Эпилог

Я возвращалась с рынка с полной корзинкой продуктов и мрачно косилась по сторонам. И куда только делся этот постреленок, когда он нужен? Мы же договорились встретиться на улице Беглых коров. Собрание в доме градоначальника вот-вот должно было начаться, а Мирко как сквозь землю провалился!

Я уже прикидывала, насколько опоздаю, если сейчас заскочу домой и оставлю покупки, когда за спиной раздалось:

– Госпожа Элина! А я вас ищу! Собрание же! Вы что, забыли? Маги уже пришли, только вас не хватает.

Я обернулась. Через всю улицу ко мне бежал молоденький стражник с такой решимостью на лице, будто был готов тащить меня силком в случае отказа.

– Я буквально на минутку, – начала было я, – продукты занести…

– Лучше не надо, – строго сказал он и тут же смутился. – То есть… я хотел сказать… господин градоначальник уже три раза спрашивал, не потерялись ли вы по дороге.

И он ткнул пальцем обратно, в сторону площади, будто без этого жеста я могла свернуть куда-нибудь в переулок и сгинуть навсегда. Перевесив корзинку на локоть, я оправила юбку – хорошо хоть сразу догадалась надеть подходящее платье. Строгое и аккуратное. Такое, в каком не стыдно появиться перед столичными магами.

– Ну ладно, ведите, – со вздохом ответила я и отправилась на собрание.

В доме градоначальника было шумно, еще на подходе слышался гул голосов. Интересно, сколько там магов набилось? Я, признаться, не ожидала, что они снова большой компанией нагрянут.

Едва я успела переступить порог, как меня стиснули в объятиях.

– Элька, привет, чего вчера не пришла? У нас на ужин жареная индейка была! – довольно улыбался Лихо, гостивший в доме господина градоначальника уже вторую неделю. Он даже почти перестал походить на покойника – диета госпожи Устиньи неплохо работала: пирожки на завтрак, обед и ужин. Я бы после такого отдыха ни в одно платье не влезла, а у этого только щеки чуть округлились.

– Закрутилась: многие из нежити решили сохранить человеческую форму, – сообщила я и отдала ему корзинку. – Мирко не видел? Он должен был меня встретить.

– Не-а, – Лихо заговорщически улыбнулся и повел меня по коридору, оставив корзинку у входа. – Зато кое-кого другого видел.

– Говорю тебе, сушеную крапиву надо руками ломать, а не перетирать в ступке, так вкус мягче получается, – с энтузиазмом вещала госпожа Устинья, сидящая за своим столом в приемной господина градоначальника.

– Надо попробовать, но что-то я не уверена, – с сомнением протянула жаба, вольготно разместившаяся на столе.

– Васька! – не сдержавшись, воскликнула я. – Васюта! А где Забава?

Я принялась озираться – вдруг пропустила рыжую, вечно растрепанную голову.

– И тебе добрый день, – помолчав и смерив меня недовольным взглядом, степенно ответила жаба. – Я тоже рада тебя видеть, ага. И соскучилась. А дела у меня хорошо, спасибо, что спросила. Вот узнаю новые рецепты. Интересные тут у вас, в Копытце, способы засушки крапивы, но чего только в мире не случается.

Я засмеялась, подхватила жабку на руки и поцеловала в лоб:

– Васька, ну прости! Я жуть как соскучилась! Как у тебя дела? Отлично выглядишь! И все же, где Забава?

Лихо хмыкнул, Васю из моих рук забрал и обратно посадил, а меня подтолкнул в сторону столовой:

– Забава к тебе побежала, но, видимо, вы разминулись, так что дуй на собрание. Иначе господин ректор рассердится.

– Не рассердится, – сообщила госпожа Устинья. – После моего расстегая еще ни один маг не сердился.

– Вот за это спасибо, – я прижала руки к груди. – Васька, еще увидимся!

И, глубоко вздохнув, вошла в столовую следом за Лихом.

– Ну вот, наконец все в сборе, – сообщил господин Зигмунд, отставляя в сторону кружку чая. – Начнем.

