Глава 19

КИРА

– Господи, ему реально хватило ума после всего, что вытворил, к тебе припереться? – прислонившись плечом к плечу, шепчет на ухо Маргарита.

– Ага, хватило, – поддакиваю, испытывая неимоверное желание повести плечами и размять шею.

Взгляд, которым прожигает меня Лазарев, сидящий вместе с мэром города, его замами и почетными гостями города на центральной трибуне как раз позади нас, вызывает неприятные мурашки на коже. Будто на ней склизкие черви копошатся.

Бр-р-р…

От безумного напряжения тело немеет, но я стоически сижу неподвижно.

К черту его! Не дождется он от меня никакой реакции.

После расставания прошло чуть больше десяти дней, а ощущение, словно годы миновали. Десятки. Таким всё видится далеким и мерзким, а отношения еще более грязными и абьюзивными.

Какой же я была слепой влюбленной дурилкой. Верила каждому его слову, ложилась в одну постель, ждала, подстраивалась, плевала на собственную усталость и ежедневно готовила ему что-то свеженькое и вкусненькое, рубашки, твою ж мать, гладила.

Стыд за себя берет.

Кирка-Кирка, как же так?!

Сегодня, когда Пашка попросил спуститься в сервисный бокс, ждала кого угодно. Даже «серьезных» гостей от Сан Саныча представляла, но никак не появление бывшего.

Увидела и в шок впала, что приперся.

Гад, видите ли, меня вернуть надумал, и это после того, что сотворил. Не постеснялся мерзавец и в мою тьмутаракань приехать. А как запел, стоило его от любопытных сотрудников в комнату отдыха отвести, аж уши подвяли. И на руках-то он готов носить, и беременную жену бросить, и клиентов лучше старых подогнать, и даже бизнесу отца дать почти беспроцентный кредит.

На что?

А какая разница? Семейный бизнес раскрутим. Он все просчитал.

А на вопрос: «С какой стати?» железобетонное заявление: «Люблю тебя, дуру! Не видишь что ли?!».

Да упаси боже от такой любви!

Тьфу-тьфу-тьфу и три раза по дереву.

– Кир, он с тебя глаз не сводит…

Снова шепчет Пыжова, после того как на секунду отстраняется.

Как по мне, на трибунах такой шум и ор стоит, что зря она шифруется. Захоти кто-нибудь нас подслушать, даже если Ритка нормальным голосом заговорит, и то не разберет ни слова.

Полуистеричный визг слева и девчачьи вопли, скандирующие: «Неудержимый! Неудержимый!», справа это громогласно подтверждают.

Поморщившись и понадеявшись, что после сегодняшнего шоу по стантрайдингу я не останусь глухой, признаюсь:

– Бесит он меня, Рит. Ты себе не представляешь как.

Пыжова накрывает мои сцепленные в замок ладони своей теплой рукой, пожимает.

– А, может, и представляю, – удивляет негромким ответом, а следом и советом, озвученным с долей сарказма. – Знаешь, Кир, как по мне, так лучше всего непонятливых мужиков отталкивает не агрессия и ненависть, а игнор и безразличие. Не шипи на него, если еще припрется. А я думаю, что припрется, раз в свой Питер сразу не свалил. Не ругайся, и, наоборот, не размякай и не стелись мокрой тряпочкой. Веди себя ровно. Представляй на его месте сварливого зануду, который из-за злости не справился с метеоризмом и в итоге обос…делался. Поверь, проще будет.

Помимо воли ярко представляю нарисованный образ и вскидываю на Ритку шокированный взгляд. Ловлю ее кивок, усмешку и, не сдержавшись, прыскаю. Хохочу в голос, лишь изредка прикрывая рот ладонью.

Подруга присоединяется и не отстает, а когда эмоции немного стихают, добавляет, опять же на ушко:

– Меня, когда наш заведующий своими придирками до белого каления доводит, я только так и спасаюсь. Мамой клянусь. А его от этого реально пучит. Не понимает страдалец, чего я так жалостливо на него смотрю.

