Глава 5

При всей готовности встретить её здесь, я оказался не готов к вопросам и ответам. Я даже не успел придумать, что сказать, настолько расслабленно себя чувствовал, даже уверенно. Почему, мать твою. Вот же идиот. Во влип. И что теперь? Вот честно, до этого момента, я даже не задумывался, что может быть, считал ситуацию почти нормальной. Я, Вера, Наташка. Какие проблемы, всё успеваю, со всеми нахожу нужные точки соприкосновения. Всем хорошо и удобно. Разве нет? Идиот. Только увидев лицо Веры я неожиданно начал понимать – ничего не нормально, никакие точки. У Наташки всё просто, она вообще простая, как табуретка. Ничего сложного. Но Вера. Когда она стремительно выскочила отсюда, внутри у меня что-то произошло. Я почувствовал насколько мне небезразлично. Чёрт! – Охренеть, – провожу ладонью по лицу, ещё не верю в то, что происходит, ещё не осознаю последствий и кажется, что их не будет. Ещё перед глазами лицо Веры. Наверное стоит пойти за ней? Можно сейчас же вернуть и отмотать обратно. Начать всё сначала, с того момента когда она сюда приехала, а я вышел и сказал… что я сказал? – Идиот! Повернулся на выход. Срочно в машину и за ней. Взялся за косяк и вдруг откуда-то издалека донёсся страшный звук, глухой удар и за ним скрежет железа. – Вера, – проговорил неосознанно, кинулся к воротам, выскочил на улицу в ту сторону, откуда звук, – Вера! Бегу с такой скоростью, на какую даже не знал что способен. Не представляю, что сейчас увижу. Только бы это была не она, не Вера. Только бы кто-то другой, а с ней мы встретимся дома, сядем и поговорим, я все скажу, расскажу и попрошу прощения… Из темноты показался алый бок Хундай. Послышался стон Веры. Подбегаю, в ужасе осматриваю представшую картину, Вера сидит, вернее, лежит впечатавшись в подушку безопасности. Глаза закрыты, только губы как будто что-то произносят. – Боже! – я кинулся к двери, дергаю, заклинило, просунул руку сквозь разбитое стекло, дернул фиксатор, не открывается, – твою мать! Дергаю сильнее, бью по двери. Черт побери. Это я виноват. Какая же я скотина. Как я мог её отпустить вот так? Не схватил, не заставил остаться. Беспомощно обернулся, пробежал взглядом по крышам домов. В такое время тут обычно нет никого. Некоторые живут круглый год, но что-то никто не выходит. И телефон в моей машине остался, нужно вернуться. – Люди, помогите! – кричу, а эхо уносит мой голос. Где-то тут должен быть телефон Веры. Я оббежал с другой стороны, дернул дверь, она открылась. С этой стороны вижу, как плотно прижимает Веру к сиденью подушка безопасности , как безвольно лежит рука. Рядом на сидении сумка, я схватил её, открыл, достал телефон, разблокировал экран и набрал номер спасательной службы. -– Едкий запах ударил в нос, ресницы мои задрожали, пытаюсь открыть глаза. – Вера, не волнуйтесь, всё в порядке, постарайтесь не двигаться! А я и не двигаюсь. Лежу прямо. Чувствую движение. Меня передвигают. Резко разлепила веки. Неудобно, что-то сковало шею. Испуганно озираюсь, вижу Егора, он идёт рядом. – Не волнуйся милая, это для подстраховки. У тебя что-нибудь болит? – Нет, – я не ощущаю никакой боли, только что-то ноющее вообще, в целом. – Куда вы меня? – пытаюсь возмутиться. – Пожалуйста, лежи не двигайся, чтобы не навредить себе, – взволнованно произносит Егор. Ну ладно, если это так необходимо не буду двигаться. Каталку вместе со мной загрузили в скорую. Егор тоже сюда. Сел рядом схватился за руку. – Вы муж? – Да я муж, а что не видно! – недовольно прикрикнул, этим своим тоном начальника. Как же он меня раздражает. – Прекрати Егор, – пытаюсь урезонить, кошусь взглядом в сторону, вижу