парковке, водитель никаких распоряжений не получал. А ее кабинет заперт на ключ.

— Идем, — он снял очки и швырнул их поверх бумаг. — Джессика, на сегодня все, — крикнул он блондинке, даже не глядя на нее.

Она успела подняться из-за стола — внушительную грудь обтягивал узкий короткий пиджак.

— Слушай, зачем тебе именно Джессика?

— И ты туда же.

— Дай догадаюсь, а первой была Эмма?

Мы вошли в лифт одни. Был вечер пятницы. Все добропорядочные работники давно сбежали по домам.

— Так и зачем тебе Джессика? Почему взял именно ее после слияния? Эмма постоянно жалуется, что она тебе совершенно не те документы подсовывает и вечно все путает.

— Эмма просто ревнует, — сдержанно ответил он.

— Это не ответ.

Лифт звуковым сигналом подтвердил, что мы приехали.

— Александр, — я схватил его за руку. — Ответь мне.

— Давай сначала найдем Эмму, ладно? На мобильный звонил?

— Отключен.

— А номер подруги?

— Вне зоны доступа.

— Блять.

Наверняка Александр был таким же взвинченным, когда приехал в больницу, куда нас прмивезли после аварии, я напоминал скорее бифштекс с кровью, чем человека.

Мы остановились у кабинета Эммы. Александр подергал ручку. Заперто.

— А ее помощница? Мелани?

— Уже ушлша. Эмма отпустила ее сразу после совещания.

— Что нахрен такое важное должно произойти, чтобы вот так пропасть? — процедил Александр сквозь зубы.

— Ну не знаю, может, скидки в отделе нижнего белья? Ты лучше знаешь ее подругу Сару. Я видел-то ее всего раза два.

Александр задумался.

— Кеннинг, — наконец, сказал он. — Тот коп, который вел ваше дело. Я помню, как он просил у подружки Эммы ее телефончик.

— И зачем нам какой-то коп? Может, сразу в ФБР обратимся?

— А есть контакты?

И кажется, он не шутит.

— Александр, не перегибай палку…

— Да как не перегибать! Джеймс, ты знаешь, какое сегодня число?

— Двадцатое. И что с того? Число-то тут причем?

Александр пристально посмотрел на меня.

— То есть я один слежу за циклом Эммы?

— Ээээ… Что, прости?

— Цикл, Джеймс. Такая фигня у женщин, благодаря которой они могут рожать.

— Ты вот сейчас совсем ничего не прояснил. Причем здесь ее цикл?

Александр медленно сел на диван в коридоре и, обхватив руками голову, сказал:

— У нее задержка, Джеймс.

Я рухнул рядом.

— Так, еще раз. Ты следишь за ее циклом. У нее задержка. И ты, судя по этому кислому виду, уверен?

— Абсолютно.

— А почему она не сказала нам?

Александр молча пожал плечами.

— И по-твоему… — слова резали изнутри, как вставшая поперек горла рыбная кость. — Эмма решила вот так уйти? Да не верю!

Александр молчал.

Я подошел с дивана к двери, примерился и выбил ногой замок. Александр посмотрел на меня, на качающуюся дверь и сказал:

— Радикально.

— Руки работают плохо, зато ноги хоть куда. Идем.

Но в кабинете было пусто, хотя еще оставалась надежда, что Эмма, скажем, случайно оказалась заперта изнутри, потому что замок заело.

— Посмотри сюда, — послышался голос Александра.

Я прошел из кабинета к раковине, на которой Александр разложил пять упаковок. Все они были тестами на беременность.

— Теперь ты мне веришь? — спросил он глухо.

***

Эмма

— Привет, Барбара! — крикнула я через ограждение. — Впустишь нас?

— Привет, Джулия Робертс! — ответила женщина с улыбкой. — Всегда рада.

Приют еще не до конца отстроили. Но основные вольеры для животных сделали первыми. На Барбару трудились волонтеры, но по ночам в своем приюте она оставалась одна, как и раньше, когда ухаживала за животным, пока еще жила на улице. Теперь у нее и у ее многочисленных питомцев был кров над головой.

— Какими судьбами среди ночи?

