Глава 10. Когда все ангелы спят

Макс опрокидывает в себя порцию крепкого алкоголя, Лина медленно садится на диван с сосредоточенным, но одновременно — каким-то потерянным выражением на лице, ведущий где-то на сцене, наконец, берёт в руки микрофон…

— С меня хватит, — негромко произношу я; но знаю — все меня прекрасно слышат.

— Мила? — блондин с лёгким удивлением и словно ожиданием смотрит на меня.

— Это уже перебор. Всё это, — говорю и делаю шаг назад.

Макс приподнимает бутылку, без слов предлагая мне запить моё «горе» хорошим виски, но на алкоголь я больше тоже смотреть не могу. Как и на всех окружающих.

— Мила, не уходи, — как-то глухо произносит Лина, не глядя на меня.

— Зачем ты это сказала? Зачем ты всё это сказала? — с нарастающими не то раздражением, не то злостью, спрашиваю её.

— Потому что это правда, — фея поднимает на меня усталый взгляд; на её лице больше нет веселья, как нет энтузиазма и какой-то лёгкости, что всегда отличали Лину от всех остальных девушек, — Потому что Бесов до сих пор не понял, куда пришёл, и страдают от этого все.

— Зачем ты сказала ему про меня? — задаю чёткий вопрос, чтобы у неё больше не было возможности юлить.

— Потому что и это правда, Мила! — на лице Лины мгновенно появляется уверенность, а в глазах — блеск, — Как долго ты ещё будешь строить из себя божью овечку?! Неужели не понимаешь, что таким, как те двое, которых ты на свою голову выбрала объектами своего внимания и распространения своих флюидов, нравится доказывать друг другу, какие они крутые хрены? И они могут делать это месяцами, если не годами! А страдать будет компания! И все её работники! И те, кто эту компанию создавал!

— Лина, это уже лишнее, — негромко произносит Макс, но я его уже не слышу:

— О! Так ты о Самуиле Викторовиче подумала? А что ж ты не думала о нём, когда помогала Глебу захватывать компанию отца? — вырывается из меня под нажимом странной агрессии, что буквально заполнила меня изнутри.

— Он — акционер! Ничего бы с ним не стало, если бы Глеб спокойно продолжал взятый курс… но тут на его голову появляешься ты и умудряешься столкнуть лбами двух минотавров! — вспыхивает Лина, подскакивая на ноги.

— А я ещё думала, что ты единственная, кто поддерживает меня, — качая головой, с горькой усмешкой произношу, глядя ей в глаза.

— Самое смешное, что я продолжаю поддерживать тебя… Но это не значит, что мне всегда будет нравится линия твоего поведения, милая моя, — выделяя интонацией последнее обращение, протягивает Лина, спокойно отвечая на мой взгляд, — ты не замечаешь, как создаёшь вокруг себя чрезвычайное положение, потому что ты, точно также, как и Лёша — не игрок команды. Ты — случайное лицо, оказавшееся брошенным в чужой мир почти без опоры. И в тот момент, когда ты стала частью системы, эта система оказалась под угрозой.

Сказав всё это, Лина медленно обходит стол, желая покинуть наш уголок, но на пол пути останавливается и разворачивается ко мне.

— Я не знаю, что у вас происходит с Бесовым, ты мне так и не рассказала всех подробностей своего побега, да и потом у нас не было времени поговорить… но то, как он ведёт себя сейчас — говорит о многом.

— И о чём же? — не очень дружелюбно спрашиваю я.

— О том, что своё чувство гордости он ставит выше, чем свои чувства к тебе, — без веселья в глазах усмехается моя пьяная фея, — и прежде чем ненавидеть меня за эту правду, лучше подумай — стоит ли этот человек твоих «метаний»…

И с этими словами она отворачивается и уходит в толпу, мгновенно скрываясь среди гостей клуба, собравшихся перед сценой.

Тишина, которая устанавливается за нашим столиком после её ухода, может смело носить титул «Гробовой».

— Хочешь поговорить? — через несколько секунд, затянувшихся в минуты, произносит Макс, отпивая из своего стакана.

Бездонный он, что ли?

