Глава 4
– Так, – я медленно повернула голову, следя за своим отражением в зеркале, и повторила: – Так.
В окно стукнулся камень, а следом на улице замаячила белобрысая голова. Прилипла к стеклу, расплющив нос, и принялась меня беззастенчиво разглядывать.
– Чего смотришь? Забыл, где дверь, зайти не можешь? – недовольно спросила я у Мирко и снова повернулась к зеркалу, тяжело вздыхая.
Мало того, что у меня за ночь, проведенную на жестком матрасе чужой кровати, затекло все тело, так еще и ведьмин гребень я действительно забыла, поэтому теперь на затылке красовался свеженький колтун. Первый из множества, которые будут возникать до тех пор, пока я не придумаю схему заклятия, распрямляющего волосы. Что, собственно, имело уровень сложности со звездочкой.
Кое-как замаскировав безобразие, отчего у привычной прически появилась непривычная пышность, я поправила свежую чистую блузку и отправилась на кухню, где уже сидел мой, видимо, новый и единственный друг, развалившись на стуле и помахивая босой грязной ногой.
Мальчишка шкодливо улыбнулся, а я подозрительно прищурилась, почуяв подвох. – Господин Веллар просил проводить тебя к нему.
– Спасибо, но я запомнила дорогу, – поставила перед ним тарелку с порезанным хлебом и вчерашнюю сметану. Если он шпионил за мной и докладывал все господину магу, можно попробовать его переманить. Вот, хотя бы и едой для начала.
– Правда, что ли? – удивился он.
Я кивнула и села напротив.
Мирко присвистнул, но больше ничего спрашивать не стал – принялся за еду. А поскольку я уже позавтракала, то достала свой блокнот и проверила список дел на сегодня. Сначала маг и обсуждение общих вопросов о том, как мы с ним дальше жить будем, потом градоначальник – вчера мы не очень хорошо разговор закончили. Наверное, неправильно было ему сразу сообщать, что он к своим обязанностям спустя рукава относился, но сказанного не воротишь. Да и на отсутствие хороших манер я ему зря указала. Если б господин Веллар вовремя не подсуетился и меня из дома господина Родогоста не увел, боюсь, сегодня никаких извинений бы не хватило, чтобы помириться.
Под конец дня у меня по плану была рыночная площадь и общение с горожанами. На рынок, по-хорошему, стоило идти утром, но мне хотелось оттянуть неприятный момент. Была б моя воля – я бы все рыночные дела на Мирко скинула, пусть и за дополнительную плату. Возможно, потом я так и сделаю, но сейчас требовалось, чтобы город узнал о прибытии нового мага. Пусть поживут с этой мыслью, обвыкнутся. Кроме того, маговский регламент обязывал меня действовать строго по инструкции: в первый же день представиться горожанам и уверить их, что моя работа будет плодотворной и пойдет на благо Кривому копытцу.
Так мы и вышли из дома: Мирко, весело подпрыгивающий, сытый и довольный, и я, немного взволнованная и задумчивая. И только шагнув за калитку, я очнулась. Потому что не очнуться было нельзя. Вчера из-за волнения и усталости я как-то не разглядела соседей, расположившихся прямо через дорогу.
– Мирко, ничего рассказать не хочешь? – уперла я руки в бока.
– Ты про погост? – ничуть не удивился он и почесал затылок: – Так он старый, сюда давно никто не ходит. Или про бабку Матрену? Наведалась уже? Гони эту балаболку взашей. И, главное, не бери у нее ничего, а то прицепится, не отстанет потом.
– Чего? – удивилась я. – Соседка прицепится?
Но Мирко только отмахнулся и вприпрыжку поскакал вперед, перед этим угостив меня желтой сливой, которая по всем законам природы должна была висеть на ветке еще недели две. Но, судя по оттопыренным карманам штанов, мальчишка ждать природу был не намерен. Я откусила, ожидаемо скривилась и метко отправила сливу в ближайший куст дозревать.
Обратно к господину Веллару Мирко повел меня совершенно другой дорогой, и оказались мы у магова дома уже минут через десять неспешной ходьбы. Мальчишка, почуявший мою злость за вчерашний розыгрыш, быстро ретировался, оставив меня одну у калитки. Что-что, а чувство самосохранения у него было развито не по годам.
– Госпожа Элина?
Мой новый начальник стремительно выскочил наружу и даже не обернулся, чтобы захлопнуть дверь, так и оставив ее настежь открытой.
– Чудесно, что вы так рано пришли! Мне как раз очень надо уходить, будьте как дома, осваивайтесь.
И он, чуть отодвинув меня в сторону, поспешил по улице. Что удивительно, почти не хромал. Видно, не поленился сплести вчера лечебное заклинание. Они невероятно сложные, с множеством линий…
Пока в голове выстраивалась схема, я не сводила глаз с удаляющейся фигуры. Что-то в нём неуловимо изменилось, а со спины его преклонные года вообще куда-то подевались.
Я машинально достала блокнот, поддела карандаш и, почти не глядя, быстро набросала его фигуру. Волосы растрёпанные, и седины, похоже, стало меньше. Нужно понаблюдать. Вчера я была не в себе, могла что-то упустить. Плечи прямые, а спина согнута. Жесты ленивые, походка тяжёлая, но вдруг раз – и как танцор отошел в сторону, давая дорогу торговке с огромной корзиной, полной пирожков, а уж как он умудрился сцапать один – тут только моя внимательность и помогла углядеть. Слишком много несостыковок.
Веллар обернулся, махнул мне рукой и резко свернул в сторону, пропадая из виду. А я взглянула на рисунок и задумчиво постучала себя карандашом по подбородку.
– Ладно, господин маг… поиграем в загадки.
