50. Инга

‌‍50. Инга

- Ты отцу ребенка сообщила?

- А что бы я ему сказала? Вера, ты не знаешь, какой он! Это же деспот! Убьет и не поморщится! Я боюсь его.

- Он - отец девочки! Он имеет право знать, что у него есть дочь!

Карина покачала головой.

- Если ты боишься, давай я с ним встречусь, расскажу. Пойми, если ты откажешься от дочери, ее отдадут в дом малютки. Повезет, если ее удочерят хорошие люди, а если они не полюбят ее? А если она останется в детском доме? Ты хоть представляешь, как тяжело там ребятишкам живется без родительской любви, без мамы? Подумай о девочке, прошу тебя! Карина, пожалуйста, не отказывайся от дочки. Это же грех! Вот я тоже без мужа, а Дениска у меня – это такое счастье, ты даже не представляешь!

- Ты хотя бы любила его отца. А я ненавижу! Понимаешь, ненавижу!

- Но девочка же не при чем! Она не виновата в случившемся, Карина. Дети не просят, чтобы их рожали…

- Верочка, я все решила, правда. Сейчас обстоятельства складываются в мою сторону. А девочка… у нее все будет хорошо…

Чем дольше мы разговаривали в потемках, тем тверже становился голос Карины и ярче сверкали ее глаза, освещенные только светом уличных фонарей. Она была убеждена в правильности своих действий и меня ни слушать, ни слышать не хотела. Даже повеселела как будто. А потом соседка вдруг резво соскочила с подоконника.

- Я тебе сейчас его покажу!

- Кого? – я подумала о капитане, а Карина между тем щелкнула выключателем, и потолочная лампа, вспыхнув, ослепила меня, заливая палату мягким светом.

- Шефа бывшего. Отца девочки.

Карина вытащила из шкафа большую дорожную сумку, порылась немного и видимо с самого дна достала толстый глянцевый журнал. Листала его страницы, пока где-то на середине не остановилась. Ткнула пальцем.

- Вот он, красавчик. Глянь какой!

- Егор?! – я вскрикнула от неожиданности.

- Какой Егор? Игорь, мать его, Алексеевич. Донцов!

С фотографии на меня смотрел Егор. Мой Егор! 

- Гребаный мудак, воспользовался пьяной девушкой и даже о защите не подумал. Сволочь!

Карина сунула журнал мне в руки и вернулась на подоконник, прижавшись лбом к стеклу. А я уставилась в такие знакомые, родные черты…

Когда-то я действительно думала, что с его внешностью ему нужно быть моделью. Представляла его на обложках глянцевых журналов и гордилась тем, что этот замечательный парень, не  имеющий недостатков, - мой. Сама себе завидовала!

А теперь вот он – не на обложке, но все же на глянце. Не модель, а генеральный директор крупнейшей строительной фирмы. И… не мой.

Он возмужал. Светлые волосы красиво и модно уложены. Серо-голубые глаза, обрамленные длинными густыми ресницами, холодным взглядом смотрят на меня со страницы глянца. Когда-то пухлые чувственные губы теперь плотно сжаты в тонкую линию.

Черный дорогой  костюм идеально сидит на  широкоплечем статном мужчине, и от всей фигуры веет властью, уверенностью и харизматичностью. Егор действительно красив, очень. Но при этом какой-то… грустный что ли, или одинокий? Или я вижу только то, что хочу видеть? Мельком прочитала статью – ни слова о семейном положении, строго о работе, фирме.

- Ты уверена, что твоя дочь от него?

Я не хотела говорить Карине, что Донцов – это мой Егор. Мой бывший парень и отец моего ребенка, а теперь еще и ее, как оказалось. Поэтому постаралась взять себя в руки, унять дрожь в конечностях и разговаривать как можно более спокойным тоном.   

 - Вера, это его дочь. Я точно знаю. Ни до, ни после той ночи у меня не было мужика несколько месяцев, да и врач со сроком угадала… Все, я устала, давай спать.

- Карина, пожалуйста, подумай о том, чтобы оставить девочку. Или хотя бы расскажи о ней Донцову.

- Вера, хватит, - раздраженно отрезала соседка.