— Хочу уйти, — отвечаю ему, продолжая смотреть куда-то в толпу.

— Нет, не хочешь, — на губах Макса появляется странная улыбка, но он быстро прячет её, склоняя голову во время распределения по стаканам очередной порции виски, затем берёт один из них, медленно отпивает. Второй стакан так и остаётся на столе сиротливо дожидаться хоть кого-нибудь.

— И что это значит? — смотрю на него волком, — Почему это я «не хочу»?

— Потому что ты хочешь не «уйти», а разобраться во всём. Это видно по твоим глазам. Они неспокойные и возбужденные, — произносит Макс, продолжая держать порцию горячительного рядом со своим ртом и при этом глядя на меня, — ты желаешь выяснить, как относятся к тебе окружающие люди. И я поддерживаю тебя в этом желании.

Смотрю на него внимательно. Паззлы медленно сходятся в единую картину.

— Скажи мне, почему ты разрешил Лине привезти меня сюда? Это же не было тобой запланировано! — складываю руки на груди.

— Потому что вам всем давно пора расставить точки над «ё», — со спокойной улыбкой произносит мужчина.

— За кого ты, Макс? — удивленно спрашиваю у него; реально — удивленно; даже как-то… недоверчиво.

— За себя, — глядя мне в глаза, отвечает блондин, — всегда — только за себя.

Мне почему-то становится не по себе.

— Мне нужно уйти, — произношу, сама, не зная — зачем; опускаю взгляд на стол; смотреть на мужчину — неловко.

Что за дела?! Это же Макс! Милый добрый Макс! Откуда эта дурацкая скованность? И почему стоять с ним наедине стало неожиданно неудобно?..

Разворачиваюсь и натыкаюсь на Бесова.

— Лёша? — вырывается из меня.

— Уходишь? — Бесов смотрит на меня, затем бросает быстрый взгляд на блондина.

— Оставляю вас наедине, — сверкнув милыми ямочками на щеках, произносит Макс и выходит из-за стола.

Почему мне показалось, что в его глазах в тот момент было что-то доселе мне незнакомое?.. Или это я уже демонизирую блондина, как человека, мотивы которого мне не ясны?

— Мила, — Бесов обращает на себя моё внимание, и мысли о Максе быстро отходят в сторону.

Зато возвращается раздражение, появившееся во время разговора с Линой.

— Я не знала, что ты будешь здесь, — произношу без эмоций, глядя ему в глаза.

— И я не знал, что ты приедешь, когда звал сюда Вознесенского, — произносит Бесов, отвечая на мой взгляд.

Хмурюсь.

— Вознесенского? — переспрашиваю.

— Твой друг блондин, — кивнув в сторону ушедшего Макса, отвечает Бесов.

Вот ведь… заработалась! Настолько, что даже фамилию Макса никогда не сопоставляла с её хозяином! И как меня угораздило — учитывая, что я целый месяц занималась отчетностями?..

А потом до меня доходит.

Золотоволосый Бог с четырнадцатого этажа был мне неподотчетен. И отчитывался он только перед Глебом.

Как и Лина…

«Dream team» Бондарёва имела свои привилегии.

— Как вы вообще умудрились встретиться? — спрашиваю у Бесова, проходя к столу, но всё также продолжая игнорировать диван.

— Вознесенский сам позвонил мне и предложил выпить сегодня вечером, а заодно и обсудить утреннее происшествие, — Лёша внимательно следит за мной и моими перемещениями, — Однако, пришёл он не один, а со своей разговорчивой подружкой, — его лицо изменяется, когда он говорит о Лине, но я решаю это не анализировать; он выпил; его сознание уже изменено; кажется, всем нам пора завязывать с алкоголем, — А потом я предложил им посетить это мероприятие, поскольку меня здесь ждали, и подружка Глеба привела тебя…

— Я могу уйти хоть сейчас, — произношу ровно, даже с каким-то холодом.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — отвечает Бесов, по лицу которого невозможно понять — чего он хочет.

А чего ты хочешь?.. – таки задаю этот вопрос я.

