Глава одиннадцатая. Новый год все равно наступит

— Товарррищи человеки! — Маркиз на этот раз был как нельзя более кстати — кто-то должен был разрушить неловкость момента. — На всякий случай напоминаем: новогодняя ночь — это сегодня! И она, за-уметьте, уже наступает! А у на-а-аус еще даже сто-ул не накррыт!

Я ойкнула. А ведь правда! Про время я как-то совсем забыла…

— А мохнатый прав, — заметил Кирилл, а потом со вздохом оглядел себя. — Вот мне бы еще одеться во что-то… желательно не окровавленное и не похожее на половую тряпку.

— Перевозка сов до добра не доводит, — наставительно сообщила я. — Она губительна для гардероба!

— О опыт, сын ошибок трудных! — печально покивал Кирилл.

— Но ты можешь примерить костюм развратной медсестры, — с коварной улыбкой предложила я.

— Могу предложить также костюм развратного медбрата! — оживилась “Василиса”, и я прыснула.

— А костюм кого-нибудь не очень развратного не найдется? — выражение лица у Кирилла было в этот момент… сложное.

— Есть костюмы Деда Мороза, Снегурочки и оленя.

— Оленя бери! — посоветовала я. — У оленя шкура прочная. Глядишь, и сову выдержит. Опять же, на рогах она сидеть может… что?! Нет, ну с тобой вообще каши не сваришь!

…От бороды Кирилл почему-то тоже категорически отказался. Заявил, что в бороде жарко и подбородок чешется. Так что в итоге он щеголял в дедморозовской “шубе” поверх джинсов. Вообще-то “шуба” традиционно представляла собой красный халат с оторочкой из белого искусственного меха. И, если честно, выглядел он в этом халатике нараспашку все равно довольно пикантно, но об этом я предпочла умолчать. Все равно из вариантов оставалась только медсестра и олень.

— Какое меню вы предпочтете для новогодней ночи?

Задумалась я совсем ненадолго. Вообще-то, конечно, общее меню мы с Игорем заказывали заранее — но с некоторыми вариантами, и нас предупреждали, что часть блюд можно заменить даже в последний момент. Игорь хотел морепродуктов и какой-то экзотики.

А я… если честно, никогда я не любила этих устриц. Их еще как есть, непонятно. И вообще… Новый год же!

На Новый год должны быть салаты. Ну и пусть это мещанство и пошлость. Пусть! Но в детстве был настоящий-настоящий Новый год, с ожиданием чуда и волшебства. И были салаты! И заливное. И язык отварной. Мясо, с картошкой запеченное. И мандарины! Мандарины обязательно — на отдельном большом блюде. И просто так — раскиданные по столу.

В какой момент исчезли оба стеклянных столика, я не заметила. Зато откуда-то сверху посреди гостиной опустился большой деревянный стол, заставленный тарелками и блюдами. И еще один — поменьше. На нем красовалось только ведерко со льдом, из которого торчало горлышко бутылки шампанского.

Стульев было два — и один высокий барный табурет с мягкой сидушкой, обитой мехом, — для Маркиза.

Бокалов на столе тоже оказалось предсказуемо два. И, конечно, свечи. Красные.

Что ж… вся эта романтика предназначалась для другого человека, но… что ж теперь — Новый год не отмечать?

В конце концов, такая компания, какой бы неожиданной она ни была, — гораздо лучше, чем одиночество.

И на самом деле… я встретилась глазами с Кириллом и снова на секунду замерла.

На самом деле… временами мне начинало казаться, что такая компания — и правильная. Что вот так все и должно быть.

Потому что… действительно ведь глупо тратить свою жизнь на то, чтобы соответствовать чьим-то там ожиданиям. И делать так, как “правильно”, по мнению других.

А Игорь… мне и мама, и все подруги, и коллеги в один голос твердили — не вздумай его упустить! Он был… “отличной партией”. Идеальный жених. Такой, какого в соцсетях не стыдно показать. Которым можно перед бывшими сокурсницами похвастаться. Такой, какому все обзавидуются.

Но вот такой ли — какой сделает меня счастливой?

И этот Новый год — он был бы для меня очень грустным, если бы не случайность.

И да, то, что Игорь не смог приехать, тоже можно считать случайностью. Но это он выбрал место в глухом лесу, куда так трудно добраться. И это он не спешил добираться.

Сглотнув, я усилием воли отогнала “неправильные” мысли. Черт знает, до чего можно этак додуматься…

Телефонное пиликанье донеслось откуда-то из прихожей.

— Это мой, — встрепенулся Кирилл и торопливо выскочил из гостиной.

Я осталась сидеть у накрытого стола.

— Да, мам… — теперь голос доносился приглушенно, и я не стала прислушиваться.

Тем более, что в следующую секунду зазвонил уже мой телефон. И я, подхватившись, кинулась к комоду, на котором лежала трубка.

Игорь! Неужели все-таки…

— Зай, привет! — голос моего жениха был веселым и как будто не совсем трезвым. — Ну как ты там? Отмечаете с котом? Ну, ты оттянись там!