Я слегка поклонилась, здороваясь сразу со всеми. Веллар и господин Родогост кивнули, Райден, стоящий у окна, чуть махнул рукой, госпожа Гордана улыбнулась, а ее леший Чащоба, бывший тут же, только вздохнул, погрозив мне пальцем, будто я все еще та маленькая девчонка, которую нужно отчитывать за шалости. Хотя для него мы все были маленькими детьми. Двое незнакомых магов смерили надменными взглядами, а вот Айвен, сидящий с краю, не стал разводить церемонии, обрадованно подскочил с места, быстро обнял и усадил рядом с собой.

– Забаву видела? – шепнул мне на ухо. – Она тебя пошла искать.

– Мы разминулись, – тихо ответила я.

– Но как же? Ее пошел мальчишка провожать. Юркий такой, из нежити бывшей.

Я, не сдержавшись, простонала. Так вот куда запропал Мирко! Нашел родную душу в этом скучном городке. Где теперь их искать, я совершенно не представляла: они могли податься куда угодно.

– Итак, давайте не тянуть быка за хвост, – положил ладони на стол настоящий Родогост. Я все никак не могла привыкнуть к внешности градоначальника – в отличие от высокого и статного банника, Родогост был низок и пузат. Вот на нем лечебная диета госпожи Устиньи сразу сказалась – одни только натянутые до предела пуговицы на сюртуке говорили о ее неоспоримой эффективности.

Господин ректор кивнул:

– Да, пора начинать. Элина, познакомься, – он указал на неизвестных мне магов, – это члены Совета Ковена, господин Верховный маг Морвей и господин Орин. Что у нас на повестке дня?

– Сначала бабуля, – заявил усевшийся рядом со мной Лихо. – Вы ее не обижаете?

– Ваша так называемая бабуля, – посмурнел Зигмунд, – навела тут шороху. А потому до официального разбирательства она поживет в Ковене на случай… гхм… осложнений.

Гордана хмыкнула, а Лихо угрожающе добавил:

– Надеюсь, вы не забыли, кто именно уложил ее в гроб на столетия? Любой нормальный человек после такого…

– Она не человек, – перебил его один из магов, Орин.

– Это ты не человек… – начал подниматься Лихо, но Айвен положил ему руку на плечо, опуская обратно на стул.

– Спокойно. С твоей родственницей мы уже все обсудили, не переживай. Она активно старается влиться в новый магический мир, учится управлять голодом и своими силами. Благо, мы с тобой достаточно исследовали ваши особенности.

– Оказалось, что недостаточно, – Лихо сложил руки на груди, надувшись, и вдруг улыбнулся и посмотрел на меня. – А я тебе говорил, что Мшанка назвала мое имя?

– Имя? – изумилась я.

– Теперь я ж не один такой, особенный, – парень довольно откинулся на спинку. – Оказывается, мы можем видеть истинные имена друг друга.

– Дай угадаю, – поддела его я. – Плесень? Мокрец?

– Вы издеваетесь? – снова встрял маг Орин. – У нас тут совет или балаган?

Я послушно опустила глаза. Да, жизнь в Кривом копытце меня знатно распустила.

– Вереск, – шепнул довольных донельзя Лихо и подмигнул, приосанившись. А я согласно кивнула – удивительно ему имя подходило: этот вечнозеленый кустарничек, упрямый и живучий, рос там, где другим растениям было неуютно.

– Второй вопрос на повестке дня, – господин ректор посмотрел на лист бумаги, лежащий перед ним на столе. – Некромант.

Райден еле слышно выдохнул.

– Мою точку зрения вы слышали, – негромко напомнил Веллар. – Можете отправлять меня в отставку, но мальчик не виноват. Я нашел его и взялся обучать, не сообщив в Ковен, потому что…

– Потому что старые правила изжили свое, – веско закончил Айвен.

– Ты прав, Айвен, – ректор облокотился на стол и потер лоб. – Нужно проводить реформы. Мы многое не знали о темной силе, благодаря чему…

– Наломали дров, – заявила Гордана. – Но я готова тебе помочь.

– Помочь? – встрепенулся господин Зигмунд.

