Глава 34. Эпилог
Три недели спустя
— На манекене они выглядели лучше, — кривится Лана, вертясь у зеркала в примерочной. — Цвет не мой. И фасон, наверное, тоже.
— А мне кажется, эти брюки удлиняют твои ноги сантиметров на двадцать, — заверяю я с удобного кресла напротив.
Мне само́й ничего мерить не хочется — за три недели в Турине я уже забила шкаф нашей маленькой квартирки обновками. Несколько коробок с туфлями и так пришлось расположить под обеденным столом. Я поздно поняла, что Лекса в советчики лучше не брать. Сначала на каждое фото и примерочной он отвечал, что я нравлюсь ему во всём, но потом выяснилось, что без ничего я нравлюсь ему даже больше.
Сейчас, когда Милана и Марк прилетели в Турин, Волков, наконец, может работать, не отвлекаясь на меня. Первую неделю после нашего прибытия получалось сложно. Альянс всё-таки заключил нужный контракт, потому что Лекс буквально выгрыз его у конкурентов. Отец не ошибся — Волков действительно тот, кто был ему нужен. Он вообще хорошо разбирается в людях, и если бы не конфликт в их первую встречу — папа понял бы раньше. Как я сразу поняла. Как сразу понял сам Лекс.
Он говорит, что каждому тигру нужен свой мышонок, чтобы было о ком заботиться и защищать. Поэтому я бросила попытки стать сильнее, смелее или лучше. Иногда в стремлении к несуществующему идеалу можно потерять себя.
Зато выбранная мной первая партия мебели уже на пути в Приморье.
Пока пробно. Вторую ещё изготавливают.
Лана возвращает меня к реальности — в последние недели я слишком часто витаю в облаках:
— Нет, мои ноги меня и без того устраивают.
Она без стеснения стягивает не понравившиеся брюки и надевает те, что купила вчера.
— Сколько у нас ещё времени? — я бросаю взгляд на часы и предлагаю: — Можем погулять пару часов, пока они не освободятся.
Они— это Марк и Лекс. Такие разные, но сумевшие поладить. Может, конечно, ради нас, но причины мало меня волнуют.
Подруга кивает и, так ничего и не купив, мы выходим на улицу. Хорошо, что солнце успело спрятаться за тучами, иначе пришлось бы прятаться от жары. Турин — красивый город с богатой историей и великолепной архитектурой. Солнечный и чистый. Романтичный и уютный. С живописными пейзажами. Он нравится мне, но по Владивостоку я уже скучаю.
— Знаешь, я даже немного жалею, что тогда не улетела сюда, — усмехается Лана, когда мы сворачиваем на Виа Рома.
Поддеваю беззлобно:
— Тогда тебе не пришлось бы менять фамилию.
Она ведь всё-таки стала Нестеровой, но осчастливила Марка этой новостью, только в ЗАГСе. Уступила. А теперь он уступил, согласившись и продлить медовый месяц ещё на неделю, и провести его здесь.
— Ничего, ты тоже поменяешь, — с уверенностью заявляет Лана, и не думая обижаться.
Опускаю взгляд на нагретую солнцем брусчатку.
— В отличие от тебя, мне предложение никто не делал.
Формулировка не совсем верная. Вообще-то, делал — Сахаров, всего полгода назад. Но с того дня столько всего изменилось, что, кажется, будто всё это было в другой, прошлой жизни и с кем-то другим — не со мной. Сейчас по нагретой солнцем улице идёт совсем другая девушка, для которой во всём мире существует всего один мужчина. И это не Ник.
— Лекс сделает, — сообщает подруга так, словно знает об этом наверняка. — Через полгода, когда вы вернётесь во Владивосток.
— С чего ты взяла?
Из кафе, мимо которого мы проходим, пахнет свежеприготовленной пастой. От аромата базилика и томатного соуса мгновенно просыпается аппетит. Мысленно взвешиваю желание съесть что-нибудь вкусное, но не самое полезное. С эндокринологом я теперь созваниваюсь по видеосвязи. Всё так же веду дневник питания и измеряю сахар. Диабет мне так и не диагностировали, установив пограничное состояние, когда сахар ещё можно контролировать диетой, без лишних таблеток. И я стараюсь, хотя здесь, столько соблазнов, что это не так-то легко.
— Просто знаю, — загадочно улыбается Милана. — Есть у меня один… хм… осведомитель
Вообще-то, она и правда о многих событиях знает наперёд, объясняя это то интуицией, то натальными картами, то гороскопами.
