Глава 21

Подъехал ко двору, где Наташка с Глебом живут в новостройке. Он её в ипотеку взял. Трёшка, нормальная такая, почти девяносто квадратов. На девятом этаже двадцатиэтажки. Достал телефон, пощёлкал сообщение – «Не хочешь за солью спуститься». Отправил. Это наше кодовое. Я пишу, она мужу говорит, что подружка-соседка написала, зовёт, и совершенно официально спускается ко мне. Я у Наташки как подружка записан. Могу в любое время позвонить или написать. Глеб не догадается. Да ему особо дела нет, до того, с кем его жена переписывается. Я заметил, он равнодушен к таким вопросам. Может и правильно, меньше знаешь, крепче спишь. Я вроде равнодушным не был, а столько всего приспустил. Чёрт. В ответ пришло сообщение – «Иду». Быстро она. Иногда представляю, а если бы моя жена, у меня под носом вот так бегала. Это каким же нужно быть ослом, чтобы подобные перебежки не замечать. Я бы точно заметил. Скривился. Ага, конечно, заметил бы я. Что-то не сильно уследил, с кем Вера успела снюхаться, пока я в салоне машины клиентам втюхивал. Смотрю на внушительных размеров многоэтажку ярко желтого цвета. Раскрасят же, вырви глаз. Не люблю яркое. Никогда бы не выбрал квартиру в таком доме. Это для народа. Я больше по элитке. Из подъезда вышла Натали. Мать твою, она что издевается? В атласном ночном пеньюаре. Она что спать уже собиралась? Глянул на часы – половина десятого. Нормально так она к подруге спускается. Спешит, волосы на лёгком, вечернем ветру развиваются. Красивая, мать твою. Я недовольно скривился. Вот нахрена я сюда приехал? Ещё раз на неё посмотреть? Забыл о цели моего сюда визита. Дверь открылась, Наташка плюхнулась на сидение рядом. В салон ворвался букет ароматов. Я втянул носом воздух принесённый извне. – Привет, – счастливая, глаза радостью искрятся. Глядя на неё полутьме салона я снова забыл, какого чёрта сюда притащился и зачем её позвал. Захотелось куда-то в гостиницу, в номер люкс… сдёрнуть с неё этот халатик… чёрт, ну вот опять. – Привет, – говорю, кидая взгляд в разрез халата, на золотую цепочку, блеснувшую над сочным полушарием груди, и на голую ногу, показавшуюся в разрезе шелковистой ткани, как только Наташка села. Стало как-то уютно. Сразу, захотелось по привычке положить ладонь на точёное колено… Издевательство. Но я ведь не думал, что она придёт в чехле прорезями для глаз, чтобы монотонно, без жеманства и кокетства ответить на интересующие меня вопросы. Нет, не думал. Я знал, она выставит напоказ все свои прелести. Горько усмехнулся, замечая, насколько сильно я на неё подсел. Уже даже вопросы по поводу собственной жены иду выяснять у любовницы. – Чего звал? – Натали игриво теребит светлый локон, на меня не смотрит, предоставляет возможность её рассмотреть. Умеет привлечь к себе моё пристальное внимание. – Поговорить нужно, – сглатываю комок в горле. – Глеб, кстати, к клиенту уехал. Срочный вызов. – Ты это к чему? – Так просто. Можно не торопиться, – растянулись в улыбке её полные губы. Зря она это сказала. Я теперь и не буду торопиться. Так бы выяснил и уехал. Ладно, к делу. – Ты веришь, что он к клиенту? – скосил я взгляд. – Конечно. Они постоянно по вечерам звонят. Я один раз проверила, больше не проверяю, – она выдержала небольшую паузу, демонстративно прикрыла оголившуюся почти до бедра ногу, – Зачем приехал? Ты же вроде со мной расстался. У нас был только секс. Так ты сказал? – поджала губы в сдержанной довольной улыбке. – Я хотел спросить у тебя… – не знаю, как подступиться, чтобы она не догадалась о чём я, – вы же там, между девочками, всякие секреты обсуждаете? – Ну, обсуждаем? Вернее, обсужда-ли, – склонила она голову набок, типа – ты за секретами приехал? Чёрт – как спросить? – А Вера ничего такого не говорила, может, есть у неё кто-то? Наташка засмеялась, повернулась практически всем телом и удивлённо глянула на меня. – Так-так, мне начинает нравиться наш разговор… – Давай, не ёрничай. Говорила она что-то или нет? Ответь, да я поехал, – завожу машину. – Ой, смотрите какой обидчивый. Да откуда мне знать, она с Файкой постоянно шепчется. А что, ты подозреваешь, что у неё есть любовник? – она села ровно, глянула в окно, о чём-то подумала и вдруг засмеялась. – Ты чего? – сердито смотрю, как она