– Помочь, – повторила ведьма и обернулась к своему лешему. Тот степенно кивнул, одобряя ее решение, и Гордана продолжила: – Так и быть, возьму на себя обучение детишек с темными силами в Ковене. И первым заберу этого мальчонку, – она кивнула на Райдена.

Айвен довольно хмыкнул, господин Зигмунд расплылся в улыбке, а Гордана продолжила:

– Ты только не рассчитывай, что я заменю Верховную на ее посту или, еще хуже, тебя. Мне все еще неинтересны ваши игры, но детей жалко. А вот одну идейку я с тобой хочу обсудить. Думаю, как бы внести изменения в обучение ведьмочек, чтобы их на годик-другой сил лишать. Очень, знаешь ли, помогает в ремесле.

Зигмунд потер ладонями. Было видно, что, если б не посторонние, он бы и вовсе в пляс пустился от таких хороших новостей. Я с ним была абсолютно согласна, жаль только, я уже выпустилась и не смогу поучиться у такой легенды, как Гордана.

– Дальше у нас нежить, – напомнил Айвен. – Эля, господин Веллар, расскажите, как идет процесс очеловечивания.

– Почти завершен, – сообщил Веллар. – В основном, конечно, захотели сохранить облик представители низшей нежити, но и среди остальных были желающие. Мы, как и договаривались, учитывали добрую волю. Насильно никого не обращали.

– Я составила списки, – протянула я ректору свернутые в трубочку листы. – Тут те, кто остался жить в городке. Их официально признали горожанами.

Зигмунд довольно покивал, придвинул себе листы и принялся их изучать.

– Если это все, то мы, пожалуй, пойдем, – сообщил Верховный маг Морвей, зевая. Орин тут же наклонился и что-то ему шепнул.

– Ах да, – Морвей полез в карман и вывалил на стол несколько свитков. – Запросы на работу для госпожи Элины.

Я удивленно привстала с места:

– Меня?

– Вас, – скривил губы маг. – Ваши расчеты и формулы оказались весьма и весьма интересными, нестандартными, я бы сказал. Следует как можно быстрее…

– Я уже ходатайствовал о прекращении контракта госпожи Элины, чтобы она присоединилась к моим исследованиям, – начал Айвен, а я зажмурилась, не в силах поверить, что наконец-то моя мечта сбывается. Неужели меня оценили? Меня, девчонку-сироту, которая выгрызала доступ к знаниям старанием и прилежанием, наконец-то заметили!

– Ну подождите, – возразил Орин. – Давайте дадим госпоже Элине самой принять решение. У меня довольно большая лаборатория, и я могу предложить внушительное довольствие…

– Эля? – встревоженно позвал господин Веллар.

На днях господин маг сообщил мне, что все-таки собирается на заслуженный отдых, а потому его должность в городке освобождалась.

– Спасибо, мне нужно немного подумать, – выдохнув, ответила я сразу на все предложения. – Разрешите, я дам ответ завтра?

Домой я торопилась так, что даже не обратила внимания на настежь отворенную дверь.

– Заб… – начала я, заскакивая на кухню, чтобы оставить корзину с едой у порога, и тут же настороженно замерла: погром, прокатившийся по помещению, указывал на то, что тут разразилась как минимум нешуточная борьба. Стулья были опрокинуты, ножка одного из них красовалась на столе, скатерть съехала набок, мука рассыпалась белыми островками, миска с ягодами валялась на полу, а половник с отломанной ручкой сиротливо торчал из ведра с водой.

– Пришла? – недовольно пробубнил Бегляй, появляясь у печки с веником и совком. – Долго же тебя ждать пришлось. Сама наприглашала в дом гостей и не явилась.

– Что случилось? – с тревогой спросила я.

Домовой окинул кухню взглядом опытного хозяйственника, тяжело вздохнул и начал методично сгребать муку в кучку.

– Ничего не случилось. Если не считать того, что у тебя тут были ведьма и анчутка. Я когда соглашался здесь жить, вообще не рассчитывал на этакое бедствие.

– Я тоже, Бегляй, я тоже… И что они делали?

Бегляй скривился:

– Сначала они решили сварить что-нибудь полезное, потом сделать что-нибудь вкусное. Потом – «а давай проверим, кто быстрее».

Он ткнул веником в сторону открытой двери.

