Эпилог

Погожий денек довольно щурился под теплым ласковым солнышком. Звонко щебетали беспечные пташки. Упругие пружинки локонов подпрыгивали на пышной высокой груди, сияя яркой медью. Каблучки дробной россыпью стучали по булыжной мостовой. Я проводил Мари взглядом и преградил ей путь. Она налетела на меня — как и в день нашего знакомства, и рассмеялась.

— И куда спешит такая красивая девушка? — спросил, прижав ее к себе.

— К мужу спешит, — честно отрапортовала она. — Пустите, он у меня такой ревнивый, ужас!

— А может, ну его, раз такой?

— Нет уж, не смогу, — покачала головой.

— Почему?

— Люблю его, сил нет!

— Правильно! — я поцеловал ее, ощущая, как все внутри привычно стонет от желания.

— Пойдем, я по сыну соскучилась, — отстранившись, смущенно стрельнула глазками по сторонам.

— Идем, — мы зашагали к дому. — Малыш Альфи весь день требует маму.

— Бедненький мой! — запереживавшая супруга ускорила шаг, почти бегом влетела в дом и тут же взяла у Марты с рук нашего первенца.

Щекастый глазастый карапуз тут же повеселел и расцеловал «мамоську» в обе щечки. Названный в честь моего тестя Альфредом, он родился уже здесь, в родовом гнезде де Фонсов.

Да, мы сильно рисковали, вернувшись в страну, учитывая мое прошлое. Но все утряслось. Император помиловал меня — лично. С этим помог Соломон, друг Мари. Семья моей первой жены согласилась не предъявлять никаких претензий, если я не стану претендовать на наследство за ней. Оказалась, что жена умерла почти сразу после того, как я сбежал от ее родни, настроенной весьма кардинально. Меня планировали убить, чтобы она стала вдовой. Но судьба порой шутит очень больно — вдовцом стал я. Да еще и наследником.

Все это уже осталось в прошлом. Мы с Мари растили Альфи, подняли на ноги аптечную сеть де Фонс — наследие ее отца, которое едва не уничтожила покойная Жозефина. Ничто не омрачало нашего счастья. Разве что то, что Габриэль остался с Десмондом. Мы подлечили последнего, но Габи не пожелал оставлять брата. Мне пришлось смириться. Он повзрослел и теперь сам принимал решения. Так и должно быть.

Милли тоже росла, как на дрожжах. Все ее время занимал, конечно же, Альфи. Оторвать этих двух друг от друга было практически нереально. А если учесть, что верховодил в этой банде, дополненной Элиотом и Вивиан, Клепа, то ясно, что скучать нам точно было некогда!

Не так давно нас вызывали во дворец. Расспрашивали о колониях, демонах, Шанталь и Десмонде. Не могу сказать, что мы солгали монарху. Мы с Мари рассказали ему очень многое. В том числе и то, что колонии спасли нас, приняли, как своих, помогли, несмотря на то, что приплыли из страны захватчиков.

Не сказали мы его Величеству только о лесе Малденр и могиле, земля с которой имела такую разрушительную силу. Не надо власть имущим такое знать. Кажется, теперь это будет долгом семей Ландонье-Малденр — свято хранить эту тайну и не подпускать никого из чужих к безобидному на вид холмику.

Что ж, пусть так. У нас как раз подрастает новое поколение Хранителей. Один топает вовсю по дому, ждет с работы мамочку, которая руководит сетью аптек де Фонс. А другая, совсем еще кроха, растет во чреве моей супруги, намекая на то, что скоро мне придется выйти «из декрета», перестать работать на дому и подменить Мари в аптеках. Потом, когда малыши подрастут, мы будем работать оба. Пока справляемся так и счастливы.

У меня есть все, что нужно для счастья. И я намерен это ценить и сберечь любой ценой. Жизнь не бывает безоблачно счастливой, она переменчива, как сама погода. Одно знаю точно — от любви лекарства нет. Никто никогда его не придумает. Зато сама она, любовь, лучшее лекарство от всего на свете. И единственное, без чего не бывает настоящего счастья.

Поэтому надо ценить эту величайшую драгоценность, если нашел ее. И быть благодарным высшим силам за все, что у тебя есть. Не бояться быть счастливым. Жить самому и не мешать жить другим — пока твое время на Земле не закончится! Это и есть главный секрет бытия.