свою машину стоящую криво, разбитое стекло бокового пассажирского окна, пара полицейских рядом, – что произошло? – Ты слишком рано свернула, врезалась в стену, – поясняет муж. Машина едет, нас потряхивает. Не понимаю, зачем я лежу, ощущение ушиба только и всего, в лицо как будто что-то ударилось. Надеюсь, оно не будет полностью синим. На волне своих новых ощущений забыла про то почему я так посмешено хотела уехать. Вот дура. Совсем что ли глаза мне злость замылила. Можно было уйти спокойно. Повернуться гордо и уйти. Нет, нужно было довести себя. Чувствую, Егор снова взял мою ладонь, теребит пальцы. Я медленно вытянула руку, положила рядом с собой. Не хочу, чтобы он меня трогал. Я ещё успею подумать об этом, сейчас важнее мои ощущения в теле. Что-то не так, только не пойму что именно. Приехали, меня выгрузили из машины, повезли в отделение. Пришел врач, осматривал, задавал вопросы. Медсестра брала анализы. Егора не вижу, наверное ждёт в коридоре. Пусть ждёт, почему-то стало настолько всё равно. Где он, что. Да хоть вообще его здесь не будет, мне всё равно. Не хочу смотреть ему в глаза. Не сейчас. Меня отвезли в палату, там раздели, натянули на меня больничную ночнушку, уложили в кровать. Слава богу, сняли эту штуку с шеи. У меня ничего не сломано никакого сотрясения. Ничего. Сказали нужно полежать денёк, понаблюдаться. Егор порывался войти, я попросила медсестру, чтобы сказала ему, что я сплю и чтобы он ехал домой. Она ему передала, он ушел. Уже легче. По крайней мере, у меня будут целые сутки тут, в больнице, чтобы всё основательно обдумать. Я ведь точно знаю, что будет дома, он сможет заговорить меня, у него талант убеждать людей. Не зря же он из обычного менеджера когда-то дорос до владельца салона. Он умеет впаривать людям то, чего они вроде бы не хотят, но после разговора с Егором обязательно захотят. За семь лет нашей с ним жизни я давно поняла, что это за человек. Когда все меня оставили, я закрыла глаза. Да, мне нужен отдых, от всего, от всех. –– – Ну что, как у нас сегодня настроение? – в палату вошел доктор, улыбка на его лице мне сразу понравилась, я улыбнулась в ответ и села. – Да все отлично, доктор, я совсем здорова. – Здорова то здорова, но могли бы и поосторожнее с транспортным следовом, теперь вот ремонт дорогостоящий… – Да это не важно, – махнула я рукой. – Хорошо, что подушка безопасности вас прикрыла, а то бы стукнулись грудью и животом и неизвестно какие последствия. – Ну, зажило бы, – снова махаю. – В вашем состоянии нежелательно… – А что у меня какое-то исключительное состояние? – удивлённо смотрю. – Именно, и по анализам у вас явный гормональный всплеск. Вы разве не чувствуете? – Всплеск? – улыбаюсь, не догадываюсь, на что он пытается мне прямо намекнуть. – Вера, вы что действительно не в курсе? – В курсе чего? – чувствую себя на самом деле глупой и непонятливой. – Того, что вы беременны, – он перестал улыбаться, видит я вообще не того. – К… как? Но… но этого не может быть… – я почти потеряла дар речи. – Может, не может, а анализы в таких случаях не ошибаются. Подправляю, – он взял и потряс мою руку. – Вы давайте до обеда ещё полежите и потом отпущу вас домой. Уже ваш муж приезжал, – я сказал, чтобы приехал за вами после обеда. – А… хорошо… спасибо, – говорю заторможенно. Доктор встал со стула. – А, это, вы ему сказали… про то, что вы сейчас мне говорили? – Нет. Вам первой сказал. – Пожалуйста, не говорите ему, я хочу дома ему устроить сюрприз, – выпалила вдруг. – Хорошо. Не скажу, – доктор, явно довольный произведённым на меня эффектом, вышел, а я сижу и тупо смотрю на свои ноги укрытые простынёй.