— Хочу взять котенка.

— Да, — с тяжелым вздохом сказала Сара. — Другого времени у нас не нашлось.

Давно стемнело. Мы долго добирались до приюта за чертой города. Зная тревожность Александра, я отправила каждому из них смс-ку, но только потом заметила, что телефон потерял сеть еще полчаса назад и превратился в кусок бессмысленного пластика.

Черт. Надо было скорее возвращаться, пока Александр не поднял на уши всю полици ю штата, но, как назло, мы потеряли еще час, свернув не на ту дорогу.

— Для хороших дел никогда не бывает поздно, — сказала Барбара, — идемте за мной. Как дела у Ричарда Гира?

Это она про Джеймса, которому оказала первая помощь и если бы не она…

— Наш Ричард Гир скоро станет папой, — встряла Сара, и я ее чуть не убила.

— Да? — хмыкнула Барбара. — Значит, то, что надо, у него работает даже после аварии.

Они с Сарой обе захохотали, и я подумала, что Барбара это прямо-таки второе воплощение неунывающей Сары.

— А, кстаити, вам не нужны помощники? — вдруг спросила моя подруга, и я поняла, что они подружатся.

— Нужны, отойдщем поговорим? Джулия Робертс пока котят посмотрит. Вакцинированы, таблетки от глистов съедены, готовы уезжать в новые дома.

Глаза разбегались. В загоне поменьше с тонкими стенами жили отселенные от матерей котята разных возрастов. Мяучащая волна разной окраски, длины шерсти и всевозможных пород сравзу хлынула под ноги.

— Ну что, — сказала Сара, вернувшись, — выбирай и поехали. Нам еще обратно добираться. Я и привезла-то тебя сюда, только потому что беременным нельзя отказывать. У тебя тоже телефон вне сети?

— Ага.

— Вот, блин, обломался мой романтический вечер.

3. Джеймс

— Инспектор Кеннинг? Добрый вечер.

Александр все-таки связался с полицией. Невероятно. Я опрокинул в себя еще виски. Опьянение не наступало. В уме стучала одна-единственная мысль: «Беременна. Эмма беременна».

Закончив телефонный разговор, Александр перестал метаться по квартире.

— У него было назначено свидание с Сарой, но сейчас он у нее под дверью. Сары тоже нет дома. Телефон не отвечает.

— И что ты ему сказал?

Александр налил себе виски.

— Чтобы ехал к нам.

Я поперхнулся.

— Серьезно? Офицеру полиции?

— А что такое? — Александр развел руками. — Его девушка пропала вместе с нашей. Кто нам поможет, если не он?

— Ну давай, звони дальше… Кто там на очереди? ФБР? ЦРУ?

— Джейимс! Она беременна!

— Я знаю! И ушла, потому что так и не дождалась от нас каких-то действий. А ты ее собираешься в федеральный розыск объявлять. И дальше что? Запрешь в доме, пока нек родит? Ты понимаешь, что как-то иначе надо действовать?

— Еще бы не понимал! — взревел Александр. Я-то раньше обо всем догадался, успел уже все это переварить.

— И к чему пришел?

— У ребенка должна быть семья.

Я показал на себя и на него.

— Вот такая.

Как всегда прямой Александр указал на дверь:

— Другой нет. Не нравится, уходи.

— Вообще-то это мой дом, Александр. И как на счет того, что это мой ребенок?

— Он — наш, Джеймс. Здесь не может быть моих или твоих детей.

— Согласен. И никуда я не уйду.

Мы выпили.

— Нужно было давно попросить Эмму переехать ко мне, — сказал я. — Она ведь так и живет с подругой на съемной квартире. Носит наше кольцо, а живет где-то в другом месте.

— Задним числом ты умен.

— Пошел в задницу, Александр, — беззлобно сказал я. — Ты, кстати, тоже должен переехать ко мне.

Александр осушил стакан и потом сказал:

— Это самое странное предложение из всех, что я слышал.

— Ты живешь в городской квартире, где все стеклянное, острое и хромированное. Рядом ни парка для ребенка, ни хрена.

— С этим не спорю. Та квартира не для ребенка. А ты кого хочешь?