На заднем плане слышны были музыка и голоса, так что Игорь почти кричал.

— Игорь? — растерянно переспросила я. — А… ты где?

Мне почему-то представлялось, что если уж он не сможет ко мне добраться, то будет встречать Новый год, как и я, один. Не планировали же ничего… то есть, конечно, планировали, но — вдвоем. Да и как-то… не может же он там развлекаться, думая, что я тут одна?

— Да тут одна компания образовалась, ты не знаешь… ну, раз с коттеджем и романтикой этой всей не вышло, надо ж было как-то решать! Ну вот… я что сказать-то хотел, зай! Новый год настает! Счастья-здоровья! Я ж тебе первым делом звоню…

— Игореш, ты где там? — женский голос на заднем плане был незнаком. Его тут же заглушили другие, мужские. И чей-то смех. И музыка.

— Так это, зай… с наступающим!

— Да, — медленно произнесла я. — И тебе… счастья-здоровья. Только, знаешь… я думаю, с кем-нибудь другим счастья. Вряд ли у нас что-нибудь получится. С наступающим, Игорь.

Не дожидаясь ответа, я нажала на отбой и медленно положила трубку на комод.

В конце концов… так действительно будет лучше. Для меня. А как для Игоря — не знаю. Но с этим он пусть разбирается сам.

Насколько помню, предоплату за этот дом мы вносили за два дня. Завтра я просто отсюда съеду. Наверное, надо будет созвониться с кем-нибудь и попросить приехать за мной… на вездеходе, что ли. Или на тракторе. Придется еще как-то эвакуировать машины — мою и Кирилла. Но это все — решаемо.

А главное решение уже принято.

— А мы говоррили, — вздохнул Маркиз. — Не нррравится нам этот твой… Игорррек!

— Да тебе никто не нравится, — привычно вздохнула я.

— Ну-у… почему же. Вот, скажем, аспиррант весьма к котам уважителен. На “вы” обрращается!

Я изумленно вытаращила глаза. Серьезно?! Моему коту в самом деле не нравился никто из моих парней. Так, значит, надо было всего лишь обратиться к нему на “вы”?!

В дверном проеме появился Кирилл. И лицо у него было таким изумленным, что я на секунду даже забыла о произошедшем только что.

— У мамы поклонник, — он произнес это таким тоном, будто сам не верил в то, что говорит. — И она, возможно, замуж за него выйдет. Он приехал к ней. Она даже обрадовалась, кажется, что у меня не получилось… не знала, как мне сказать. Но я бы там был сейчас… третьим лишним. У них там романтика, представляешь? А… и еще звонил Витька. Поздравлял с Новым годом… я ему шею намылил. И, в общем, за нами от зоопарка тягач пришлют. У них там, оказывается, какой только техники нет. Потому что им, бывает, и слонов перевозить приходится, и всякое… вот. И пришлют. Ну, чтобы сразу и сову перевезти, и нас… то есть меня забрать. И машину эвакуировать. И ты, если хочешь…

— Ага, — я кивнула. — Хочу. А я с Игорем рассталась.

— О… — Кирилл на секунду запнулся. А потом как-то разом выдохнул. — Это просто отлично, знаешь. Замечательно даже!

— Замечательно — расстаться со своим парнем в новогоднюю ночь? — недоверчиво хмыкнула я.

— Еще как, — Кирилл энергично кивнул и шагнул ко мне ближе. — Понимаешь, ты… ты красивая. Искренняя. Открытая. Непосредственная. Такая… настоящая. И ты заслуживаешь… кого-то, кто точно не оставит тебя на праздник одну. Хоть весь лес пешком пройдет, но не оставит. И еще… знаешь, мне как-то не по себе было от того, что у тебя есть жених.

— Почему? — я, нахмурившись, запрокинула голову, чтобы смотреть ему в глаза.

— Потому что ты красивая. Искренняя. Открытая. Непосредственная. И ты мне нравишься.

— Сильно? — я закусила губу.

— Сильно.

— Да ца-улуйтесь ужеу! — кот, махнув хвостом, запрыгнул на свою персональную табуретку за столом.

— Горь-ко! — провозгласила под потолком “Василиса”.

— У-ху! — важно подтвердила со шкафа сова.

— Перетопчутся? — шепотом спросила я.

— Они — да, — так же шепотом ответил Кирилл. — А я?

— Ну-у… — я оглянулась на стол. — У нас там шампанское греется…

— А под куранты? — провокационно улыбнулся он.

— А под куранты, — я бросила задумчивый взгляд на часы на стене, — положено загадывать желание.

— И целоваться, — покивал парень и уверенно взял меня за руку. — Я уже придумал. что загадаю. А ты?

А я… я решила, что, пожалуй, ничего больше не буду загадывать. И ничему соответствовать. Какой в этом смысл? Буду просто… жить.

— И целоваться! — я засмеялась.

Потому что — почему бы и нет?

Конец.