Вспоминаю, что буквально пару часов назад задавала этот же вопрос Глебу. Жду несколько секунд. Осознаю, что с ответом Бесов затягивает умышленно, так же умышленно оказывая давление на мои нервы… — и достигаю точки невозврата.

— А ты знаешь… я не хочу этого слышать! — вдруг весело сообщаю ему, — И не хочу больше разговаривать на эту тему. Вообще. Ни с кем!

На моих губах растягивается улыбка. Всё. Хватит. "Наразговаривалась" и "навыяснялась" на целую жизнь вперёд!!!

Бесов хмурится, сосредоточенно глядя на меня, но мне уже совсем весело. Хочу танцевать!

— Мила…

— Лёша… — смотрю на него многозначительно, а потом мягко улыбаюсь, — хватит. — и разворачиваюсь в сторону танцпола.

Не знает ответа?.. Что-то из себя строит?.. Обдумывает решение? Сомневается? Серьёзно? ВСЁ ЕЩЁ?!

Нервный смешок вырывается сам собой.

Когда я успела удариться головой и выбить себе все мозги? Я что, реально ожидала, что у нас может что-то получиться?.. И самое главное — как я допустила появление этих ноток отчаяния в аромате своих духов? Мне что, пятьдесят девять — и это мой последний шанс?! Какого рожна я гоняюсь за тем, кто ещё до моего эпичного побега дал понять, что мы с ним никогда не «будем вместе, как Сид и Нэнси»?!

Срочная перестановка остатков извилин в почти пустой черепной коробке: пять дней до нового года, пять дней в фирме Бондарёва, пять дней на то, чтобы понять, чего я сама хочу.

План прост. Нужно расслабиться!

Обвожу взглядом заведённую ведущим толпу…

С момента возвращения на прежнюю должность я только и делала, что пыталась выяснить, чего от меня все хотят — а какая мне, собственно разница, чего они хотят? Реально?.. Ведь по факту важно то, чего хочу я — и на этой задаче мне и нужно сосредоточиться!

И у Бесова, и у Бондарёва была куча возможностей объяснить своё отношение ко мне — но они ими не воспользовались, всякий раз уходя от ответа на прямые вопросы. Сколько уже можно не уважать себя, продолжая пребывать в ожидании этих Слов?.. И что мне они дадут — эти их слова?.. Слова-слова-слова! Какой же идиоткой я иногда бываю!

НА ЧЕРТА МНЕ ВСЕ ЭТИ РАЗГОВОРЫ?

Нужно смотреть на действие, а не ждать сладких речей со столь желанным «люблю» — в содержании.

Спускаюсь на танцпол и вливаюсь в общее веселье. Разворачиваюсь лицом к Бесову, смотрю на него… и с улыбкой исчезаю в толпе. И как до меня раньше не дошло? Боже. Я сама себя привязала к мужчине своими собственными ожиданиями ЧЕГО-ТО, чего он никогда мне не обещал! Я поверила в возможное «долго и счастливо» с человеком, которого даже не знала! Которому приписала все качества своего выдуманного идеала! И который ни разу не проявил своего собственного желания, а всегда только отвечал на моё.

Глупо. Глупо-глупо-глупо.

А ещё глупее продолжать думать об этом, когда играет такой трек! Я же пришла сюда отдохнуть, а не размазывать сопли во время очередной безмолвной беседы с самой собой о том, какая я несчастная и как меня никто не любит! Так что — отдаюсь музыке, ныряя в атмосферу общего веселья с головой! Когда ещё я окажусь в таком крутом заведении? И плевать, что большинство присутствующих оставят здесь сегодня мою месячную зарплату!..

И плевать на всех Бесовых и Бондарёвых! Плевать на всех завравшихся эгоистов, не умеющих проявлять заботу о женщине. Не умеющих чувствовать. И я вовсе не обязана учить их этому! Кто я такая — чтобы взваливать на себя такую ответственность? Мне бы с самой собой отношения наладить.