— Не знаю… я как-то вообще не думал о детях. Но, наверное, девочку.

Александр изменился в лице, а потом расхохотался.

— Чего? — не понял я.

— Просто представил лица ее будущих ухажеров.

— О господи, ухажеры! Нет, тогда мальчика.

Зазвонил домофон.

— Полицейский твой, наверное, приехал, — сказал я.

— А дом-то твой, Джеймс, иди открывай.

А черт, точно.

Пришлось подняться и открыть Кеннингу. Офицер выглядел впечатляюще — Кинг Конг на страже закона.

Цепким взглядом, приученным подмечать детали, он сразу увидел виски, стаканы и нас с Александром до сих пор в костюмах, теперь уже помятых и без галстуков.

— Ну, и расскажите, из-за чего у меня отменился охрененный секс? — прямо поинтересовался он, чем сразу напомнил Александра.

— Заходите, офицер. У нас девушка беременна. И она от нас сбежала.

Кеннинг сел. Пока наливал себе виски, смотрел на нас двоих.

— Так вы двое вместе? Если что, я не имею ничего против.

— Чего?! — спросили мы с Александром хором.

— В наше время многие однополые пары выбирают суррогатное материнство. Это нормально.

От нашего хохота затрясся дом.

— Нет, я с ним никогда…

— Мы не геи. У нас шведская семья, — сказал Александр.

— Не понял? Вы же американцы, я видел ваши паспорта.

— Нет, — сказал Александр, утирая слезы от смеха. — У нас секс втроем — двое мужчин, одна женщина. Менаж.

Кеннинг только поглядел по очереди на каждого и опрокинул в себя еще виски.

— Как мы это родственникам-то объясним? — спросил я Александра. — Может, сразу скажем, что геи? Чтобы проще было?

— Тебе не о чем волноваться. У тебя родители бывшие хиппи, они поймут все, что угодно. А вот мой отец…

Отец Александра был военным в отставке. Выправка, дисциплина, прямота и холодная неприступность — все это Александру досталось от него.

— Просто привезите ему малыша, — вдруг ответил Кеннинг. — Даже у вояк есть сердце. Пригласите на свадьбу?

Мы с Александром уставились на полицейского.

— Свадьба, — повторил я.

— Эмма сказала, что она ей не важна, — ответил Александр.

— И вы поверили? — Кеннинг закатил глаза. — Принцессы, платья, вот это все, конечно, ей нужна свадьба. Наверняка она отказалась, чтобы не задеть одного из вас, пришлось бы выбирать, верно?

— Ладно, разберемся, — протянул Александр. — Как только невесту найдем.

— Кстати, об этом, — сказал Кеннинг, доставая телефон…

***

Эмма

— О, телефон начал ловить! — вскрикнула Сара и, сидя за рулем, потянулась к телефону.

— Может, ты потом позвонишь своему офицеру?

Глядя на то, как Сара одним глазом смотрит на дорогу, выбирая при этом номер из споска абонентов, стало страшно.

— Не бойся! Ало, Чарли? Это я, прости, прости, прости… — защебатала Сара. — Конечно, ты можешь наказать меня за это!

— Не волнуйся, — пробормотала я, гладя пушистый черно-белый комочек, — эта озабоченная тетя не живет с нами. Хотя тебя, дружочек, все равно ждет много сюрпризов…

— В смысле «ты выехал мне навстречу»? — спросила Сара.

И тут впереди гаркнули:

— Остановить машину и прижаться к обочине! — громкоговоритель зафонил и отрубился.

Нас ослепил свет полицейской мигалки.

— Пятой точкой чувствую, что сегодня в постели будут ролевые игры, — сказала Сара, паркуясь на обочине.

В свете фар появился мужчина в форме. Это был тот самый коп.

— Мисс Чамп, Сара, — сказал Чарльз Кеннинг, наклонившись у водительского окна. — Не хорошо сбегать без предупреждения. Мисс Чамп, выйдете из машины.

Что?!

— Давай, Эмма, — сказала Сара, — не спорь с полицией.