заливается. – Ой, насмешил, ну надо же такое, значит правда… – Что правда? – нахмурился я ещё больше. – Ой, я так и думала… – Что ты думала, – схватил её за предплечье и крепко сжал. Она перестала смеяться. – Больно, отпусти, – вцепилась пальцами в мою ладонь. – Говори – что правда? – Ну, если у тебя не активные, откуда тогда взялась беременность? – насмешливо бровями дернула, – так что, не ты папаша? И снова смехом зашлась. – Тьфу ты, дура! У меня пять процентов… Она ещё громче смеётся. Я снова схватил её за плечо, дернул к себе. – Заткнись лучше, Наташка! Её лицо оказалось совсем близко и этот чёртов халат распахнулся, открывая черный кружевной лифчик. Наташка томно приоткрыла рот, взгляд её сразу смягчился, губы дрогнули. Она выдохнула мне в лицо. – Егор… Одной секунды хватило, чтобы сломать построенную мной оборону. Не хотел… чёрт… я притянул её к себе и впился в её губы. Она схватила меня за шею и потянула на себя… -– Откуда во мне эта жажда взялась. Накинулся на Наташку, как голодный тигр. А я и есть голодный. Не тигр, правда, но она кого хочешь, заставит ощутить себя опасным животным. Вот и я, рассвирепел от желания, схватил её за светлые пряди. Она вцепилась в ворот моей рубашки, одним движением расстегнула верхние пуговицы и полезла под ткань торопливо ощупывая мою грудь. – Любимый, я не могу без тебя жить, я уже истосковалась по тебе. Сейчас, когда сообщение пришло, я чуть не закричала от радости. Егор, пожалуйста, – стонет она, перебираясь со своего места на меня сверху… и забыл моментально, какие вопросы хотел задать. На всё плевать… стягиваю шелковистую ткань оголяя горячее тело. –– – А хочешь, я всё узнаю, – когда всю уже между нами свершилось, говорит Наташка, поправляя распахнутый халат и снова возвращая его в приличное, запахнутое положение. – Что узнаешь? – не понял в первый момент, смотрю в зеркало, приглаживаю растрёпанные волосы. – Есть кто-то у Верки, или нет. Ты же за этим приехал, я так полагаю, – одним движением она сгребла свои волосы, отпустила, и они мягко упали на одну сторону. Как она это делает? В ней нет ничего возвышенного или приличного, только порочное, но это во сто крат сильнее притягивает. – Интересно и как это ты узнаешь, придёшь к ней и спросишь? – усмехаюсь, вальяжно располагаясь на сидении и удовлетворённо отдуваясь. Наклонился к бардачку, достал пачку сигарет. – Не кури, – недовольно скривилась Натали. Я отбросил пачку на панель. Ладно, потом. – Ну, всё-таки? – подгоняю. – Возьму бутылку мартини, пойду к Файке, типа мириться. Она меня не прогонит, когда увидит мартини. Только подороже нужно, на дешёвое она не клюнет. Я достал бумажник, поковырялся, достал две купюры по пять. – Столько хватит? – А на конфеты? – растянулись в улыбке полные губы. Я достал ещё две по пять. Наташка протянула руку, рывком взяла деньги. – Завтра ты узнаешь имя и даже фамилию любовника твоей жены. Может даже адрес, – кокетливо коснулась губы кончиком языка и сунула в лифчик сложенные купюры. Любовника – как-то резануло слух, я отвернулся, прищурился. Неужели действительно он есть, этот любовник. Если он есть, то Натали о нём узнает, если такового нет, она найдёт. Тут у неё прямая заинтересованность. В любом случае, я буду, если что, тщательно всё проверять. – Ладно, пойду, а то Глеб вернётся, а меня ещё нет. – Ну так и что? – Да ничего, просто не хочется сильно наглеть. Вот, когда ты меня замуж позовёшь, тогда и буду на него плевать. – А сейчас ты, как будто, на него не полюешь. – Стараюсь не полевать в колодец, из которого пью. – А мы с тобой, это разве не полевок? – усмехаюсь. – Нет. Это – потребность. – Вы что с ним не спите? – так, ради шутки спросил. – Спим, чего же не спать, – прищурилась она игриво, – муж под боком всё же лучше, чем любовник раз в недели две. Ревность мою пробудить решила. Получилось. – Стерва ты Наташка, – я протянул руку положил ей на ногу. Она сердито высвободилась. – Когда женишься на мне тогда и лапай, а пока походи голодный, – усмехнулась и дверь открыла, – завтра позвоню, когда узнаю. Если узнаю. Дверь захлопнулась и Натали откровенно виляя бедрами, пошла к подъеду. Я завёл мотор и начал выруливать. – Вот же стерва, – сказал и усмехнулся, глядя на упавшие, на стекло крупные кали дождя.