– Проверили.

– И куда они побежали?

– Куда-куда, в лес.

Я прикрыла глаза. Радиус поисков стремительно увеличивался.

– Не сказали, зачем?

Бегляй пожал плечами.

– Отлично, – выдохнула я. – Просто замечательно.

– Я им говорил, что ты будешь недовольна, – продолжил домовой, – но они пообещали скоро вернуться.

Я взяла плащ, на ходу затягивая завязки.

– Давно убежали?

– Минут десять.

– Спасибо, – я кивнула и направилась к двери.

– Эля! – окликнул Бегляй. – Если найдешь – скажи, что за сломанный половник я им уши надеру!

Я усмехнулась и вышла на крыльцо.

– Ну что ж, – пробормотала себе под нос, – чтобы надрать им уши, нужно становиться в очередь из желающих.

И отправилась на поиски двух самых непоседливых существ, каких только встречала в жизни.

Ступив в лес, я жадно вдохнула свежий воздух: всего ничего времени прошло, а вокруг все уже начало оживать. Тут и там пробивалась яркая салатовая травка, деревья радостно шевелили новыми листьями, а неподалеку, за кустами, звенел ручей.

– Я уж решил, что сегодня не придешь, – раздалось оттуда.

Я подошла ближе. Плес сидел на коряге и задумчиво водил пальцами по поверхности ручья. Вода послушно тянулась за рукой, собираясь в тонкие кольца. Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Я же говорила, что сегодня приедут из столицы, будут что-то решать, – я села на бережок.

– И как? – поинтересовался водяной.

– Как я и думала! Только Райден все же собрался уезжать, но я его понимаю. Видимо, я на роль его наставника не очень подхожу.

Плес хмыкнул:

– Слушаться девчонку? Тут я с ним согласен.

– А ничего, что эта девчонка его научила использовать свою силу так, чтобы больше не выглядеть дедом? Он ведь даже не думал, что может и природными потоками управлять.

Плес засмеялся и брызнул в меня водой.

– Как там Полок?

– Полок из бани ни ногой, – улыбнулась я. – Заходила к нему на днях, привет тебе большой передает и в гости зовет. Бабка Матрена с Прохором тоже спрашивали, чего давно не заглядываешь.

Плес махнул рукой вокруг себя:

– Дел много. Хлопотно. Лес в себя приходит, ручьи снова прокладывают русла, русалок приструнить опять же надо. Кикимор организовать. Они тут совсем дикие стали с приходом Мшанки. Работы по самые жабры.

Мы замолчали. Где-то выше по течению плеснулась рыба.

– Ты не жалеешь, что не остался человеком? – спросила я тихо.

Плес задумался, а потом покачал головой и улыбнулся.

– Тетя Элина, тетя Элина, – раздался звонкий мальчишеский голосок из-за спины.

– Дубравушка! – радостно откликнулась я и обернулась. – Как ты вырос!

Яра стояла чуть поодаль, держа маленького лешачонка за руку. Тот уже дотягивался своей макушкой ей до локтя – не то что в первые дни, когда помещался на ладони.

– Кто хорошо пьёт живую водичку и греется на ярком летнем солнышке, тот всегда быстро растёт, – с мягкой гордостью сказала огневица.

Маленький Дубрава дернул Яру за руку, нетерпеливо подпрыгнул и посмотрел на Плеса с таким интересом, будто собрался задать тысячу вопросов сразу.

– Он теперь каждый день выше, – добавила Яра, чуть улыбнувшись. – И силы понемногу возвращаются.

Плес тихо хмыкнул, не вмешиваясь, только опустил ладонь в воду. Ручей откликнулся мягкой волной, словно согласился.

– Дубравушка, – я села на корточки перед лешачонком. – А не видел ли ты тут Мирко и девчонку-ведьмочку с ним? Рыжую-рыжую?

Леший насупился, будто изо всех сил старался вспомнить. Потом кивнул так, что его жесткие, как прутики волосы, подпрыгнули.

– Видел, – уверенно сказал он. – Они туда пошли. Где раньше было сильно грустно, а теперь чуть-чуть.

– А где было грустно? – переспросила я, уже зная, что он ответит.

