Глава 2.

2

Заторможенно моргаю. Сглатываю вязкую слюну. А потом как-то невольно начинаю пятиться.

Не потому что стушевалась или пожалела о содеянном… Просто уж больно устрашающе выглядит этот громадный мужик!

Ручищи как грабли. Мышцы под тканью пальто так и бугрятся. Такой захочет – мизинцем шею свернет!

– Ну, положим, зарядила, – отвечаю, стараясь держаться с достоинством. – А вы сами виноваты. Как сумасшедший гоняете!

Правильно, Полина. Так держать. Лучшая защита – это нападение.

– Да разве я гонял?! Это ты свои престарелые конечности еле передвигала!

Обида обжигает щеки.

Престарелые? Мне всего сорок пять вообще-то!

Продолжаю отступать назад, но, несмотря на это, расстояние между мной и неандертальцем стремительно сокращается. Он не сводит с меня испепеляющего взгляда и медленно приближается. Словно хищник, заприметивший добычу.

– А вы чего напираете? – голос предательски подрагивает.

Невзначай озираюсь по сторонам. Пусто. Вокруг ни души. Посреди улицы только я и этот свирепый верзила.

– Проучить тебя хочу, – вкрадчиво произносит он. – Чтобы в следующей раз рыбой своей вонючей не размахивала.

Паника удавкой стягивает горло, заставляя сердце биться чаще.

Но я не даю волю эмоциям. Храбрюсь.

С такими, как он, по-другому нельзя: учует слабость – загрызет на месте.

– Я буду кричать, – предупреждаю, демонстративно вздернув подбородок.

– Кричи, – жесткие губы растягиваются в пугающей усмешке.

– И драться! – крепче стискиваю в руке пакет с многострадальной селедкой.

Сомнительный, конечно, довод. Но иного у меня нет. Судя по всему, у этого бугая какие-то сложные отношения с водоплавающими. Раз уж он так взбеленился из-за одного-единственного (и совсем не сильного) удара по лобовому стеклу.

Так что да, потрепанная рыба – мое единственное оружие против грубияна. Если вдруг начнет руки распускать, я его селедкой по самодовольной роже приложу. На войне все средства хороши!

Ну а что? Я ведь не знаю, что у него на уме. Может, он психопат? Или убийца? Или, хуже того, сексуальный маньяк?..

С такими у меня разговор короткий!

Нет, справедливости ради стоит признать, что выглядит он вполне прилично. Солидно даже. Добротные кожаные ботинки, классические брюки, кипенно-белая рубашка, выглядывающая из-под ворота удлиненного коричневого пальто. Да и машина опять же не из дешевых…

Но с годами я усвоила один важный урок: внешность может быть очень обманчива. И доверять ей не стоит.

– М-да, – в ответ на мое предупреждение мужик лишь иронично хмыкает. – Похоже, на старости лет у всех баб крыша набекрень.

– Что вы все заладили?! – я аж задыхаюсь от возмущения. – Не старая я!

Он проходится по мне долгим оценивающим взглядом. Прямо с головы до ног. Скользит по цветастому шарфу, по серебристым пуговицам пальто в виде кошачьих мордочек, по пакетам с продуктами и замшевым ботильонам на невысоком удобном каблуке. А потом возвращается обратно к лицу и с нескрываемым скепсисом выдает:

– Да ну?

– Всяко моложе вас! – выплевываю оскорбленно.

Без понятия, сколько ему лет, но на вид около пятидесяти. Хотя типичных признаков мужского старения неандертальцу удалось избежать: ни пивного живота, ни второго подбородка, ни проплешин на голове не наблюдается.

Видимо, высокий тестостерон делает свое дело. Да и спорт в его жизни явно присутствует. Вон, какие бицепсы накачал!

Возраст выдают лишь морщины, сеточкой расползающиеся вокруг глаз, и седина, тянущаяся от висков к макушке. В остальном верзила раздражающе хорош. Даже обидно, у такой привлекательной обертки такое поганое нутро.

– Хорошим мужикам годы лишь на пользу, – самонадеянно заявляет он. – А вы, бабы, с возрастом становитесь все страшнее и зануднее.

Нет, вы слышали? Феноменальная наглость!

– Хорошим-то, может, и на пользу, – отзываюсь язвительно. – Только вы тут при чем?

Неандерталец хищно сужает веки, однако оспаривать мой выпад не спешит. Вместо этого проводит рукой по волосам и насмешливо роняет:

– Ладно, старушка, выдыхай. А то от натуги давление подскочит.

– Да вы… Да ты... Да ты просто хам! – меня прямо трясет от негодования.

– Да, я хам, – он делает порывистый шаг вперед и вмиг оказывается в опасной близости от моего лица. – А ты должна радоваться, что я сегодня добрый, – наклоняется чуть ниже, и тихий шепот лавой обжигает ушную раковину. – А то затолкал бы тебе эту рыбину прямо в…

Осознав смысл его похабных слов, вспыхиваю, словно хворостинка, облитая бензином.

– Извращенец! – упираю руку в могучую грудь и отталкиваю его от себя.

Хрипло хохотнув, неандерталец разворачивается и направляется обратно к машине. Дергает на себя водительскую дверь и с издевкой добавляет:

– Хоть пофантазируешь. Поди, сто лет мужика не было.

– Было бы о чем фантазировать! – яростно пуляю ему вслед. – Аполлон недоделанный!

Он ничего не отвечает. Садится в автомобиль и резво дает по газам.

А я остаюсь стоять посреди дороги, гневно скрежеща зубами и по-прежнему сжимая в ладони пакет со злосчастной селедкой…