Снова переглядываемся и снова смеемся. Так, что на глазах слезы выступают. Зато напряжение незаметно отступает.

Дышать становится легче. И, главное, пофиг, кто там сзади отирается, о чем думает и мечтает. В топку это недоразумение!

А совсем скоро лишних мыслей на счет Лазарева совсем не остается.

Отвлекает ведущий. Перестав распыляться на шибко высоких гостей мероприятия и их заслуги, он приступает к представлению пятерых мастеров стантрайдинга, выехавших на площадку и разместившихся по одной линии перед зрителями.

И всё бы ничего. Все участники в шлемах и защите. Практически идентичны. Кто есть кто – фиг поймешь. Отличить их можно разве что по цветным нашивкам и мелочам на куртках.

Но!

Я узнаю драндулет.

Точнее, тот стрёмный мотоцикл, за падение которого меня хлестко отчитывал Максим. Сама не понимаю как, но точно чувствую, что это он.

С этого момента глаз со стантера-хозяина не свожу. И, словно зачарованная, вместе с ликующей, охающей и замирающей толпой внимательно слежу за его выступлением. Как четко и филигранно он нарезает круги, как переходит в элемент «вилли», а затем немного спустя в «роллинг стоппи». Чуть позже наблюдаю «дрифт», за ним «бёрнаут».

Вместе со «стоппи» мое дыхание врется, а ногти больно впиваются в кожу ладоней. А сумасшедший стантер всё не унимается, наращивая скорость и показывая новые и новые трюки, миксуя и комбинируя их.

Толпа сходит с ума, уже не просто крича, а визжа и ликуя на запредельно ноте:

– Неудержи-и-имый!!! Неудержи-и-имый!!!!!

А он реально неудержимый, потому что завершает своё выступление таким серьезным и жутко опасным трюком, что, не сдержавшись, я зажмуриваю глаза и забываю дышать.

Нет меня. В домике я.

Отмираю, когда Ритка легонько толкает локтем в бок и громко произносит:

– Выдыхай, Кир! Всё закончилось.

Закончилось?

Закончилось же?

Ох, действительно всё.

Неудержимый принимает овации, а я тихо радуюсь, что всё позади. И сумасшедший трюкач не разбился, а жив и здоров.

Боже, я даже не злюсь, что спина взмокла так, будто под палящим солнцем весь день просидела, а не в вечерней прохладе. И уже не вспоминаю, как этот хам меня оскорблял, ведь позже он исправился.

– Ужас какой, – комментирую Пыжовой свои впечатления и искренне признаюсь, когда она протягивает бутылку воды, – мне б лучше валерьянки стаканчик, Ритусь. И зеркало, посмотреть, как сильно я поседела.

Подруга ржет и отмахивается.

– Не поседела, Кир! Как была красоткой, так и осталась, не паникуй, – а затем, открыв программку, добавляет. – Так. Сейчас еще пара выступлений этих лихачей, а после мотокросс. Где Славка гоняет.

Мотаю головой и, оттянув рукав кофты, провожу им по лбу и вискам, стирая пот.

– Боюсь, я не доживу до финала, – стону в голос.

Нисколько не преувеличиваю.

Такие нервные нагрузки явно не для меня.

– Доживешь. Но если что, в клубе откачаем, – подмигивает Пыжова. Затем хитро добавляет. – Ты же помнишь, что обещала весь вечер быть со мной рядом? Так вот, после всего идем в «Лагуну» отмечать победу братца.

– Так в нем уверена? – интересуюсь искренне.

Я ж в городе недавно, всех раскладов и участников в отличие от нее не знаю. И раз Рита говорит, что Славка победит, почему нет?

Однако, та на полном серьезе поясняет:

– Неудержимый в гонке сегодня не участвует, снялся, так что да.