Вообще не хочу анализировать, как оказываюсь в самом центре зала. И даже не буду думать, как выходит, что все мои партнёры, периодически сменяющие друг друга, всё время куда-то пропадают! И знать не хочу, почему это происходит именно тогда, когда среди счастливых и слегка выпивших людей мелькает лицо Макса, наблюдавшего за всем происходящим с убийственной в своём спокойствии улыбкой… А потом начинает играть какой-то дикий, но совершенно волшебный в своём неожиданном звучании ремикс на The Pixies «Where's my mind», и я впервые в жизни отпускаю себя полностью!!! Эйфория накрывает с головой; вся напряженность нескольких дней на работе в компании и весь стресс за две недели за границей — когда я понятия не имела, что делать и как дальше жить… всё это слетает с меня, словно шелуха, отпуская на волю простую и весёлую девчонку, только недавно закончившую университет: и я танцую для себя! Не думая ни о ком! Это невероятные ощущения, учитывая, что я вообще не пьяна! Когда ремикс сменяется оригиналом на последней минуте звучания трека, я вдруг ощущаю на своей талии чьи-то руки; поворачиваю голову… взгляд Макса, стоявшего за моей спиной, направлен на одного из моих «ухажеров» (какого-то невнятного брюнетика с уложенными в модную причесочку волосами… бэ…), и взгляд этот красноречив — я б даже сказала, этим взглядом можно было четвертовать на месте! Пара секунд и желающих танцевать со мной убавляется ровно до одного — того самого, что всё ещё продолжает держать меня руками за талию. Однако, стоит потенциальной угрозе раствориться в массе остальных отдыхающих, как руки быстро исчезают с моего тела, оставляя после себя какое-то странное ощущение чего-то давно забытого… Но я вновь выпущена на волю!.. Усмехаюсь, отхожу от блондина, продолжая танцевать — на этот раз уже плавно и медленно, — и плыву в неизвестном направлении, не прекращая движения и вызывая улыбки на лицах окружающих своим свободным лавированием по танцполу на волнах атмосферного трека. Как же мне хорошо!!! Вскоре ведущий объявляет конкурс караоке, и я буквально взлетаю на сцену под одобрительный свист гостей заведения, поворачиваюсь лицом к толпе…

В первое мгновение, когда до меня дошло, что я сделала, меня охватывает лёгкая паника… я начинаю судорожно выискивать в зале хоть какое-то знакомое лицо…

— Запускаем колесо! — объявляет ведущий и на стене позади участников крутится проекция рулетки с названиями песен.

Мысль о том, что Бог меня бережёт, пришла в тот момент, когда мужчине рядом со мной выпала композиция Риты Дакоты «Полчеловека» — беднягу обсмеяли ещё до того, как он открыл рот, а уж когда открыл… Но самое забавное, что ко второму припеву он уже веселился во всю вместе со всей толпой, пропевая слова энергично, даже почти талантливо и главное — не без иронии. Его обласкали аплодисментами и улюлюканьем, а мне стало чуть спокойней на душе: второй раз такая композиция вряд ли выпадет, а я не хотела петь о том, что происходит у меня в жизни на данный момент. «Выставлять всю душу напоказ» — это не для ночного клуба и не для конкурса караоке. Вторая участница получила песню группы «Ленинград», которую не знала вообще, и в её случае пел скорее зал, чем она сама. Зато хохотали мы все. От души. В итоге, на словах «В Питере пить» она просто направляла микрофон в зал, а сама «прокачивала» толпу руками, как самая настоящая звезда. Но больше всего повезло какому-то зализанному худосочному пареньку в очках, пьяному в хлам, которому досталась песня «Я устал, хочу любви»… Тут я заподозрила, что «колесо фортуны» крутится по велению чьей-то властной, но вполне человеческой руки: поскольку в рулетке участвовали и композиции иностранных исполнителей. И стоило мне об этом подумать, как наступает моя очередь брать микрофон, а проекция за моей спиной останавливает стрелку на Katerina Ungvari «Fly me to the moon»…

В зале раздаётся дружно-удивлённое «О!», а я не менее удивленно смотрю на ведущего. Почему не Синатра, я спрашивать не стала — хотя вопрос был бы логичным… раскрытые в жесте «это не я, это программа» руки были мне ответом, потому я устремила взгляд в зал и неожиданно столкнулась глазами с Лёшей. С Лёшей, отсалютовавшим мне бокалом от барной стойки.