Пока я, по обыкновению уйдя в свои мысли, торчала у забора, городок потихоньку стал просыпаться. То и дело мимо проходили горожане и без стеснения меня разглядывали. Кто-то останавливался, недоуменно качая головой, кто-то перешептывался с соседями. Представление под названием «В нашем городе новая магичка» началось. Выпрямила спину, незаметно вытерла вмиг вспотевшие ладони об юбку и гордо прошествовала к дому, очень стараясь не бежать. Эх, а ведь если бы я получила то самое заветное место помощника Верховного мага в Светограде, мне бы вообще не пришлось общаться с людьми! Сидела бы и составляла для начальника схемы заклинаний! Ну чем не мечта?
– Эй! – остановил меня окрик в спину. – Девка, слышь?
Совсем чуть-чуть времени не хватило, чтобы спрятаться в доме! Я медленно выдохнула, отпуская ручку двери, натянула на лицо доброжелательную улыбку и повернулась.
– Где этот?.. – дедок, заходящий в калитку, по виду напоминал моих новых соседей с погоста. Разве только выкопаться успел и одежку поцелее нацепил.
– Кто этот? Господин маг? – устав улыбаться, я перестала притворяться, что рада посетителям.
– Госпо-о-один? – протянул дедок, и его белые брови взлетели чуть не на темечко. – Ну, пусть будет господин. Куда умотал? Видел же его поутру, когда Ночку выводил.
– У господина мага срочные дела, но я могу его заменить, – вздохнув, я сделала приглашающий жест рукой. – Зайдете? Или на пороге разговаривать будем?
Дед смерил меня внимательным взглядом, поджал губы, будто решая, достойна ли я его выслушать, а потом, крякнув что-то под нос, живенько поднялся по ступеням и прошел в дом, оставив меня позади.
А я погрозила кулаком высунувшемуся из-за забора Мирко, который тут же юркнул обратно, и захлопнула за собой дверь. Следит ведь! Как есть следит!
– Какая у вас беда? – устроилась я на диване напротив предприимчивого деда, который уже занял позицию у окна, усевшись так, чтобы и со мной потолковать, и за улицей приглядывать.
– Молоко.
Я еле удержалась, чтобы не цокнуть языком. Видно же, что издевается! Вон, с каким видом важным сидит, а в седых усах улыбку прячет. Но и я, дедуля, не лыком шита. У магов, между прочим, врожденная способность доводить людей. Строго по регламенту – не прикопаешься. Так что еще посмотрим, кто кого.
– Пришло? Позеленело? Скисло? – я достала блокнот и сделала вид, что готова с энтузиазмом записывать. – Свернулось?
Округлила глаза и громким шепотом добавила:
– Убежало?
– Ты, девка, не юли, – дедок улыбаться перестал, видно, учуяв насмешку.
– Госпожа Элина, – поправила его. – Ваш новый маг.
Он снова удостоил меня долгим взглядом, а потом, кашлянув, сказал:
– Госпожа Элина. Хорошо. У коров в стаде опять молоко пропало. Разом. Утром пришли бабы на утреннюю дойку – а все. Пусто.
В этот раз я действительно принялась записывать в блокнот.
– Опять?
– Такое теперь часто случается, – вздохнул дед, – но шибеник твой…
Он крякнул и поправился:
– Господин маг вашенский сказал, чтоб я просто к нему сразу шел. Я ходил, он помогал. Только вот его колдунство все хуже и хуже работает! А коровы бедные переживают. Одна вон вообще голосит с самого утра. Сердце кровью обливается! Страдает животина, понимает, что пустобрюхая. Ведьмы еще, как назло, нет в округе…
– А что господин Веллар делал?
– Кто? – очень искренне удивился старик, я даже писать перестала, подняла глаза, прищурилась.
– Господин маг. Веллар, – медленно, чуть не по слогам произнесла я.
– А-а, – дед поерзал на стуле, – маг. Маг приходил, давал им что-то, и к вечеру молоко снова появлялось. Правда, с каждым разом все меньше. Я этому шибенику… магу то есть, говорил, что надо как-то животину спасать, но ему ж некогда. Он вечно сейчас в…
И старик замолчал, выпучив глаза.
– Он не упоминал, отчего молоко пропадает? Сглаз? Порча? – мягко уточнила я, уводя разговор снова на коров. С магом буду разбираться позже.
– Да ничего он не говорил! – в сердцах ответил дед. – Предложил перебраться с Луговой стороны за Ремесленные ряды, но как он думает стадо переселять? Бессмыслица! Все одно через весь город потом гнать на пастбище! Не кругом же их вести!
Я покивала, хотя, признаться, увидеть коровий караван, каждый день бодро марширующий через центр наперегонки с курами мне теперь хотелось чуть больше, чем следовало.
– Ладно, – я поднялась, – пойдемте, посмотрим ваших коров.
– А они не мои, – поднялся следом дедок, – общинные они.
– Да хоть дикие, – буркнула я, понимая, что день уже пошел не по плану. А когда мои планы рушатся, можно ничего хорошего не ждать. Проверено.
– Где ж ты, девка, диких коров видела? – удивился дед, а потом крякнул и поправился: – Госпожа Элина.
Не стала ничего отвечать, просто дождалась, пока он следом за мной на крыльцо выйдет, и закрыла тяжелую дверь. А потом подумала, подцепила одно из закрывающих заклятий, потянула на себя, распутывая, и удовлетворенно кивнула, когда за ним посыпались все остальные. И с чистой совестью наложила на дверь свое. Теперь точно внутрь без хозяина никто не сунется. А уж господин маг, если он именно тот, за кого себя выдает, должен защиту увидеть и легко снять.