Она что-то знала? Они ведь говори ли по телефону до этого. Иначе как подруга может выгнать меня на дорогу глубокой ночью посреди неизвестной трассы? Беременную и с котенком за пазухой!

Я вышла и поежилась на холодном ветру.

— Там за патрульной машиной, есть еще одна. Подойдите туда.

— Почему? И что будет с Сарой? Мне надо в город.

— Мисс Чамп, вопросы здесь задаю я.

— Со мной все будет в порядке, Эмма, — высунулась в окно Сара. — Я знаю рычаги дщавления на этого офицера.

Я пошла вперед, ослепленная красно-синей мигалкой. Обошла патрульную машину, в которой остался водитель, и увидела чуть поодаль длинный белый лимузин.

Даже остановилась, крепко сжимая котенка. Это уже не полиция. в этом я уверена. А готова ли я к дальнейшему?… О черт, как же страшно.

Вторя моим догадкам, дверь лимузина распахнулась. На дорогу вышли двое мужчин.

И при взгляде на них, ноги сами понесли меня вперед. В следующий раз они не обойдутся только одной патрульной машиной. После всего, что довелось пережить Александру, лучше не доводить его до крайностей.

Я прижалась к Джеймсу и обняла Александра свободной рукой, другой я прижимала к себе котенка. От них сильно пахло виски. Никогда не видела их пьяными. Теперь понятно, зачем им лимузин с водителем.

Джеймс обнял меня за плечи, Александр за талию. Их объятия были неожиданно крепкими. И еще они до сих пор ничего не сказали, даже не отчитали меня за то, что пропала и не позвонила. А обнимали так, как будто уже успели потерять.

Первым заворчал стиснутый со всех сторон котенок.

— Кто это? — спросил Джеймс.

— Мы были у Барбары, и я взяла котенка.

— Нас ждет пополнение? — спросил Александр таким тоном, что у меня земля ушла из-под ног.

Я подняла глаза. Он улыбался и по его лицу мелькали красные и синие отблески мигалки, когда он наклонился и поцеловал меня. Хватка Джеймса на талии стала сильнее, конечно, Александр рассказал ему о своих догадках, но он явно хотел услышать об этом от меня самой.

Я сделала глубокий вдох, с наслаждением пробуя смесь неповторимых ароматов — их одеколонов. Они оба принадлежали мне, а я принадлежала им.

— Я беременна.

4. Эмма

Оказалось, что офицер Кеннинг убедил моих мужчин в том, что мне очень нужна свадьба. Я отказывалась, как могла, от этого мероприятия, но Джеймс с Александром были настойчивы. Сошлись мы на свадебном путешествии, в отпуске нуждались все. А бессмысленное торжество на «всего три сотни человек, Эмма!» я отменила.

После небольшого ремонта, который пришлось затеять в доме Джеймса, Александр переехал к нему. Как и я. Обустраивали по большему счету спальню, а еще второй рабочий кабинет. Из дополнительной гостевой спальни вынесли лишнюю мебель, обновив цвет стен для будущей детской.

Поверить в то, что наши отношения теперь отныне на века мне помог не ремонт, не кольцо на пальце и даже не ребенок внутри меня. Я поняла, что это более чем реально, когда увидела живьем изготовленный на заказ матрас для спальни на троих.

— Четыре метра в ширину? — повторила я за Джеймсом. — Ты серьезно?

— Просто в два раза шире обычного, что такого?

— Но зачем такой большой?

Джеймс притянул меня к себе и коснулся живота.

— А куда наш ребенок будет прибегать, если приснятся кошмары?

— К нам? — неуверенно спросила я.

— Ага, а мы, если будем спать в обычной кровати, что ему скажем? Прости, друг, но мест нет?

***

Море, солнце, песок и… необитаемый остров.

Это было сюрпризом. Они сами выбрали направление и место. О том, что никаких других людей не будет на милю вокруг, я узнала только по прилету.

Крошечный остров в Карибском море. Огромное бунгало, забитое под завязку едой и всем необходимым, и никаких связей со внешним миром, кроме экстренных.

— Эмма, милая, а зачем тебе купальник? — невинным тоном спросил Джеймс. — Здесь ведь никого, кроме нас.