Значит, всё-таки не «судьба», а веление чьей-то воли…

К слову, за стойкой он был не один — через пару человек от него сидела Лина и «приветствие» это заметила, с интересом посмотрев на меня. Она не знала о моём маленьком пристрастии… Чуть поодаль, у перил, отделявших зону бара от зоны для танцев, стоял Макс, и когда наши взгляды пересеклись, золотоволосый Бог облокотился на металлическую конструкцию, направив всё своё внимание на сцену… и на меня.

Подношу микрофон к губам в каком-то лёгком отупении от страха и неуверенности, пропускаю недолгое вступление и начинаю петь…

Когда композиция подходит к концу, моё сердце уже не бухает в припадке паники, руки не дрожат уже с конца первого куплета, а мозг генерирует только одну мысль: я сделала это! Я спела! При всех! При всех!!! В зале начинают раздаваться аплодисменты, участники конкурса одобрительно похлопывают меня по плечу, ведущий откровенно удивлен, кто-то даже кричит «браво», а я, счастливая и всё ещё не верящая, что нигде не сбилась и пропела слова даже без текста и со всеми мелизмами, перевожу взгляд на зону бара и смотрю на Лёшу. В моём взгляде — благодарность, в его — удовлетворение с лёгкой ноткой горечи. Лина, что теперь сидела рядом с Бесовым (пропустила этот момент — и когда она успела?), задумчиво смотрит на мужчину…

Скольжу взглядом по незнакомым лицам и, наконец, натыкаюсь на Макса. На Макса, внимательно смотрящего на меня… Не могу понять — понравилось ему или нет?.. А затем на его губах появляется теплая и спокойная улыбка, и я расслабляюсь…

Я не помнила, кто там и что дальше пел — моя душа пребывала в какой-то нирване от всего, что со мной произошло. А когда начали выяснять у публики, кто победитель конкурса, с удивлением обнаружила, что паренёк «уставший от любви» поделил симпатии зала поровну… со мной. Вот здесь я осознала, что степень моего везения стала не просто запредельной: она разрушила ярлык «неудачницы» на моём лбу, вселив веру в себя и в то, что у меня всё получится! И неважно, что это был всего лишь конкурс караоке, а не собеседование на перспективной работе! Я всё смогу!!! Конечно, если этот парнишка не будет сидеть в кресле рядом со мной, претендуя на ту же должность — он-таки выиграл конкурс. Но хорошо хоть не свалился на пол, когда получал бутылку чего-то очень дорогого, крепкого и явно желаемого. Куда ему в его-то состоянии — я не знала, но раз человек радуется, почему бы не порадоваться за него вместе с ним?..

Спускалась со сцены в полной эйфории. Пока пробиралась через толпу, получала слова поддержки то с одной, то с другой стороны, а когда почти выбралась, чтобы дойти до «дамской комнаты», меня за руку поймал ведущий.

— Мила, верно? — спрашивает мужчина, внимательно разглядывая моё лицо и внешность.

— Да, — киваю ему.

— Не знаю, будет ли тебе интересно, но ты заинтересовала некоторых людей. И они хотят с тобой поговорить, — произносит он, отправляя меня в аут своими словами.

— Что за люди? — удивленно спрашиваю у него.

— Владельцы клуба. Если появится желание поразговаривать — свяжись со мной после нового года, — и он вручает мне свою визитку.

— Постой…те, — торможу его, когда он уже собирается уйти, — а в чём суть?.. В каком плане заинтересовала?

Предложить мне интим они, что ли, хотят?.. Ну, так я могу ответить сразу и без визиток.

— По пятницам клуб будет работать в режиме караоке, так что нам потребуются хорошие певцы, которые будут разбавлять «Золотые купола» и «Угнала тебя, угнала». У тебя приятная внешность и красивый необычный голос — так что можешь прийти на прослушивание. Но всё это будет только со следующей недели, так что звонить и узнавать подробности советую с числа второго… да ты и не сможешь дозвониться раньше — я уезжаю в Тайланд на праздники, — в итоге заканчивает мужчина с лёгкой улыбкой на губах, а затем поднимает руку, прощаясь, и уходит в противоположную сторону.