— И ты спрашивала у него про Алекса?
Она качает головой:
— Про тебя. Я ведь никак не могу избавиться от чувства вины за Сахарова. Иногда на меня находит, и я думаю, что в тот день, когда мы встретились и он сделал тебе предложение, я сломала тебе жизнь. Поэтому теперь я чувствую себя ответственной за твоё счастье или, наоборот, несчастье.
Решив, что пообедаем вместе с Марком и Лексом, мы заказываем фруктовые коктейли в маленьком кафе и продолжаем путь вместе с ними. Запотевшие от перепада температур стаканы приятно холодят пальцы, а кисло-сладкий вкус мигом прогоняет усталость.
— Я уже говорила тебе и скажу ещё раз: попытавшись увести Ника, ты сделала мне одолжение, — но любопытство всё-таки не даёт оставаться в неведении, заставляя поинтересоваться: — И что твой осведомитель говорит обо мне?
Лана тянет коктейль через трубочку и смотрит на меня внимательным взглядом, словно взвешивая, нужно ли рассказывать, или лучше оставить свои знания в секрете. Но всё-таки говорит:
— Вы с Алексом поженитесь через год, — начинает она. Родители настоят на том, чтобы это была пышная свадьба с кучей гостей.
— Чьи родители? — уточняю я, а Милана усмехается:
— Все: и твои и его. Поэтому вам придётся уступить и сразу же после свадьбы сбежать на Тенерифе. Работа в Альянсе будет нравиться Волкову ещё год или два, но потом наскучит, и он втайне от тебя сдаст адвокатский экзамен.
Улыбаюсь: раз так, то не такая уж это будет и тайна. Да и я, наверное, буду не против, если ему действительно этого захочется. Предполагаю:
— Наверное, пойдёт в бюро Волковых?
— Нет, для этого он слишком свободолюбив. Алекс создаст свою коллегию вместе с одним адвокатом из Находки, сделав филиалы в обоих городах.
Кажется, я знаю о ком речь. И даже уже немного ими горжусь.
— Значит, у нас всё будет хорошо? — уточняю я, подводя итог сказанному.
Она неопределённо качает головой:
— Будет по-разному, но вы будете вместе…
Кажется, Лана хочет рассказать что-то ещё, но я прерываю, легко коснувшись её локтя. Если мы просто будем вместе — этого достаточно. Заведём мы собаку, как хочет Лекс, или кота, как мечтаю я? Будем жить у него или у меня? Родятся ли у нас дети? Останусь я в Альянсе или займусь чем-то ещё? Кто победит: птички в моей голове или тараканы в его? Пусть детали останутся сюрпризом, я и без того узнала больше необходимого.
Говорят, что счастье, это не то, что у нас есть, а то, с кем мы его разделяем. Это люди, которые рядом с нами — именно они делают нас счастливыми. Правильные люди, нужные. Те, что становятся незаменимой частицей нас самих. Я ведь осталась такой же неидеальной, как и была. Тем же несовершенством, полным изъянов. Но мне теперь абсолютно всё равно, что думают об этом другие, потому что важно лишь мнение тех, кто рядом. Остальное стало несущественным.
Переведя взгляд на улицу впереди, первой замечаю Лекса и Марка. Они идут нам навстречу, спорят о чём-то. Волков тоже изменился за эти дни — отдых идёт ему на пользу. Расправились плечи, исчезли следы бессонных ночей под глазами, волосы выгорели на солнце и теперь в льняных прядях мелькают оттенки платины. Скорее чувствую, чем вижу его взгляд. Тело реагирует на него теплотой в груди и приятным предвкушением объятий и поцелуев. Чувством окрылённости, уверенности и неуязвимости.
— Я правда не сломала тебе жизнь? — недоверчиво повторяет Милана.
Её взгляд прикован к Марку, но спрашивает она у меня.
Улыбаюсь, и повернувшись к ней, негромко признаю́сь:
— Может, и сломала. Но иногда нужно сломать старое — ложное и ненужное, чтобы построить новое — правильное и восхитительно-безупречное.
Мы не всегда понимаем, для чего жизнь даёт нам те или иные испытания. Иногда, спустя время, оказывается, что это были и не испытания вовсе. Это был путь, который нужно было пройти, чтобы понять его конечную цель.
Зато теперь я счастлива, люблю и любима.
Лекс прав, между нами всё могло быть иначе. Но мне нравится так, как есть.
И пусть так будет всегда.