Я почувствовала его руки на своей шее, Джеймс развязал лямки, и те скользнули вниз, обнажая крайне чувствительную из-за беременности грудь.

В ответ на это бабочке в моем животе громыхнули гимн в честь Джеймса. Из-за гормонов я сходила с ума от желания. Не знаю, как женщинам хватает одного мужчины в такие периоды. Никогда раньше не чувствовала себя такой ненасытной, как сейчас.

Так что насчет купальника я не спорила, даже когда Джеймс принялся за трусики. Вероятно, он ждал протесты, но я, оставшись обнаженной, с невозмутимым видом подхватила шляпу и солнечные очки, решив, чт о раз парням захотелось поиграть с огнем, то пусть готовятся.

Александр как раз глотнул прохладной воды из минибара, когда мы вышли из спальни. Я прошла мимо и услышала, как он закашлялся.

— Это что такое? — прохрипел он Джеймсу.

— Я думал, она не согласится! — горячим шепотом ответил Джеймс.

— Я все слышу! — крикнула я, стоя в дверном проеме.

Зрелище было бесподобным. Прямо впереди, за небольшим скоплением пальм, плескались синие волны океана. Босиком по траве я дошла до белого песка, словно пересыпанного через мелкое сито.

— Ты забыла крем, Эмма, — сказал Александр.

Я оставила его вам, чуть не сказала вслух. Улыбнулась, вспоминая тот день на яхте. Тогда он разбил мои мечты в пух и прах, а сейчас…

— Правда? Тогда намажь меня, пожалуйста. Но думаю, тебе не обойтись без помощи Джеймса.

— Почему?

— Сначала вам нужно поймать меня!

Я сорвалась с места и побежала вдоль линии прибоя, давясь от смеха.

Конечно, они быстро догнали меня. Сложно бежать без белья и хохотать при этом во все горло. Да, по большему счету, я и не собиралась убегать.

Они оба притянули меня к себе, голую и горячую. Я потянулась к губам сначала одного, потом второго. Руки Александра уже ласкала грудь, пока Джеймс переплетал наши языки в глубоком поцелуе.

— Я сгорю сейчас, — прошептала я. — И буквально, если вы не прихватили с собой крем.

— Прихватили, — сказал Александр.

— Отлично, садись?

— Зачем? — опять удивился Александр.

Посмотрела через плечо на Джеймса. Вот кому не надо было ничего объяснять дважды, так это ему, мистеру «Я прекрасно ориентируюсь в любой ситуации».

Он выдавил мне на поясницу прохладную массу крема. Я выгнулась перед ним, пока его руки, скользкие от крема, двинулись ниже.

Александр смотрел на нас, как завороженный. А потом молча опустился на один из оборудованных вдоль линии пляжа шезлонгов. Я устроилась между его ног, не сдерживая стоны из-за смелых ласк Джеймса.

— Намажь мне плечи, Александр, если сможешь.

Провела губами по его члену, а он впился в мои плечи руками. Пальцы Джеймса скользили по бедрам, приближая неминуемое — обхватив за бедра, он рывком насадил меня на себя. Я выгнулась со стоном, а Александр коснулся моей чувствительной груди.

Когда Джеймс был близок, я высвобидилась и повернулась спиной к Александру. Он усадил меня на свой член, а Джеймс неожиданно опустился передо мной на колени и губами коснулся соска, пока его рука потянулась ниже, к моим широко разведенным ногам. От движений его пальцев у меня перед глазами аж потемнело от удовольствия.

Отдышавшись после оргазма, я потянулась к Джеймсу, провела языком по его членук и хватило несколько движений, чтобы он кончил.

Уставшая, но доволтная, я чувствовала, что мне и пяти минут хватит, чтобы отдохнуть и начать все заново. Эта беременность превратила меня в сексуального ненасытного маньяка.

Держитесь, мальчики.

— Первого, кто придет в себя, ждет второй раунд в океане! — крикнула я, пересекла пляж и с разбегу влетела в лазурные волны.

Позволила течению подхватить тело, охладить. Когда вынырнула, то увидела, что к воде они шли оба. Рядом. Голые и уже готовые.

Даром, что ли, выбрали именно необитаемый остров?