Это вообще со мной происходит?..

Иду в дамскую комнату, как-то рассеянно поправляю макияж, причёску, и вновь выбираюсь в коридор, сталкиваясь с победителем конкурса.

— Ты крута, подруга, — пьяно тыкает в меня пальцем парень, а затем скрывается в туалете, откуда ровно через секунду раздаётся громкий победный вопль: — Но я был лучшим!!!

Хмыкаю. Даже не спорю с этим.

Когда возвращаюсь в зал, чётко понимаю, что хочу домой. Хоть завтра и воскресенье, — которое, хвала Богу, не забрали под рабочий день, как субботу перед праздником, но я чётко чувствую потребность отдохнуть. Иду к выходу, протягиваю гардеробщице номер, жду, когда мне подадут мой полушубок… как вдруг ощущаю его на своих плечах.

Разворачиваюсь.

— Хотела уйти, не попрощавшись?..

Смотрю на этого индивида и задаюсь единственным вопросом: а я его знаю вообще?

Собственно, об этом и спрашиваю, на что получаю нахально-уверенный ответ:

— Нет, но это легко исправить…

— В следующей жизни, друг, — мягко улыбаясь, произносит Макс, положив руку тому на плечо, затем поворачивается ко мне и спокойно спрашивает, — ты уже готова?

— Как видишь, уже даже одета, — стараясь не смеяться в голос, отвечаю ему, разводя руки в стороны и указывая большими пальцами на полушубок на плечах.

— Сейчас я вызову нам водителя — и поедем домой, — с теплотой глядя на меня, произносит золотоволосый Бог с четырнадцатого этажа, а у нас с моим неудавшимся ухажером дружно отвисают челюсти…

— Вы живёте вместе? — задаёт странный вопрос незнакомец, удивлённо глядя на Макса.

— Ты же сейчас имел ввиду трезвого водителя? — почти одновременно с ним задаю вопрос и я, глядя на блондина не менее удивлённо.

Не личного же шофёра он, в конце концов, вызывать собрался? Да и откуда он у него?

Макс смотрит на меня. Секунда тишины и ровный, без эмоций, ответ:

— Да.

Э…

— А зачем тебе… — начинает, было, мой неудавшийся ухажер, ещё более удивленно глядя на блондина, как Макс поворачивает к нему голову, (к слову, внешность мужчины я даже не удосуживаюсь запомнить) и произносит ещё спокойнее:

— Отойдём на пару слов, — затем поворачивается ко мне и с лёгкой улыбкой говорит, — подожди меня, хорошо? И не выходи на улицу не застегнувшись, — он кивает на всё ещё висящий на моих плечах полушубок и уводит незнакомца «на разговор».

Хм… Это что сейчас было?

— Мила, уже уходишь? — Лина быстро заходит в гардероб и останавливается прямо передо мной.

— Да, — говорю осторожно. Наш прошлый разговор закончился на неприятной ноте.

— Прости меня, — фея смотрит мне в глаза, и мне не приходится сомневаться — она серьёзна, как никогда, — я не должна была тебе всё это говорить, просто напряг на работе и алкоголь в крови дают о себе знать…

— Ты всё правильно сказала, — неожиданно для самой себя отвечаю ей, — и про Глеба ты меня сразу предупреждала. Я сама виновата в ситуации, которую создала вокруг себя. Но мучиться осталось недолго. Ещё четыре дня, и я уйду из компании — и всем снова станет хорошо.

— Нет… я не об этом… черт, Макс, — странно завершает свой сбивчивый ответ фея.

Хмурюсь, а потом оборачиваюсь — блондин стоит за моей спиной, уже готовый к выходу.

— Лина, — он смотрит на неё, и фее приходится отложить беседу по душам — разговаривать при блондине она явно не планировала…

— До понедельника, Мила, — она растягивает на губах улыбку, а затем кивает Максу.

Всё это кажется мне очень странным.

— Поехали? — предлагает блондин и выводит меня из клуба.

Иду за мужчиной к его машине; в это время на телефон приходит смс от феи. Достаю, читаю.

«Он хороший»