Дубрава потянул Яру за руку и показал вглубь леса, туда, где деревья стояли плотнее, а воздух будто темнел, становился гуще.

Я поднялась и переглянулась с Плесом. Тот чуть наклонил голову, прислушиваясь.

– Старый погост, – подтвердил он спокойно.

Леший выдернул руку и топнул ногой. Земля под ним тихо отозвалась, корни деревьев зашевелились, раздвигая мох и прошлогоднюю листву, и между стволами проступила узкая тропка.

– Вот, – гордо сказал он. – Я сделал быструю дорожку. Бабушка Гордана с Чащобой меня научили!

– Спасибо, – искренне сказала я и коснулась его макушки. – Ты молодец.

Я помахала всем рукой, прощаясь, и поспешила вперед. Тропка вывела меня к самым воротам кладбища, и если поначалу я еще волновалась, как буду искать потеряшек, то теперь можно было не переживать: следы они оставили такие, что захочешь – мимо не пройдешь. Все статуи по пути были заметно усовершенствованы: кого-то наградили пышными усами, кому прическу новую приделали, а потом в ход пошли эксперименты посмелее – дополнительные руки, растущие из спины, хвосты и рога. И я ничуть не удивилась, когда эта художественная дорожка привела меня к усыпальнице.

На самой плите свернувшись клубком, как котенок, лежала вурдалачья рука – неизменная спутница всех Миркиных шалостей. Надо было не накладывать на нее заклятие, скрывающее запах, хоть какая-то защита была бы.

– Заиграли тебя? – с улыбкой спросила я, присев рядом и погладив ее по костяшкам.

В ответ чуть дрогнул один пальчик. Я осторожно отодвинула руку в сторону и присмотрелась к плите. Камень съехал неровно, оставив узкий проход сбоку.

Я зажгла слабый огонёк и, пригнувшись, спустилась вниз.

Внутри было тихо – если не считать шепота. Две лохматые головы: белобрысая с маленькими рожками и рыжая, кудрявая – склонились друг к другу.

При этом рыжая вовсю пыталась отколупать частицу от моего плетения, заделавшего дыру в другой мир.

– И что вы тут делаете?

Забава ойкнула, смешно подпрыгнув, обернулась и тут же расплылась в улыбке:

– Эля! Привет! А я тебя искала!

– Где-то ты меня не там искала, – усмехнулась я, подошла ближе, и мы крепко-крепко обнялись.

– Ну, меня отвлекли, – развела руки в сторону подружка и засмеялась. – Я ж еще не встречалась с анчутками! Представляешь, твой Мирко…

– Очень даже представляю, что бы ты ни сказала, – заявила я и села рядом с ними на каменный гроб, где раньше спало лихо.

– Эй, – обиделся анчутка, посопел носом, но также быстро отвлекся: – А Забава говорит, что, может, тут и задержится, в нашем лесу ведь ведьмы нету.

– Правда? – обрадовалась я и тут же вспомнила: – Так ведь Айвен…

– Айвен отправляется по каким-то Ковенским делам, а я вот думаю, что можно и тут чуток пожить. Здесь замечательное место для осуществления моего плана.

– Это какого это? – подозрительно уточнила я.

– Понимаешь, – Забава подняла глаза к потолку и принялась наматывать на палец рыжий локон. – Мы ж с Васькой давно ищем лазейку…

Я прикрыла глаза, начиная догадываться, и тихонько простонала:

– Куда?

Ведьмочка сложила руки на груди:

– Куда-куда? В нижний мир, конечно. Корвуса повидать. Только Айвену не говори! И бабушке… Ей тоже не надо, хорошо? Слушай, а как это ты так ловко завернула этот край? Я все пытаюсь распустить, пытаюсь, а не выходит. Может, вместе? А? Ты не волнуйся, мне Айвен рассказал, как закрыть, мы с той стороны и притворим. Что думаешь?

Я посмотрела на них обоих – на Забаву с ее блестящими любопытными глазами и на лохматое недоразумение с рожками – и вдруг отчетливо поняла: в столицу я, пожалуй, уже не собираюсь. В самом деле, какая столица, когда все самое интересное только начинается?

Конец.