Эпилог

Семь месяцев спустя

— О черт возьми! — я взвыла от боли. — Я сожгу этот матрас, запомните мое слово. Отныне буду спать отдельно, аааа!

— Тише, Эмма, тише, — сказал Александр. — Сейчас тебе сделают укол. Постарайся не шевелиться.

— Ох, проклятье, больше никогда! Больше никогда ни один из вас меня не коснется! Где Джеймса черти носят?!

— Он поехал домой за документами, которых не было у нас с с обой в офисе, потому что ты не должна была появляться на работе!

— Не смотри так на меня, я должна была поровести это совещание!

— На девятом месяце? — едва сдерживаясь, спросил Александр. — Серьезно? Что там было такого, с чем не справилась бы Мелани?

— Я приехала не из-за нее, — я стиснула зубы из-за новой схватки.

— Мисс Чамп, — буднично-спокойным тоном сказал анестезиолог, — постарайтесь не шевелиться.

Александр закатил глаза.

— Господи! Из-за Джессики?! Ты правда думаешь, что я ее трахаю, пока ты носишь наших детей?!

— А какого черта ты ее до сих пор не уволил?!

— Джессика моя сводная сестра, тихо ответил он.

Я взвыла сквозь стиснутые зубы.

— Самая глупая отмазка, какую можно было придумать!… Просто скажи, что тебе нравится ее силикон!

— Но это так. Мне звонил отец, просил за нее. Он военный и в свое время помотался по стране. Когда я только готовился поступать в колледж, мать умерла, а отец тогда провел целый год на базе в Техасе. Ну, вот тогда у меня и появилась сестра.

— Вы вообще не похожи.

— После всех ее пластических операций? Не удивительно.

— Вы бы ему поверили? — спросила я медсестру, стоявшую поодаль.

Анестезиолог мужчина, его спрашивать бесполезно, видела я, как он уши навострил, заслышав про силикон.

— Звучит странно, но убедительно, — ответила медсестра с улыбкой. — Вы только постарайтесь не убивать его, а то у нас морги переполнены, — подмигнула она и ушла в след за анестезиологом.

Стойкая женщина, которая, похоже, повидала на своем веку в роддоме всякое.

Их чуть не сбил с ног влетевший в палату Джеймс.

— Эмма! Ты как?

— Джессика — сестра Александра.

У Джеймса отвалилась челюсть, а потом он захохотал в голос.

— А я еще думал, почему у них одна и та же фамилия!

— Она Джессика Февер? — ахнула я. Как-то это мимо меня прошло.

— Джессика Февер-Керлис, если быть точным, — ответил Александр. — Отец мне весь мозг выел о том, что ей нужно помочь с карьерой. Как понимаете, я не собирался это афишировать.

— Нам мог и сказать. Сколько времени я сходила с ума от ревности, а?

Александр мечтательно улыбнулся.

— Учитывая, что ни какого секса мне в ближайшее время не светит, это станет моими лучшими воспоминаниями. Еще не передумала сжигать матрас?

— Что? — встрепенулся Джеймс. — Матрас-то за что? Не отдам, это самый удобный в моей жизни матрас!

— Леди… и джентльмены, — запнулся врач при виде двоих мужчин. — Операционная готова. Кто из вас будет присутствовать?

— Мы оба, — ответил Александр.

— Суррогатное материнство? Понимаю. У вас готовы документы?

— Они не геи, доктор, — сказала я, пересаживаясь в каталку и указывая на свой огромный живот. — Это сделали со мной именно они. Так что переодевайте обоих!

— Ладно, — кивнул он, пожимая плечами.

Потрячающие люди работают в роддомах. Их ничем не удивишь.

***

У небес, определенно, есть чувство юмора.

У нас родились близнецы.

И когда их вытащили из меня, завернули в пеленки и выдали Александру и Джеймсу на руки, я рыдала в три ручья. А потом хохотала до слез, когда услышала, как озадаченно оглядывая свертки на руках, Джеймс произнес:

— Знаете, кажется, нам нужен матрас еще больше.

PS. Сара вышла замуж, и они с Кеннингом ждут первенца.