Глава 38 · Он вернется

Он сказал, что вернется.

Это было последнее, что я слышала от мужа.

Слова бились в голове, когда открыла глаза. Не понимая, где нахожусь, оглядела роскошно обставленную комнату, наполовину скрытую от моих глаз присборенным балдахином большой двуспальной кровати. Пламя свечей рассеивало вокруг мягко-золотой свет, выхватывая из сумрака массивный комод, игривый туалетный столик и широкий диван.

Все это само, без спросу, проникло в сознание. Поморщилась, пытаясь привстать. Тело ломило так, будто вздумала разлечься на пути табуна, что несся по своим делам, и тот с удовольствием пробежался по мне взад-вперед.

— Лежите, миледи, вам рано вставать, — Марта вскочила с кресла, стоявшего рядом с постелью, захлопотала надо мной. — Попейте, — поднесла к губам стакан, и только в тот момент я поняла, что во рту все пересохло.

— Как дети? — выдохнула после того, как прохладная жидкость смочила горло.

— Все живы и неплохо себя чувствуют, не переживайте, — она отвела глаза, понимая, что я спрошу следом.

— А Себастьян? — подалась к ней. — Марта, его нашли?

— Нет, миледи, — скорбно покачала головой. — Многих к берегу прибило. Кто-то уцелел с божьей помощью. Их в деревню отнесли, она около замка располагается, в котором мы сейчас с вами живем.

— Ты ходила туда? — пальцы сжали одеяло в горсть. — Искала его?

— Я с вами была, — она вздохнула. — Габи ходил. Правда, он тоже после шторма в лежку слег, но удержать не смогла. Не нашел он брата, простите.

— Себастьян обещал вернуться, — пробормотала, начав вставать.

— Да куда же вы? — всполошилась служанка. — Душа ведь в вас едва держится! Сутки пролежали без сознания, в бреду, нельзя пока вставать!

— Или помоги, или не мешай, — прошипела, глянув на нее. — Я должна найти мужа, понимаешь?

— Сначала вы должны поесть! — Марта нахмурилась. — А уж потом за подвиги приниматься!

— Ладно, поем, — пробурчала, пережидая головокружение.

— Розали, несите бульон, — распахнув дверь, велела женщина. — Спасибо господину, что нас спас, — взяв поднос, что принесла Розали, которую я так и не увидела, поставила на кровать. — Хоть и демон, а приличный джентльмен оказался. Кушайте, — сунула в мою руку ложку.

— Демон? — переспросила, морщась от одного запаха еды и с неприязнью глядя на золотистый куриный бульон с плавающей в нем половиной вареного яйца.

— Да, мы в его замке. Это милорд увидел, как корабль наш… — помолчала, пережидая наплыв слез. — Людей послал на берег, спасать выживших. И сам им помогал. Вас лично на руках в замок принес. Покои лучшие предоставил, лекаря привез, о детях позаботился. И велел в деревне всех выживших обустроить и лечить, — улыбнулась. — Этот милорд Малденр — просто благословение небес для нас!

— К-как⁈ — я поперхнулась бульоном, что усиленно в себя запихивала, памятуя о том, что мне нужны силы.

— Да, фамилия такая, что и не выговоришь, — закивала Марта. — Но человек он хороший. Вроде как, — нахмурилась. — Что не едите?

Новости аппетит, которого и без того не сыскать было, отбили напрочь. Вспомнилось, что бумаги отца из сейфа, купчая на предъявителя, тоже были на Малденр. Но сейчас это мало меня волновало. Неизвестно, что с Себастьяном, это главное.

— Наелась, — отодвинула поднос и промокнула рот полотняной салфеткой. — Подай платье, пожалуйста.

— Видите ли, тут такое дело… — замялась женщина.

— Порвано в клочья? — догадалась я.

— Да, но милорд прислал другие вам на замену.

— Как предусмотрительно с его стороны. Тогда неси любое.

— Они все… — она снова замолчала.

— Марта, у меня нет сил из тебя по одному слову вытягивать. Говори, как есть.

— Они все черные, миледи, — решилась та и, распахнув шкаф, отступила в сторону, чтобы мне стала видна дюжина нарядов — все цвета воронова крыла.

Он вернется. Вернется. Он обещал. Мой Себастьян вернется! И поэтому мне не нужны траурные одеяния, я не вдова!

— Упрямый демон, — стиснула зубы, вспомнив, как на берегу он убеждал меня смириться, сверкая глазами даже ярче молний, рвущих небо. — А что с нашими платьями, мы ведь что-то успели прихватить с «Королевы Анны»?

— Я деньги и бумаги за пазуху сунула, — шепнула служанка, — все уцелело, не переживайте. А из одежды только вот, — отвернулась и достала из сундука потрепанный домашний наряд.

— Подойдет, — кивнула ей. — Коричневое это все-таки не черное.

Весьма умное заявление. Сама скривилась. Мозг пока что работать отказывался. Все мысли были только о Себастьяне.

— Помоги надеть, будь добра, — я встала.

Марта причитала и ругалась, но все же облачила меня в домашнее платье. На плечи накинула шаль, завязала ее на спине крест-накрест, кивнула довольно:

— Так хоть не замерзнете. Тут ветра дикие, только выходишь, с ног сбивают!

— Где эта деревня? — я пропустила пассаж о погоде мимо ушей, местный климат интересовал меньше всего.

— Еще чего, с вами пойду, вот и покажу, — она засобиралась, торопливо вытаскивая из сундука верхнюю юбку и платок.

— А сумка моя лекарская уцелела? — вспомнила вдруг.

— Почти, — женщина кивнула на стул. — Вы ж ее первую схватили, когда мы с тонущего корабля побежали.

Лучше бы я мужа за руку держала и никуда не отпускала! Смахнув слезы со щек, раскрыла холщовую торбу, осмотрела содержимое. Пальцы дрожали, пока перебирала мази, пакетики с травками и кореньями, порошки в длинных узких упаковках из бумаги со штемпелем аптечного дома де Фонс.

Надо же, даже пузырьки с настойками живы! Чудо, что так много в шторм не потерялось и не побилось. Лишь травы подмокли, но невелика беда, выложить их на просушку на пару дней и вся недолга. Или можно выяснить, какие здесь аналоги растут и собрать новый урожай.

А с остальным мы непременно справимся. Вот только Себастьяна бы найти!

Повесив сумку на плечо, открыла дверь и остолбенела — на меня в упор смотрел демон!